Сергей Румас: «Может, Сафарьяну нравится носить ворота, помогая команде»

Сергей Румас дает первое большое интервью Tribuna.com и сходу смело раскрыл весь бюджет чемпионата.

- Спасибо, что согласились на это интервью. Вы сделали шаг навстречу. Я со своей стороны тоже хотел бы сделать такой шаг. Мы вас достаточно много критиковали за последние четыре года. С нашей точки зрения, обоснованно. С вашей – наверное, нет. Однако ряд высказываний были некорректны по своей форме. За это хотел бы принести извинения вам лично и Сергею Сафарьяну.

– Принимается. За годы работы чиновником пришлось привыкнуть к критике. Вначале было тяжело, и я реагировал очень болезненно. Важно разделять, когда критикуют, потому что не согласны, и когда пишут неправду (это характерно, наверное, больше для финансовой сферы, чем для футбола) из-за недостатка информации. Откровенная ложь особенно задевает.

Благодарен за предложение по-новому взглянуть на отношения. Мы разговаривали в федерации с Сергеем Сафарьяном на эту тему. Надо попытаться забыть то, что было раньше, и смотреть вперед. Цель у всех одна. Не думаю, что тут есть враги футбола. Просто его развитие все видят по-разному. Конструктивная критика должна быть, она, как и конкуренция, заставляет идти вперед. Как в народе говорят, на то и щука, чтобы карась не спал.

Нам всем, чиновникам и начальникам, хотелось, чтобы писали: «Ах, какое мудрое решение! Как они вообще до такого додумались! Вот это люди работают!» К сожалению, иногда бывает, что ты уверен в правильности решения, но после того, как прочитаешь комментарии в прессе, понимаешь: промахнулись.

- Это про футбол или про финансы?

– Нет, я сейчас про футбол. Хотя, наверное, и в финансовой сфере бывают подобные ситуации.

- Мы критиковали вас в одностороннем порядке. Вы человек занятой и сложно найти возможность дать вам ответное слово. Хочу дать вам сейчас такую возможность. Три вещи, которые вас бесят в «Трибуне».

– Так неправильно ставить вопрос. Меня там ничего не бесит. Отдельные статьи вызывают вопросы, с некоторыми вещами я не соглашаюсь. Но мнение журналиста и не должно всегда совпадать с моим.

- Тем не менее, мы достаточно позитивно отнеслись к вашему появлению в футболе. Это легко проследить по публикациям. Вы были человеком из бизнеса, человеком с либеральными взглядами. Мы надеялись, что футбол будет реформирован в сторону рыночных механизмов. Однако он остается отраслью народного хозяйства и по-прежнему очень далек бизнеса.

– Что вы понимаете под рынком в футболе?

- Достаточно взглянуть, как футбол развивается в Европе. Основные источники доходов: ТВ, билеты, мерчендайзинг. Мы ни один из этих компонентов не продвинули.

– Да, у нас эти направления нуждаются в существенном развитии. Давайте разложим по частям. Что касается атрибутики, федерация сейчас запустила интернет-магазин, где можно, не выходя из дома, купить форму национальной команды. Нельзя сказать, что мы стоим на месте. Что касается продажи телеправ, тоже не соглашусь. Во-первых, мы очень выгодно продали права на матчи национальной сборной. Четыре года назад мы вошли в пилотный проект УЕФА и получили привлекательные условия, которых не было ранее. Относительно внутреннего чемпионата есть проблемы. Продукт не такой коммерческий, и каналы не конкурируют за его показ. Нам всем нужно над этим работать – и федерации, и клубам. Сейчас  мы рассматриваем вопрос покупки двух ПТС, хотим сами снимать матчи и затем либо продавать их каналам, либо доносить до зрителя альтернативными методами. Не хотелось бы сейчас раскрывать всех карт. Проект находится в работе, в ближайшее время мы его структурируем.

- Сафарьян говорит, что качество интернет-трансляций – вообще не дело федерации.

– Если мы показываем интернет-трансляцию на нашем сайте, это наши проблемы. Другой вопрос, что не все от нас зависит. Для того, чтобы подвести ко всем стадионам оптоволокно, поставить много HD-камер, нужны большие инвестиции. Думаю, мы решим этот вопрос в том числе с помощью собственных ПТС.

