«Мы хотели приобрести сантандерский «Расинг». Евгений Хвастович – о расцвете своей империи

Экс-президент «Динамо» – о том, зачем ему были «Молодечно», «Атака-Аура» и «Хапоэль». 

Хвастович: «Сначала в нашу структуру влилось «Молодечно». Все пишут, что Хвастович прикупил себе еще один клуб. На самом деле у «Молодечно» был другой хозяин – тот же самый Корнеев. Возможно, он хотел попробовать делать то же самое, что делало «Динамо». Он взял кредит в «Приорбанке» на 200 тысяч долларов, однако эти деньги быстро закончились. Корнеев сдулся. Он пришел к Цыбулину с проблемой: с него требуют деньги. Мы посоветовались и пришли к мнению, что нужно помочь. Дали ему 200 тысяч, «Молодечно» вошло в нашу структуру. Так в нашем ведении появилась эта команда. То есть у нас не было планов расширяться, но иногда жизнь сама подкидывает какие-то варианты.

Зачем нам было «Молодечно»? Корнеев познакомил нас с командой, рассказал всю информацию про футболистов. Мы посчитали, что количество футболистов и их цена, а также возможность использовать клуб в качестве фарма (по-английски – ферма) – это усиление структуры за такие деньги».

Румбутис, экс-тренер «Динамо-93»: «В 1995 году Хвастович спас «Молодечно». Денег в клубе практически не было. Ситуация была тяжелой. Перед началом чемпионата Корнеев продал «Молодечно» Хвастовичу. Он сразу же выплатил все долги, у ребят появились более-менее нормальные контракты. Тогда в команде играли Маковские, Федя Лукашенко, Дима Акулич, Саша Синковец… Когда я ушел из «Молодечно» в 1995 году, через несколько месяцев звонит Хвастович: «Приходи работать в структуру «Динамо». Отвечаю ему: «Уезжаю к сестре в Австралию. Приеду – позвоню». Он спрашивает: «Когда приедешь?» Говорю: «15 апреля». Слетал в гости, вернулся в Беларусь. Только занес вещи в квартиру. Звонок. Поднимаю трубку, а там: «Людас, это Хвастович. Когда мы встречаемся по поводу работы?» У него была феноменальная память».

Хвастович: «У «Атаки-Ауры» – своя история. Пришел Яша Шапиро. Сказал, что он больше не в состоянии тянуть этот воз и попросил взять клуб в нашу структуру. Хотя надо сказать, что как такового предприятия у Шапиро тоже не было. Это были отголоски советского прошлого. Шапиро считал себя единоличным владельцем всего, что там есть. И все это он оценил в какую-то конкретную квартиру, по-моему, на Машерова. Он ее получил, клуб стал частью нашей структуры. Мы сделали новое предприятие и взяли его на свой баланс».

Фото: «Прессбол»

Румбутис: «Хвастович купил «Атаку» из-за двух-трех футболистов. Ему очень нравились Ермакович и Лисовский. Я недоумевал: «Зачем тебе этот клуб ради нескольких ребят? Забери их двоих и все». Просто тогда прошли слухи, что этими парнями интересуется московский «Спартак».  Женя говорил: «Видишь, этих игроков берут на просмотр. Значит, они сильные. Надо брать». Правда, взять клуб–это одно, а содержать – другое. Тем более через год у Евгения начались финансовые проблемы».

Хвастович: «В 1996 году мы купили «Хапоэль» из Иерусалима. Информация пошла от Эфрона, который эмигрировал в Израиль. Он рассказал, что некий господин по имени Йоси Саси, который выкупил на торгах по причине банкротства муниципальный клуб, нуждается в помощи. Сам по себе этот господин был строителем. Клуб он купил потому, что вместе в довесок к игрокам получал три футбольных поля в Иерусалиме, подразумевая возможность их застройки. Однако процесс оформления земли затянулся, и Йоси понял, что с командой он не справляется. В этот момент он столкнулся с Эфроном, который и вышел на нас.

Мы заключили договор, по которому приобретали 50 процентов акций и помогали содержать клуб деньгами, футболистами и всем остальным. Мы собирались отправлять туда Лещенко (один из акционеров «Динамо», правая рука Хвастовича – Tribuna.com), он уже собирал чемоданы, однако потом случилась вся эта история с государственным «Динамо» и проект умер. Хотя, думаю, по документам «Динамо» до сих пор совладеет этим клубом и полями. Или как минимум может претендовать на свои права (на сегодняшний день «Хапоэль» из Иерусалима играет во втором дивизионе Израиля – Tribuna.com).

Еще меня сильно удивляло, как были организованы трансляции в Испании. Лига занималась продажей телеправ, а затем делила всю сумму между клубами. Одно время мы хотели приобрести сантандерский «Расинг».  Ему от телевидения доставалось в несколько раз больше, чем сумма нашего бюджета на четыре команды. Мы были уверены, что наши игроки ничем не уступают игрокам «Расинга». Смысл был такой, чтобы купить Сантандер и переместить часть игроков из четырех наших клубов в Испанию. Это помогло бы обеспечивать бюджет и здесь, и там. Но этим планам не суждено было сбыться, началась вся эта возня вокруг интереса государства к «Динамо».

Я не чувствовал себя богатым человеком, малинового пиджака у меня тоже не было. Не помню, какая у меня была зарплата. Но вы поймите: мы с напряжением формировали бюджет и вырывать оттуда потом кусочки для себя не было никакого смысла. Никогда не считал, сколько денег было вложено в «Динамо». Я-то воспринимал себя как часть этого предприятия. Какой смысл перекладывать что-то из одного кармана в другой? Меня всегда смешили попытки дать мне взятку, чтобы сбить цену на футболиста. Для меня в этом не было никакого смысла. Если меньше заплатят за футболиста клубу, то мне потом придется докладывать из левых денег, чтобы содержать команду и платить зарплаты».

Газеты того времени. В ту пору сообщения о том, что Хвастович решил себе купить еще один клуб, никого не удивляли. К примеру, сразу после покупки «Атаки» динамовский босс рассказал Сергею Новикову в интервью «Прессболу» о желании приобрести немецкий клуб.

Румбутис: «Не знаю, откуда у Хвастовича были деньги, но за ним стояли очень серьезные люди. Поэтому проблем с выплатами в его командах не было. После сезона 1997 года Хвастович обещал футболистам «Динамо» серьезные бонусы. Премиальные за еврокубки были тоже очень хорошего уровня. По-моему, за победу в Европе игрокам выплачивались по полторы-две тысячи долларов. Ему было невероятно трудно достать эти деньги. Ведь никто не шел навстречу Хвастовичу. Когда «Динамо» играло с «Вердером», стадион «Динамо» выставил команде ценник около 30 тысяч за этот матч. Все просто офигели от такой суммы! Руководство стадиона сказало: «Не хотите – не играйте».

Продолжение завтра. Вы узнаете о том, с чего начались проблемы Хвастовича, о страстном желании государства вернуть «Динамо», о роли в этой истории Александра Лукашенко, а также о том, как белорусский футбол едва не угодил под санкции УЕФА и ФИФА.