Удружили. Как белорусы провели Кубок Содружества

С давних лет у меня сложилось особое отношение к молодежной сборной. В  90-х годах в период моего взросления и взросления нашей страны именно  младшая по рангу сборная несла на себе ореол ожидаемой футбольной    славы. Одно из самых ярких футбольных воспоминаний детства, связанных  с белорусским футболом, – это две волевые победы команды Кирилла  Савостикова над соперниками из Норвегии (4-2) и Голандии (3-1). Они были достигнуты на коротком отрезке и увенчаны победой взрослой дружины над  «оранжевыми». Эти успехи оставили яркий след в памяти и скрасили  довольно мрачные будни 90-х годов.

Последнее выступление команды Игоря Ковалевича на Кубке Содружества не вызвало ту бурю эмоций, но приятных впечатлений прибавило. С большим удовольствием понаблюдал за сборной, благо ее выступление затянулось. Смотрел матчи как болельщик, что не позволяло вдаваться в детали. Но кое-какие наблюдения сделал. Хотелось бы ими поделиться. Для большей узнаваемости игроков основы каждому уделил внимание, присоединив небольшую нарезку видеофрагментов. Благо размещение всех матчей на YouTube дало такую возможность. Пока внимание сосредоточил на атаке. Выявлять слабые звенья обороны своей команды – неблагодарное дело, как оказывается.

За белорусов на этом турнире было приятно болеть. Уверен, даже нейтральный болельщик поневоле начинал симпатизировать нашей дружине. И причина этого в очень привлекательной манере игры. Команда сделала ставку на комбинационные действия. Игра строилась исключительно на технике футболистов работы с мячом, что находило отражение в быстром и точном пасе. От некоторых комбинаций у зрителей и соперников голова шла кругом. Чего стоит первое взятие ворот Лебедева в матче с эстонцами. Игроки продвинули мяч от ворот до ворот в 7 передач, 3 из которых были отданы в одно касание. И соперник ни разу не сумел навязать борьбу за мяч вплоть до финального удара. Еще пару схожих комбинаций голами не завершались, но также выделялись особым изяществом.

Вообще команда демонстрировала добротный современный футбол. И панорамная картинка одной камеры не мешала просмотру, а напротив, прибавляла импозантности. Благодаря высокой камере отчетливо читался рисунок игры. И его главные черты – это широкое расположение игроков по горизонтали и узкое по вертикали. Сужение игры по вертикали позволяло проходить центр поля в 3-4 паса. А ширина атаки по горизонтали растягивало оборону соперника, создавая свободные зоны для рывков из глубины представителей средней линии. Не все было идеально, но игра команды отчетливо читалась.

По просьбе Александра Хацкевича, Игорь Ковалевич предложил своей команде расстановку 4-3-3. И именно центральный треугольник стал главным творцом комбинационной игры команды. Трио Яблонский-Евдокимов-Янченко при ротации с Милевским и Яроцким стали главной движущей силой, а точность передач каждого из них составила не ниже 80%. Игра в пас и скорость взаимных перемещений стали краеугольным камнем игровой модели. Но при этом каждый футболист центра поля выполнял отведенную ему функцию.

Яблонский стал настоящим лидером команды, сыграв со старта все матчи на турнире. В трио центральных хавбеков Евгений занимал самую низкую позицию, располагаясь в основании треугольника ниже по оси. Как следствие, на него возлагалась задача начала комбинаций команды. Игрок стал самым пасующим в команде, связывая линии воедино.

При выходе в атаку команда чаще выглядела следующим образом. Крайние защитники поднимались выше по оси, уходя за центральную линию. Ниже опускался один из центрхавов (чаще Яблонский), а пара других полузащитников открывались левее и правее опорных хавбеков соперника. Выход в атаку осуществлялся через один из флангов открыванием в полупозиции вингера или центрхава. При этом применялось встречное движение футболистов в зоне и обмен позициями. Стоило вингеру оттянуться ниже и в центр, как его место тут же занимал центрхав или крайний защитник.