- Мне кажется, что вы начинаете не с того места. Кому вы собираетесь продавать чемпионат Беларуси, у которого унизительный рейтинг – меньше одного процента.

– Да, сегодня рейтинг не очень высок. И это проблема. Одновременно это одна из приоритетных задач федерации в пакете «Популяризация национального чемпионата». Вообще, все 20 задач, которые нам поставила конференция в рамках Стратегии-2020, мы сейчас разбиваем на отдельные блоки и хотим построить работу совсем по-другому. Департаменты, каждый работник будет отвечать за конкретные программы. К 1 июля мы эту работу закончим.

- В своем первом футбольном интервью вы говорили о том, что будете приходить на футбол с сыновьями. На футболе вас доводилось видеть, но без сыновей. Почему?

– Хм… Наверное, можно найти фотографии, где я на футболе с сыновьями. Но я чаще бываю на футболе, совмещая с командировками в регионы. В такие поездки сыновей брать не всегда получается. Если матч в Минске и им позволяет время, беру с собой.

- В прошлое воскресенье (разговор состоялся во вторник, 28 апреля – Tribuna.com) был матч «Динамо» Минск – БАТЭ. Вы были без сыновей.

– Болеют за разные клубы – не хотел никого расстраивать :).

– Этот разговор не к тому, чтобы обвинить вас или упрекнуть ваших детей. Пример получается показательным. Белорусским футболом сложно увлечься, он не вызывает интерес.

– Есть еще одна проблема. Особенно это было заметно, когда «Динамо» играло на полях возле федерации. Там все находятся друг возле друга, все очень компактно. Так вот, фанатский сектор выкрикивал, извините меня, такой мат, что там самому неудобно было находиться. Не говоря уже про детей.

- И это проблема. Но давайте вернемся к теме интереса. В вашей программе много говорится про посещаемость, но ничего не сказано о том, как расширить аудиторию.

– Уже говорил, что сейчас разрабатывается ряд программ, в которых будут прописаны конкретные тактические шаги. Программу по привлечению болельщиков мы делаем с привлечением внешних экспертов. В ней будут конкретные шаги, направленные на популяризацию футбола и увеличение посещаемости.

- Внешние эксперты – это иностранная компания?

– Это люди.

- Белорусы?

– Не только.

- Почему федерация никак не продвигает чемпионат?

– Вы думаете, это должна делать только федерация?

- Мне кажется, здесь две заинтересованные стороны: клубы и федерация. Для того чтобы продать этот продукт, АБФФ нужно сначала вложить в его продвижение.

– Такое продвижение стоит денег. А билеты продают клубы. На мой взгляд, было бы логично, чтобы именно они были заинтересованы в привлечение зрителей на домашние стадионы. Хотя относительно продвижения в целом чемпионата – согласен. Здесь участие федерации необходимо.

- Федерация пыталась провести исследование потенциальной аудитории футбола?

– Как здесь считать? Как дать четкий критерий аудитории, которой  футбол интересен? Это человек, который ходит на три матча плюс два смотрит в интернете и еще один – по телевизору? Очень трудно провести четкую грань. Но у нас же есть статистика. Есть такой показатель – количество людей, занимающихся футболом. В Беларуси эта цифра уже превысила триста тысяч. УЕФА определила нас на серебреный уровень развития массового футбол. Хотелось бы выйти, конечно, на золотой.

- Это здорово. Но я не об этом. Если человек смотрит английскую премьер-лигу, он ведь гораздо более вероятный кандидат на посещение стадиона по сравнению с тем, кто вообще ничего не смотрит.

– Конечно.                                                                                                             

- Но мы не знаем их количества, социального статуса, возраста, заработка.

– Мы таких исследований не заказывали. Но спасибо за идею.

***

- Геннадий Невыглас в своем интервью очень удивился, насколько слабо поменялся аппарат федерации. В федерации есть застой кадров?

– Не думаю. Все же большинство директоров департаментов поменялось. Наверное, он имел в виду рядовых сотрудников федерации.

