Мархель ошибся со стартовым составом, слабый первый тайм – спасли замены и ошибки соперника. Лучший – Стасевич

Владислав Татур – о победе сомнительного качества.

Михаил Мархель внес в состав восемь изменений по сравнению с товарищеским матчем против Гондураса. Схема – 4-4-1-1. Николай Золотов на левом фланге обороны, Евгений Яблонский и Юрий Кендыш в опорной, Макс Эбонг справа, а Виталий Лисакович под Денисом Лаптевым.

Эстонцы выстроились вокруг формации 5-3-2. Три центральных защитника работали против двух форвардов беларусов, в центре всегда ситуация три против трех, два нападающих – Аньер и Саппинен – впереди.

Вероятно, Мархель опасался контратак соперника, поэтому не хотел допускать ситуации двое против двух на уровне центральных защитников своей команды. Когда беларусы были с мячом, крайние дефы редко поддерживали атаку одновременно – кто-то всегда оставался сзади, чтобы создавать численное преимущество против пары эстонских нападающих.

В основном в позиционных атаках активнее участвовал Золотов, а Юзепчук формировал тройку сзади с Наумовым и Бордачевым.

Растягивать оборону соперника при таком осторожном подходе было тяжелее. В итоге у команды Мархеля преимущество по владению, но это стерильное владение, не приводящее к моментам. До углового, с которого пришли момент Наумова и пенальти на Эбонге, у беларусов всего один удар при владении в 62%.

Эстонцы забили после передачи за спины защитникам. Любопытно, что это был не первый такой эпизод в матче.

В середине тайма Васильев, на которого не оказывали давление, вырезал классную передачу на все того же Аньера, но Гутор тогда подстраховал.

А это уже первый гол: Бордачев прозевал забегание Аньера, дальнейшие действия защитника жодинского «Торпедо», как и в моменте со вторым голом в ворота Гутора, вызывают вопросы.

Возможно, тренерскому штабу стоило отзеркалить схему соперника или сформировать пару центральных защитников из более быстрых и резких игроков (Поляков, Швецов).

В перерыве Мархель выпустил Кисляка, при этом сняв Лаптева. Рисковать пришлось после второго пропущенного мяча, когда Николай Сигневич и Павел Савицкий заменили Яблонского и Эбонга. Кисляк заработал штрафной, с которого забил Кендыш. В активе Савицкого – победный гол. Рокировки сработали.

Уже не первый раз при Мархеле сборная прибавляет во втором тайме. Как правило – за счет механических замен, а не тактических правок или перестановок. С одной стороны, это говорит о чуйке тренера. С другой, о возможных ошибках при формировании стартового состава.

Игорь Стасевич – самый влиятельный человек матча в составе команды Мархеля. Да, Игорь 13 раз терял мяч (больше всех в команде), но в то же время: четыре заработанных фола, семь попыток дриблинга (71% удачных), шесть навесов (67% точность), голевая передача и подача, приведшая к моменту Наумова и пенальти в конце первого тайма.

Юрий Кендыш – лидер по количеству единоборств (35), выигранными оказались 57%. Не забываем про гол, вернувший беларусов в игру. Теневой герой встречи.

А вот Яблонский потерялся. Всего четыре единоборства за 60 минут, один неудачный отбор, семь потерь. Это не вина полузащитника БАТЭ. По игре, в которой у беларусов было огромное преимущество по владению, гораздо уместнее было использовать Кисляка. Его отсутствие в основе удивило – это единственный полузащитник в обойме сборной, способный вести игру. Такой характер матча легко было предсказать до его начало. В итоге у Беларуси 64 на 36% по владению на момент финального свистка.

Матч против Эстонии не должен вводить в заблуждение. Соперник сыграл вторым составом, привез себе пенальти, третий гол и удаление. Мархелю очень повезло с обстоятельствами. Да, 1.79 – 0.74 по xG, но голы беларусов – это одиннадцатиметровый на ровном месте (0.75 xG), стандарт, случайная передача назад от эстонца на Савицкого (крутое исполнение момента на 0.09 xG) и магия Лисаковича (удар с левой ноги на 0.03 xG). Сюда же ложится и удаление в составе соперников.

Фото: Jana Pipar/Jalgpall.ee, АБФФ