Сергей Игнатович: «После тренировки подошел Юрий Чиж и сказал: «Играй попроще»

Голкипер минского «Динамо» в первом большом интервью рассказал о переезде из Могилева в Минск в 16 лет, занятиях греко-римской борьбой, конкуренции с Александром Гутором и совете Юрия Чижа.

– Как провел отпуск?

– Спокойно. Почти все время был в Могилеве. Провел время с семьей. Я же год родителей и младшего брата не вижу. Хочется побыть с ними, встретиться с друзьями, в футбол поиграть. В Минск приезжал на выходных  на уроки в автошколе. Хочу закончить уже, наконец. В сезоне не получилось доучиться – много матчей было. Перевелся в другую группу. Хочу уже все сдать.

– Никита Корзун уже с правами. Консультируешься?

– По теории нет. Понял всю технологию и сдаю с первого раза. А по практике, возможно, попрошу помогать. Видел, как он рулит – не раз подвозил. Спокойный водитель, уверенный. Иногда может полихачить, но все в рамках правил. Вообще из моих знакомых никто так, как Александр Алумона не водит. В «Динамо» вообще так быстро никто не ездит.

– Ты скучаешь по Могилеву?

– Уже нет. Да и раньше, если честно, не очень. Несмотря на то, что живу в Минске с 16 лет. Привык к столице. Все знакомо, много друзей. В 2006-м Павел Родненок, тренировавший сборную моего возраста, пригласил в РУОР. Жил в общежитии «Олимпиец», что на улице Калиновского. Утром ездил в Парк Челюскинцев на тренировки, а после на уроки в район автовокзала «Московский», где был учебный корпус.

– Кто с тобой еще был?

– В классе футболистов было человек 10. Но на слуху остались только я и Саша Селява из жодинского «Торпедо-БелАЗ».

– Как подействовал на тебя большой город?

– Сперва, было непривычно: люди быстро двигаются, куда-то спешат, бегут. Дела какие-то у всех постоянно. В любое время, в любой день. В Могилеве такого движения нет. Жизнь более размеренная. Но в Минске больше возможностей. Совсем другая инфраструктура. Правда, жаль, что нет пешеходной улицы. В Могилеве она очень красивая, уютная. Могилевчане любят там гулять.

– Ты легко согласился переехать в Минск в 16 лет?

– Трудностей не боялся. Мне хотелось играть в футбол, и я очень спокойно относился к перспективе жить далеко от дома и родителей. Тем более они меня поддержали. Сказали, что вправе решать сам. Что все в моих руках. В общем, стандартное напутствие. Мама еще ссобойку собрала. Ей же было важно, чтобы сын не голодал.

– А ты мог тогда что-то сам себе приготовить?

– Только по мелочи: яичницу пожарить, макароны с сосисками отварить. Но кухни в общаге не было – кушали в столовых. Правда, еды не хватало. Ходили в магазин за добавками. Сейчас чуть больше могу. Сырники, вот, научился делать. Мама рассказала, как. В первый раз слиплись, но потом сделал поправку, добавил чуть больше муки, и все нормально.

– Вы живете вместе с Артемом Быковым. Он готовит?

– Ну, мясо может пожарить. Но мы не выготавливаем. Артем хороший сосед. Спокойный, такой. Мы очень быстро нашли общий язык и долго не притирались. Тем более, и в сборной пересекались. Живем вместе уже год. Сразу после травмы он поехал к родителям. Но, когда снова начал ходить, – вернулся. Первое время он закрылся. Надо было подумать, что да как. А потом все стало, как и раньше.

***

– Как ты вообще выбрал футбол?

– Друг привел. Он занимался в СДЮШОР-7, прикрепленной к «Днепру». Его тренер попросил помочь с парнями. Я играл в футбол во дворе, но дойти до секции как-то не получалось. Да и, мне казалось, что в 11 лет начинать уже поздно. Но друг настоял. Пришли на тренировку. Тренер посмотрел и отправил в ворота. Друг, который был вратарем, дал мне свои старые перчатки, и все. Первое время очень хотелось бегать. Но потом, когда начало получаться, уже получал удовольствие от игры в воротах! Хорошо, что тренер с первых дней меня поддерживал. Видно, видел что-то.