Применялись и другие способы, но алгоритм оставался прежним. Точная игра в пас, создание треугольника в зоне мяча, открывание в полупозиции и использование разнонаправленных открываний. Следует отметить, что треугольник в центре постоянно видоизменял свое положение. Если соперник увеличивал давление на «нижнего» опорного, с ним в линию располагался партнер, а третий играл выше. Яблонский мог подняться по оси, а его позицию тогда страховал Евдокимов или Янченко. Если соперник блокировал Яблонского, длинным пасом атаки начинал один из центральных защитников. Чаще это совершал Зинович. При этом мяч в основном следовал верхом не в борьбу, а во фланговую зону на вингера.

Кроме начала атак, Яблонский запомнился подключениями в атаку из глубины. Он проявил очень высокую эффективность индивидуальных действий один в один. И если отбор для опорного хава – это требование, то филигранная обводка – уже ценная опция. Несколько раз Яблонский изящно разбрасывал финтами соперников. Самый памятный момент – мяч, забитый в ворота финнов, и это был не единичный случай.

Также следует отметить умение футболиста сыграть точно и длинно по диагонали. Учитывая широкое расположение белорусов в атаке, данная опция была довольно востребована.

Центральные полузащитники не ограничились лишь подготовкой атак. Комбинации зачастую разыгрывались именно таким образом, чтобы в роли завершителя выступал один из хавбеков команды. Наибольшую остроту несли подключения по центру Янченко (еще один неприкосновенный игрок основы). При розыгрышах атак через фланги центральный нападающий регулярно смещался в эти зоны и действовал в подыгрыше. И тогда в линию атаки выдвигался Янченко, выступая в роли «скрытого» форварда. Полузащитник стал одним из лидеров команды по числу ударов, по ударам в створ ворот – и вовсе первым.

Если Янченко преимущественно завершал атаки, то создавал моменты для партнеров чаще всего Евдокимов. Игрок на турнире проявил себя как универсальный футболист центра поля. При том, что он периодически выступал в роли второго опорного, часто навязывал отбор соперникам, он отменно раздавал проникающие передачи партнерам. Для этого полузащитник применял два способа. Первый – это открывание в полупозиции. В основном он выдвигался в зону между левым и опорным хавбеками и принимал мяч без опеки в полуфланге. Второй способ – выход на позицию для удара или паса на рывке. Футболист качественно применял дриблинг, за счет скорости и смены направления движения легко оставлял за спиной соперника. Как следствие, именно Евдокимов был самым частым адресатом ключевых передач команды. Также он периодически сам завершал атаки средними и дальними ударами, пробивая с обеих ног.

О ширине атак команды уже было сказано. В контексте следует отметить важную роль в этом компоненте фланговых защитников. Именно они своими подключениями придавали атакам размашистость. Особенно в тех случах, когда один из вингеров смещался в центр и задействовался в конструктивной фазе. Удивительный факт, но в пользу высоких подключений крайних защитников говорит то обстоятельство, что Позняк и Карпович на двоих 5 раз попадали в положение вне игры (треть общекомандных офсайдов).

Резкими выпадами по бровке отмечался Позняк. Если выступающий справа Карпович был активнее задействован в комбинационной игре, то левый деф без мяча совершал затяжные рывки, нередко входя в штрафную соперника. Такие его рейды вторым темпом всякий несли элемент неожиданности и 2 раза могли привести к голу. Но в обоих случаях вблизи чужой штрафной игрока подводила нерасторопность или неточность.

Хотелось бы выделить роль Позняка в случае с голом в матче со сборной ЮАР. На видео отчетливо заметно, что именно его неожиданный рывок в штрафную позволил создать вблизи ворот численное равенство и предоставил свободу Климовичу в момент приема мяча.

Игроки передней линии почему-то не оставили столь яркого впечатления. Может, этому виной более частая ротация, а может, и некоторая прямота действий. Частая смена в передней линии не позволила сформулировать о каждом игроке четкое мнение. Поэтому отрезал то, что отрезал.