- Куница и Вергеенко в федерации уже очень давно. Курбыко и Сафарьян вернулись после некоторого перерыва. Так или иначе – это одна и та же тусовка, которая на протяжении последних 20 лет периодически меняется креслами. Что они могут дать футболу нового?

– А что плохого, если человек 20 лет в футболе? Он же разбирается в этом. В целом я доволен своими заместителями.

- Но новая кровь ведь тоже должна быть.

– Ротация идет. У нас был неудачный опыт с привлечением Сидорени. Этот человек, как мне казалось, должен был поставить маркетинг. Он успешно занимался этим направлением в «Мире фитнеса». Но в футболе не сложилось. Потом долгое время не могли найти генерального директора. Лично разговаривал со многими футбольными людьми, просил назвать кандидатуру человека, который сможет по-новому выстроить работу в федерации. И никто такого кандидата не назвал. Владельцы клубов сказали: у нас у самих подобная проблема.

- Проблема кадров существует. Но у федерации ведь гораздо больше возможностей для привлечения качественных менеджеров. Вы находитесь в Минске. Бюджет у вас 10 миллионов долларов.

– В клубах зарплата гораздо выше, чем в федерации.

- Не во всех.

– Конечно, мы не говорим про «Гранит». Но в клубах минского региона зарплаты – выше.

- Хорошо. Какая зарплата у начальника отдела маркетинга в хорошем банке?

– Думаю, порядка 3 тысяч долларов в месяц.

- По моим данным, полторы.

– Может, я отстал от жизни?

Румас подходит к телефону, набирает службу персонала. Выясняется, что цифры гораздо ближе к двум. Румас возвращается.

– Да, ситуация несколько изменилась.

- Федерация в состоянии потратить 20 тысяч долларов в год на хорошего менеджера?

– У нас есть маркетолог.

- Его зарплата сильно ниже даже 1,5 тысяч.

– Маркетинг надо укреплять, это факт. Я подумаю, тем более, что планка по зарплате уже ниже.

- Из хоккейного клуба «Динамо» не так давно уходили Лидия Семенова и Иван Караичев. Вы не пытались привлечь их к работе в федерации?

– Нет.

- В вашей команде практически вся деятельность завязана на Сергее Сафарьяне. Наш главный редактор Олег Горунович ходил недавно к нему в гости и особенно был впечатлен тем, как бойко он держался на летучке по поводу строительства электростанции для технического центра. Вам не жалко своего первого зампреда?

– На Сергее Вагаршаковиче завязана вся оперативная деятельность федерации. То, о чем вы говорите, – это вопрос делегирования полномочий. В федерации работает около 80 человек. Наверное, часть вопросов можно делегировать. Но если он так не делает, видимо, на том уровне они не решаются и требуют его вмешательства. Мне трудно сказать. Но, сравнивая с работой Банка развития, проблема управляемости и делегирования полномочий в федерации есть.

- Может быть, все же менеджерский состав не соответствует уровню?

– Сложно сказать. Но себе в личный план второго срока вопрос организации работы поставил.

- Зачем Сафарьян летает со всеми сборными на все турниры, участвует в тренировках и носит ворота?

– Это у него надо спросить. Может, ему нравится носить ворота, помогая команде :). А много летает, потому что у меня не получается летать, а кто-то должен представлять АБФФ. Любой матч национальной сборной сопровождается встречей руководства федераций. Нашу зачастую представляет Сергей Вагаршакович, это часть его работы.

- Про матчи на высшем уровне все понятно. Но зачем летать на матчи молодежной сборной?

– Но он и не летает на все матчи молодежки.

- Толстых очень сложно представить на тренировке Капелло.

– Откуда мы знаем? И Сафарьян же не вмешивается в тренировочный процесс. Смотрит, формируетсвое мнение.

- Короче, вас это не смущает.

– Нет, это его работа.

- Вы помните, как познакомились с Сафарьяном?

– Когда мне предложили баллотироваться на пост председателя федерации, я начал искать людей, которые хорошо знают футбольное хозяйство. Список был широкий, и я встречался со многими людьми, которые могли что-то сказать о федерации. Было много тех, кто когда-либо в федерации работал. Так получилось, что с Сергеем Вагаршаковичем наши взгляды совпали. С тех пор работаем вместе.

