Арабы из «ПСЖ» скупили всю Европу. Как они вообще оказались в Париже?

«ПСЖ» уже 6 лет шумит на трансферном рынке Европы, но после лета-2017 не замечать глобальных амбиций французского клуба с катарскими миллиардами стало совсем трудно. Пришло время рассказать, как арабские шейхи вообще оказались в Париже, каковы их цели на самом деле и при чем тут Мишель Платини и Николя Саркози.

К сезону 2010-2011 «ПСЖ» чувствовал себя скверно: долг дорос до нескольких десятков миллионов евро, бухгалтеры спрогнозировали очередной (хоть и не гигантский) дефицит бюджета, а боссы из США, кажется, потеряли надежду перезапустить проект.

Примерно тогда же кипели переговоры по, видимо, важнейшей сделке в современном футболе: принц Катара Тамим бин Хамад Аль-Тани, глава УЕФА Мишель Платини, президент Франции Николя Саркози и пара персонажей скромнее разбирались, как «ПСЖ» заживет дальше.

31 мая 2011 года фонд Qatar Investment Authority (QIA) через «дочку» выкупил 70% акций клуба.

Кто именно владеет «ПСЖ»?

За общей формулировкой «шейхи» скрываются управленцы с убедительными резюме, богатым опытом в спорте и работающей стратегией.

Владелец клуба – Тамим бин Хамад Аль-Тани, председатель фонда QIA. С 2013-го – эмир Катара (получил должность от отца в 33 года, став самым молодым монархом мира), страстный фанат спорта:

– возглавляет НОК и представляет страну в МОК;

– руководил оргкомитетом по проведению Олимпиады-2020 в Дохе;

– при участии Аль-Тани Катар добился ЧМ по легкой атлетике-2010 (в помещениях), ЧМ-2015 по боксу и примет ЧМ по футболу-2022.

QIA – национальный фонд, который создали в 2005 году «с целью укрепления государственной экономики для диверсификации в новые классы активов» (цитата с официального сайта).

Сейчас таких активов у QIA почти на 300 миллиардов евро: авиаперевозчики, строительные компании, нефтяники, банки, автогиганты, мобильные операторы, магазины одежды, отели etc – диверсификация в абсолюте.

Разумеется, эмир далек от оперативного управления «ПСЖ».

Кто тогда руководит?

Нассер Аль-Хелайфи, первый в истории иностранный президент клуба, шеф той самой «дочки» – фонда Qatar Sports Investments (QSI). Задача структуры, как можно догадаться из названия, инвестировать в спорт на всех уровнях.

У Аль-Хелайфи безупречная репутация менеджера. Ему 43, с 2006-го он возглавлял телесеть Al Jazeera Sports, позднее переименованную в beIN Sports. Если коротко, то с развитием полный порядок: почти 4 десятка каналов, из континентов не охвачена только Южная Америка.

Кроме прочего, Аль-Хелайфи управляет национальной федерацией тенниса и занимает пост вице-президента в федерации тенниса Азии. В 90-х он был профессионалом, даже участвовал в «Ролан Гаррос».

Личное состояние Аль-Хелайфи – более миллиарда евро.

Наверное, есть особая ирония в том, что с 2010-го по 2016-й QSI спонсировала «Барселону». После обвинений в махинациях клуб даже опубликовал детали контракта на 171 миллион евро.

Еще смешнее, что новый договор (пусть и с изменившимися условиями) стороны отменили после эпохальной порки парижан на «Камп Ноу» полгода назад (6:1) – как считается, не столько из-за исхода, сколько из-за судейства и последовавших конфликтов.

Почему арабы выбрали именно «ПСЖ»?

Для начала – почему вообще клуб из Франции.

1. Катар искал новых экономических и политических партнеров, помимо США. Французский рейд стартовал для арабов еще в середине нулевых, а победа Николя Саркози на президентских выборах значительно облегчила задачу вхождения. Парламент наделил катарцев серьезными льготами: прибыль с их вложений во Франции больше не облагалась налогами – Катар в ответ инвестировал в различные отрасли экономики.

2. Кое-что значило и количество арабских мигрантов (или их потомков) во Франции – до трети от всего населения. Кому как не медиа-гуру Аль-Хелайфи понимать важность этой аудитории.

«ПСЖ» оказался оптимальным вариантом: шейхи зашли сразу в столицу, куда легко заманивать звезд, причем в единственный профессиональный клуб на многомиллионную агломерацию.

«ПСЖ» продавали в два этапа: в 2011-м – 70% за 50 миллионов евро. Кроме этого QSI ликвидировала дефицит на 28 миллионов и раздала все 20 миллионов долгов. В 2012-м арабам отошли остальные 30%. Общая стоимость клуба тогда оценивалась в 100 миллионов евро (ха-ха) – предыдущие владельцы даже выжали прибыль.

Почему в этом участвовали Саркози и Платини?

Саркози, болельщику «ПСЖ», хотелось, чтобы проблемный клуб получил сильного хозяина и больше не создавал проблемы городу, который владеет стадионом «Парк де Пренс» и сдает его в аренду.

Несколько лет назад издание France Football утверждало, что Мишель Платини в обмен на поддержку катарской заявки на ЧМ-2022 позволил beIN Sports зайти на французский рынок. Именно медиа-группа Нассера Аль-Хелайфи, выложив три сотни миллионов евро, выкупила права на показ Лиги 1 с 2012-го, а сын Платини стал юридическим советником QSI.

К слову, телеконтракт с beIN Media Group тоже был выгоден Саркози: так арабы оставили без прав на Лигу 1 многолетнего вещателя и бывшего акционера «ПСЖ» Canal +, который не поддерживал президента страны.

Идеальная сделка – все участники переговоров довольны.

Какие цели у шейхов?

Политические, деловые, имиджевые. Наконец, личные – почему нет? Очевидно, что спорт им нравится и сам по себе – не просто как способ зарабатывать и влиять. Тем более что и зарабатывать, и влиять тоже получается здорово. Согласно зимнему исследованию Deloitte, «ПСЖ» – в топ-7 по доходам за сезон и по доходам в день матча.

В остальном – ничего особенного: сделать «ПСЖ» самым могущественным клубом мира.

Фото: globallookpress.com/Franck Castel/Mpp, Panoramic, Anthony BIBARD/FEP/Panoramic; Gettyimages.ru/Dean Mouhtaropoulos; globallookpress.com/Gwendoline Le Goff/Panoramic