Очень помогло еще, что до этого год занимался греко-римской борьбой. Даже на соревнованиях выступал. В комбинезонах таких в облипку :). Пошел, чтобы просто чем-то заниматься. На первых порах было нормально, но потом понял, что это не мое. Так вот там мы развивали акробатику: кувырочки, броски. Так что сейчас у меня все поставлено. Проблем нет. Спокойно прыгаю на батуте, кручу сальто.

– Родители тебя поддержали с переходом в футбол или хотели, чтобы ты был борцом?

– Про борьбу вопрос даже не стоял. По большому счету им было все равно, где я занимаюсь. Главное, чтобы нигде не шатался и не нахватал вредных привычек. А как стало получаться, мама и папа очень серьезно принялись следить за футболом. Знают составы, все дела.

– Правда, что тебя продали в «Динамо» потому, что ты не был нужен Валерию Стрельцову в «Днепре»?

– Не так все было. Меня в «Динамо» хотел пригласить еще Андрей Пышник, когда мне было 16 лет. Как только это стало известно, Валерий Иванович пригласил к себе меня вместе с отцом и мы решили, что сперва подпишусь с «Днепром». Что типа так будет правильно.  Может быть, он просто не хотел меня бесплатно в Минск отпускать, не знаю. Но меня тогда это мало интересовало. Играть хотел. Хотя деньги по контракту имел приличные – 185 тысяч рублей в месяц. В 2008-м году это было около 90 долларов. Многое мог себе позволить. Заходил в школьный буфет и мог, при желании, скупить все, что там было :).

– За первую команду «бело-голубых» ты дебютировал в 2012 году в кубковом матче против «Волны». Волновался?

– Не особо. Просто я знал, что заменю Сашу Сулиму во втором тайме. Да и к моменту выхода мы уже вели мяча три или четыре. Вот когда этом году против «Слуцка» выходил волнения было больше. Во-первых, игра чемпионата. Во-вторых, провел все 90 минут. Но следующий матч против БАТЭ была еще сложнее. Вокруг только и слышались разговоры о «класико». Это накладывало свой отпечаток на подготовку. Более того, я вообще только в день матча узнал, что буду играть. В общем, пережил интересные мгновения. Не представлял, каково это: быть участником матча «Динамо»  – БАТЭ. Но с первых секунд понял, что будет серьезная заруба, и надо биться за каждый мяч.

– Но ты одну ошибку допустил. Поймал мяч за линией штрафной или нет?

– Ногами стоял в штрафной, а руки чуть вынес. Но такие моменты судьи редко свистят. Их тяжело увидеть. Может быть, это и нарушение, но ведь когда вратарь выбивает с рук у границы штрафной, он руку с мячом выносит за линию. И никто не свистит.

– Показалось, что ты поспешил быстрее от мяча избавиться.

– Хотел сделать так, чтобы эпизод пошел дальше, и у судьи было мало времени на обдумывание ситуации. Если бы поймал мяч, лайнсмен среагировал бы. А так я перебросил партнеру, и все переключились на другой момент.

– Что потом на это сказал тренер вратарей Сергей Приходько?

– Попросил так больше не делать. Говорил, чтобы играл четче и уверенней. Я потом пересматривал момент и видел, что у меня была возможность сделать еще один шажок назад, но в динамике игры не удалось трезво оценить.

– Как у тебя вообще складывались отношения с ним?

– Фактически, именно он меня приглашал в команду. И с первого дня меня поддерживал, подтягивал, объяснял. В общем, оказал существенное влияние на мое становление.

Перед началом сезона в команде было трое вратарей: я, Дима Гущенко и Саша Гутор. Приходько нас собрал и сказал: «Начинаются сборы – доказывайте. Кто будет лучшим, тот будет играть». Все было просто и понятно.