- Вам предлагал баллотироваться Сафарьян?

– Нет. Помните, у президента была тройка: помощник, министр спорта и вице-президент НОК. Предложение поступило оттуда.

- Анатолий Капский рассказывал, что как раз в те же сроки к нему приходил Сергей Ильич в компании нескольких агентов и предлагали занять место Геннадия Невыгласа.

– Насколько я знаю, у Ильича с Капским сложные отношения. И сейчас даже трудно представить эту ситуацию. К тому же, при всем уважении, Сергей Николаевич не принимает решений относительно того, кто будет руководить федерацией.

- Есть мнение, что Сафарьян и Ильич просто-напросто очень хотели взять реванш и вернуться в федерацию, из которой были убраны некоторое время назад.

– Наверное, есть много людей, которые работали в федерации и хотели бы вернуться, но мой выбор пал на них. Повторюсь: мне предложение поступило из тройки.

- Один футболист сборной Беларуси рассказывал, что однажды около Дома футбола вы его не узнали. Такое могло быть?

– Возможно, я выходил и о чем-то крепко задумался. Вы же представляете вход в Дом футбола? Там очень много людей стоит или курят не непосредственно у двери, а где-то поодаль. Вполне могло быть, что я просто не увидел человека.

- Со стороны кажется, что футбол вам принес гораздо больше имиджевого ущерба, чем славы.

– В чем может выражаться этот имиджевый ущерб? Я же не собираюсь баллотироваться в депутаты.

- Вы большой чиновник. В футболе сейчас не все ладно. Сборная, например, много проигрывала.

– Философски к этому отношусь. То, что не получилось за первые четыре года, нужно пытаться исправить. Но зачем сокрушаться по поводу того, что моей репутации был нанесен имиджевый ущерб? Я на этом не заморачиваюсь.

- Президент делал не всегда лестные замечания относительно как раз таки вашей футбольной деятельности.

– У президента такая работа – спрашивать с подчиненных, когда что-то не получается. Когда я работал в правительстве и случались ошибки, то, поверьте, критика от президента была гораздо более жесткой. Может быть, даже не всегда публичной. Президент выговаривал за то, за что мы сами чувствовали свою вину, и это было справедливо.

- В выходные вы бываете на футболе. Время на ваши хобби – охоту и рыбалку – остается? Когда были последний раз?

– Может, не так много, как хотелось бы, но остается. Последний раз был недели три назад.

- У Невыгласа рекорд – 37-килограммовый сом и медведь с лапой 17,5 сантиметров. Вам есть чем похвастать?

– У меня тоже есть неплохие трофеи, в основном охотничьи. Самый крупный – иланд весом в тонну. Добыл в Африке. Иногда удачно стреляю гусей. Недавно обновил личный рекорд. Не улыбайтесь, я на самом деле люблю охоту на гусей. Геннадий Николаевич как коллега по цеху знает.

***

- Исполком АБФФ – раздутая и достаточно инертная структура. К примеру, чем полезен генеральный директор «Белавиа» господин Гусаров?

– Есть четкая иерархия принятия решений. Исполком не вмешивается в вопросы текущего руководства федерацией. Его компетенция четко прописана в уставе. Не соглашусь, что исполком раздут и тем более как-то тормозит принятие решений. Кстати, новый состав исполкома уменьшен на два человека.

- Дело не в этом. Достаточно странно, когда господин Гусаров голосует за количество легионеров в чемпионате Беларуси. Что он в этом может понимать?

– Когда я прихожу на футбол в Минске, я всегда там вижу Анатолия Николаевича. Он живет футболом уже много лет. Почему он не может иметь аргументированное мнение о легионерах? Кроме того, у федерации постоянно возникают вопросы с перевозкой сборных. Сейчас нам их проще решать. Если следовать вашему принципу, то исполком должен состоять из людей, которые работают непосредственно в футболе, так?

- Это одна из основных претензий к нынешнему исполкому.

– А до меня было по-другому?