Если говорить о центрфорвардах, то следует отметить их работу на команду. И Климович, и Лебедев отметились продуктивными действиями в подыгрыше. Для каждого из них 30 и более передач за матч – это норма. Именно такая манера игры предоставляла больше пространства для центрхавов и вингеров. Также оба продемонстрировали хорошую работу с мячом, особенно запомнились два момента с участием Климовича, когда он применял для выхода на позицию для удара финт а-ля Зидан.

Лебедев отметился более умелыми действиями в подыгрыше. Он точнее партнера по атаке (форварды практически не использовались вместе, а сменяли друг друга) играл пас, зачастую выступая в роли «подносчика снарядов». Также он продемонстрировал умение сыграть на опережение в штрафной площади соперника. Его скорость и открывания на рывке зачастую позволяли пробивать из свободного положения даже с близкого расстояния. При высокой мобильности игрок отметился достаточно высокой эффективностью борьбы как внизу, так и вверху.

Задействованный слева Чернышов продемонстрировал качественный пас с левой ноги. Даже при смене мяча он быстро оценивал ситуацию и остро играл вперед на форварда. Зачастую контратаки после отбора мяча в средней зоне строились по алгоритму – пас на Чернышова – заброс на форварда, играющего на линии офсайда.

Играющий справа Теслюк был в большей мере нацелен на игру в короткий пас и завершение атак. Он успешно комбинировал в полуфланге, составляя связку с ближним центральным хавбеком, часто совершал с ним обмен позициями. Теслюк регулярно выступал в роли адресата первой передачи при выходе в атаку. Также следует отметить его стремление обыграть соперника один в один и самостоятельно завершить атаку. Его гол в ворота туркменов в первом матче, давший задел на будущее, был забит именно в такой манере. Непредсказуемость действиям хавбека добавляла игра двумя ногами. Он мог как сместиться к флангу и пробить с правой, так и ударить по воротам с левой после ухода в центр.

В завершении несколько слов о недостатках. Первое, что не позволило чаще отличаться на турнире, – это плохая точность ударов. Даже из предельно выгодных положений игроки зачастую умудрялись промахиваться или принимать не совсем верные решения. Лишь третья часть ударов приходилась в створ, на выходе имеем 5 ударов в створ за матч (что не помешало стать самой результативной командой турнира). Иногда промахи выглядели довольно несуразно.

Второе – это ошибки при игре на линии. Игроки 15 раз попадали в офсайды, в среднем за матч почти 3 раза, при этом в последних решающих матчах – 9 раз. Притом, что соперники не ставили сверхсложных задач в виде отлаженных командных действий в обороне. Несколько перспективных выходов и стандартов было загублено именно по причине невнимательности пасующих и открывающихся.

Еще один не столь заметным, но значительным недостатком стала недостаточная игра на подборе. При высоких показателях владения мячом команда не так часто, как хотелось, подбирала нейтральный мяч на половине поля соперника. Игроки сами зачастую не поспевали за движением мяча и не обеспечивали второй темп комбинациям. Этот недостаток можно отнести как к хавбекам, так и центральным защитникам, которые не обеспечивали сужение линий после прохождения центра поля.

В решающем матче со сборной ЮАР именно проигранный подбор часто оборачивался быстрым выходом соперника из обороны. Это позволяло оппонентам разгонять атаку и успешно применять обводку. И если до этого матча белорусы справлялись с соперниками один в один, то в этом матче столкнулись с соперниками, более подкованными в плане индивидуальных действий. И как следствие, белорусы вынуждены были фолить. В последние 15 минут матча наши соотечественники сфолили 10 раз, 6–на своей половине поля. Конечно, ряд нарушений можно признать надуманными арбитром, но основания свиснуть он имел. Чем закончился один из штрафных – мы все помним. Но это уже оборона, а это совсем другая история…

Фото:com-cup.com