– Всем вокруг было понятно, что первым номером будет Гутор.

– Понимал, что если мы будем равны, ему доверят место первому. Я ведь молодой вратарь. У меня за плечами нет никакого опыта, даже нормального количество матчей в «вышке». Что я могу требовать? Понимал, что надо пахать и зарабатывать имя. А Саня уже и чемпионат неоднократно выигрывал, и лучшим в стране был. Понятно было, что он находится выше, чем мы. Но все равно надо было доказывать состоятельность, чтобы в случае чего можно было сыграть и использовать шанс.

– У вратарей такая специальность, что часто приходиться сидеть на лавке и ждать.

– Всегда спокойно относится к этому. Сидел без негатива к конкурентам. Не обижался на Сашу, что играет он. Уверен, что у него не было обид на меня. Это специфика работы. Не мы же определяем состав. Мы хорошо общались и общаемся. Иногда обсуждали ошибки друг друга. Делились советами, как их избежать. Но скажу, что после того, как поиграешь, сидеть на скамейке тяжелее. Ты уже почувствовал вкус игры, тебе хочется еще. Достаточно сложные эмоции.

– В этот момент не хочется желать ошибок конкурентов?

– Нет! Уверен, что будешь так делать, сам выйдешь и ошибешься. Все же возвращается. Да и клубные интересы важнее.

– Как ты настраиваешься на матчи?

– Вечером стараюсь себя не накручивать. Читаю книги, смотрю фильмы. Провожу время без лишних эмоций. Ну и главное – сон. Обычно все в порядке, но иногда могу у доктора взять снотворное. Не из-за того, что мучаюсь или волнуюсь, а чтобы выспаться. Обычно я к часу засыпаю, а если матч днем, то надо лечь раньше. А сразу заснуть не всегда получатся. Вот и пью таблетки.

– Быстро действует?

– До кровати дойти успеваю :). Минут через 15 уже сплю. Пробуждение потом нормальное. Никаких последствий для организма.

***

– Говорят, Юрий Чиж знает всех футболистов по именам. Когда ты только начинал, узнавал?

– Не знаю, знал ли он, как меня зовут или нет, но самый первый разговор у нас с ним случился, когда я был еще в дубле. Однажды меня привлекли к работе с основой. Юрий Чиж был на базе и наблюдал за тренировкой. Мне откатили мяч назад, и я, выбивая мяч, сыграл ногами очень рискованно. После занятия он подошел и сказал: «Играй попроще».

В прошлом году тоже пересеклись. Спросил, когда начну играть. Ответил, как шанс дадут. Все. Говорят, у него нет времени на «Динамо». Но, это не совсем верно. В том году он много времени уделял команде. Было видно, что переживал. Жил этим, как и мы.

– Иногда во время тренировок тебя называют «Капуста». Почему?

– На одном из первых занятий с основой Сергей Кисляк на какое-то мое действие отреагировал словом: «Капуста». Почему, не объяснил, но ребята подхватили и продолжили называть. Подтравливали слегка. Нормально реагировал. Смешно же было. Тем более Серый добрый и позитивный человек. В его словах не было уничижения или чего-то такого. Сейчас так уже не называют. Чаще я Игнат. В «Динамо» сейчас вообще интересных кличек нет. В основном производные от фамилий. Молош – Мол, Стасевич – Стас, Симович – Сима. Как-то так. Только Никиту Корзуна иногда Дедом зовем. Ну, или Никитой Ивановичем – он иногда просит так себя называть.

– Кстати, он по моей просьбе описал тебя тремя словами: вэра, взрывчатка и водопад. Сказал, что ты в теме. Поясняй.

– Ахаха). Ну, вэра понятно – вратарь. Взрывчатка – наверное, потому, что могу вспылить, резко сорваться. Иногда бываю очень эмоциональным, хотя в целом по жизни спокойный. А водопад… Даже не знаю, что он имел ввиду. Пусть теперь сам рассказывает. Передаю эстафету :).

Фото в тексте: offside.by, Иван Уральский