- По-другому не было, но это не значит, что было правильно. То есть на данный момент место в исполкоме – это знак почета? Вот «Беларусбанк» поддерживает чемпионат Беларуси – мы туда включим господина Писарика.

– Попытаюсь провести аналогию. В Банке развития есть Совет директоров и из девяти его членов только два банкира. Там есть успешный предприниматель, есть известный ученый, есть руководитель консалтинговой компании. Отсутствие банковского стажа не мешает им эффективно работать в Совете директоров.

- Мы постоянно спрашиваем вас о премьер-лиге. Она нам интересна не сама по себе как некий фетиш. Нам кажется странным, что клубы, которые выступают в чемпионате Беларуси, не принимают решения о том, как же им играть.

– Федерация – регулятор чемпионата, и ее исполком устанавливает правила. В его составе есть представители клубов – их мнение всегда учитывается.

В очередной раз хочу сказать: я очень заинтересован в создании такой лиги. Готов не просто помогать, а активно поддерживать эту идею. Но боюсь, что вы не найдете энтузиастов (а они должны быть в первую очередь из клубов), которые бы занялись этим проектом. В первую очередь в силу финансовых причин. Сегодня мы процентов на 40 дотируем бюджет чемпионата.

- Поясните. Опрошенные руководители клубов не смогли ответить на вопрос, куда идут деньги. Заявочный взнос составляет 862 миллиона. Если умножить на 14, получается около 800 тысяч долларов. На что идут деньги?

–  Вот полная раскладка расходов.

- Получается, 60 процентов затрат – это судьи. Кажется, судьи – единственные, кому сейчас в нашем футболе хорошо. 

– Действительно, расходы на судейство составляют большую часть затрат на проведение чемпионата. При этом нельзя говорить, что судьям одним хорошо. Скорее, они стабильнее отдельных клубов получают вознаграждение за свою работу, но уж никак не самую высокое по сравнению как с игроками и тренерами, так и с коллегами из других стран.

– Почему сюда включены даже подготовка и сборы? Ведь АБФФ состоит в судейской конвенции УЕФА и получает по этой программе ежегодно 100 тысяч евро.

– Вы ведете речь о смете расходов. Это документ, который должен учитывать все расходы, вне зависимости от источников их покрытия. Обучение и сборы судей – это необходимый процесс при подготовке к чемпионату, как у любой команды. И это расходная статья, требующая определенных затрат. Она не может не учитываться  в смете. Поощрительные выплаты УЕФА в рамках судейской конвенции, во-первых, предназначены на более широкие цели: подготовка молодых судей, содержание учебного центра подготовки судей, судейской администрации, различного рода обучающих программ, приобретение оборудования и экипировки и т.д., а во-вторых, даже этой суммы недостаточно для покрытия всех расходов по сборам и семинарам для судей и инспекторов. Так, только для судей высшей лиги их должно быть не менее четырех за сезон. Поэтому часть расходов на эти цели компенсируется из заявочных взносов.

- Деньги, которые поступают от «Беларусбанка» (по нашим данным, это 5 миллиардов белорусских рублей), в полном объеме перечисляются клубам. Почему они не инвестируются в развитие, а по сути проедаются?

– Деньги, которые перечисляет «Беларусбанк», – это выручка, которая поступает за исполнение обязательств по рекламному договору с АБФФ. Заключая договор с «Беларусбанком», мы преследовали цель не заработать для собственных нужд, а получить доходы от чемпионата и отдать их клубам. Мы знаем, что значительная часть этих средств идет на оплату труда детских тренеров. Разве это можно назвать проеданием?

- Еще 25 процентов затрат – это призовой фонд. Насколько правильно такую огромную сумму отдавать трем клубам, которые и так не испытывают финансовых проблем?

– Мы ставили себе целевую задачу – создать призовой фонд, и ее выполнили. Сейчас работаем над тем, чтобы найти спонсора. Найдем – доходы увеличатся на эту сумму.

- Вы готовы помочь премьер-лиге, если вдруг она появится, административным ресурсом? К примеру, продлить контракт с «Беларусбанком»?

– Да, я буду вести переговоры с «Беларусбанком» и другими спонсорами о поддержке создаваемой лиги. Но еще раз хочу подчеркнуть – инициатива должна идти снизу, от клубов.

Мы вот говорим про премьер-лигу, но надо ведь понимать, что финансовые проблемы сейчас обострились очень сильно. Много вопросов с финансированием в Гомельской области. Там отменили возможность оказывать спонсорскую помощь за счет снижения ставки по налогу на недвижимость. И это позиция губернатора. Теперь все средства централизованы в бюджете, и исполком готов оказывать помощь клубам в пределах возможностей на какие-то конкретные цели. Еще одна болевая точка – «Гранит».

- Вы радовались, что «Гранит» больше не продает щебень. Может быть, пусть продавал бы?

– Когда футбольный клуб начинает заниматься продажей щебня, это, как правило, плохо заканчивается. Каждый должен заниматься своим делом. Если «Гродненская табачная фабрика» имеет возможность помогать спорту, то лучше, чтобы она это делала деньгами, а не отдавала часть бизнеса футбольным людям.

- Но это ведь противоречит требованиям указа.

– Нет. В указе нигде не поощряется возможность торговать щебнем. Идеология указа как раз другая и заключается в том, чтобы облегчить футбольным клубам возможность зарабатывать. Сдавать автобус в аренду, например.

- А если автобуса нет?

– Вы сами себе противоречите. В начале интервью вы говорили об основных источниках доходов европейских клубов. Торговли щебнем там нет. Не нужно белорусам изобретать велосипед. Необходимо работать над тем, чтобы развивать четыре источника доходов, которые вы называли.

- Клуб из Микашевичей, который играет в Лунинце, в состоянии окупить себя за счет билетов и атрибутики?

– Как раз в Лунинце посещаемость может быть не хуже, чем в Солигорске, а зарплаты ниже. Несмотря на то, что население этих городов отличается в разы.

- Сейчас на «Гранит» ходит тысяча людей.

– Думаю, эта цифра может быть больше. Особенно если команда будет продолжать показывать результат.

- Пусть даже в Лунинце соберется аншлаг в три тысячи зрителей. При стоимости билета в 20 тысяч выручки с одного матча не хватит даже на зарплату одному условному Осипенко.

– Это понятно. Возможно, им нужно подыскать инвестора, которому было бы интересно развивать футбол.

- «Банк развития» готов стать титульным спонсором такого клуба?

– Для себя мы определили, что поддерживаем Кубок развития. Этим наше сотрудничество с футболом ограничивается. Больше не планируем.

- Недавно председатель правления «МТБанка» Андрей Жишкевич сказал, что спорт как канал продвижения ему тоже не интересен. Затраты и эффект несопоставимы.

– Это его позиция, мы думаем по-другому. Кроме того, мы поддерживаем двух теннисистов: Веру Лапко и Максима Тыбора.

- Тут скорее вопрос в том, что футбол в Беларуси могут поддерживать только большие госкорпорации. Как повернуть к футболу средний и малый бизнес?

– Эти дискуссии велись, когда разрабатывался 191-й указ. Было много вариантов, как льготами стимулировать приход в футбол бизнеса, малого и среднего в том числе. Остановились на тех формулировках, которые закреплены в документе. Надо понимать, что нынешний указ действует до конца года. Будет разрабатываться новый проект документа, и не исключено, что вернутся к механизму льгот для тех, кто поддерживает спорт. Есть разные мнения по поводу того, как помогать спорту. Заканчивая самыми радикальными.

- Вообще не помогать?

– Да. Вы говорите, что спорт неинтересен «МТБанку». Такая логика есть и у некоторых чиновников: мол, зачем помогать спорту? Сегодня проблемы есть, например, в сельском хозяйстве. Давайте ему помогать. А спортсмены пусть сами бегают. Но новый указ – это тема второго полугодия. С июля месяца работа начнется. Мы, как и другие крупные федерации, тоже будем участвовать в разработке документа.

Фото: Надежда Бужан, Юлия Чепа, Иван Уральский, nv-online.info

Во второй части, которая выйдет в среду, вы прочитаете про то, как Марадона оказался в числе кандидатов на пост главного тренера сборной Беларуси.