Мохамед Мунир: «В Беларуси слишком много правил. В Ливии и Сербии такого нет»

Пожалуй, самое откровенное интервью легионера в чемпионате Беларуси.

Фото: dinamo-minsk.by

– Как ты оказался в «Динамо»?

– Моя карьера началась в ливийском клубе «Этихад». Пишется, как арабские авиалинии. Это такой местный БАТЭ. Футболисты первой команды получали неплохую зарплату. До войны семь лет подряд мы становились чемпионами. У нас была очень хорошая команда. Правда, в Ливии большие проблемы с менталитетом. В частности, у руководителей команд. Они не хотят, чтобы игроки развивались. Футболисту поступает конкретное предложение, но потом приходит президент и говорит: «Эй, зачем ты уходишь? Сколько тебе предлагают? Давай заплачу в два раза больше». И ты начинаешь думать. Так, я дома, я звезда здесь, мне предлагают огромные деньги. Круто, остаюсь. Зачем ехать в другую страну за маленькой зарплатой и другими сложностями? Но при этом наши футболисты никак не развиваются, оставаясь на родине. Они деградируют в своих родных командах. Это непрофессионально. Сейчас ситуация становится лучше. Уже два-три игрока выступают в чемпионате Португалии. До этого руководители просто отказывались их отпускать. Но для чего оставаться? У нас слабый чемпионат, есть только квалификация африканской Лиги чемпионов, из которой мы постоянно вылетаем.

Руководители же гнут свою линию: «Нет-нет, мы не дадим тебе разрешение на отъезд и бла-бла-бла». С этим я столкнулся в последний раз, когда вернулся в Ливию на короткую побывку уже после Сербии, но еще до Беларуси. Меня не отпускали в «Динамо. Это очень тяжело. Приходится долго ждать свежих решений.  В итоге, меня отпустили в Беларусь, но пока не звонят из национальной сборной ввиду клубного конфликта.

Вообще, первый раз я уехал в Европу в сентябре 2011-го. Ко мне проявляли интерес на несколько месяцев раньше, но я не мог приехать. У нас из-за войны не работали аэропорты, пришлось на машине ехать в Тунис, а уже оттуда лететь в Сербию. Там я попал в «Ягодину». Это не очень большой клуб в плане амбиций. Зарплата игроков в среднем около двух тысяч евро в месяц. И ее умудряются задерживать пять месяцев! Мне не нравился такой подход. Хочу заметить, что во всей Сербии такая печальная ситуация. Только «Войводина, «Партизан» и «Црвена Звезда» стабильно развиваются. У всех остальных – большие проблемы.

Помню, что еще в 2013-м «Партизан» предлагал мне контракт. Как и хорватская «Риека». Сербы обещали хорошие условия мне, но плохие – «Ягодине» за мой трансфер. У хорватов было наоборот. Меня не устраивали деньги, которые они предлагали. Так шло время, я оставался в «Ягодине». И тут начинались странные дела. Агент звонил и убеждал, что завершим переход в «Партизан» на следующий день. Потом оказывалось, что президента нет на месте. Дальше еще какая-то глупая причина появлялась.

В общем, мой друг, последний год получился очень сложным для меня. В целом я очень благодарен «Ягодине». Это клуб, который помог мне освоиться в европейском футболе. Но минувшей зимой пришлось вернуться домой, поскольку не было других вариантов для развития карьеры. Да и ливийские боссы были очень настойчивы. Даже приезжали за мной в Европу. Но мой сербский агент не хотел отпускать меня в Ливию. Мне же были нужны деньги. У меня появилась жена. Правда, и на Родине ждали неприятности. Здорово, что в итоге все сложилось хорошо. Я приехал в «Динамо» и уже был хорошо знаком с Вуком Рашовичем. Он приметил меня еще по чемпионату Сербии. Теперь я счастлив.

– Твои первые впечатления от Беларуси?

– Ох, сначала было трудно. Я жил в отеле «Виктория» абсолютно один. Если честно, мало кто в Минске говорит на английском. Во всех столицах, где я бывал, 50 процентов населения стабильно общается на иностранном. Здесь это не так.  

Лично на меня прохожие сильно не реагировали. Но стоило приехать моей жене и выйти на прогулку, как на нее смотрели абсолютно все. Она же мусульманка и носит хиджаб. Кажется, это немного удивляет белорусов. Меня же никто не знал. Это теперь болельщики «Динамо» подходят на улицах, просят сфотографироваться. Интересно, что они постоянно что-то говорят мне на русском. Я ничего не понимаю, но они продолжают говорить как ни в чем ни бывало.

Если честно, в Сербии было легче жить. Я постепенно выучил местный язык. Обвыкся. В Беларуси приходится это делать заново. Очень хочу скорее нанять учителя русского. Хотя даже со знанием сербского мне комфортно в команде, поскольку Вук общается со мной на сербском. Часто говорю на английском с Бангурой и Удоджи.

– Что ливийца удивляет в Беларуси?

– Здесь слишком много правил. В Ливии и Сербии такого не было. В Беларуси могут возникнуть проблемы, даже если ты просто перейдешь дорогу на красный цвет. Я еще узнал, что могут забрать машину, если будешь находиться за рулем пьяным. Даже не представлял, что такое может быть. Меня как мусульманина удивляет, что люди садятся пьяными за руль, но и то, что у них могут забрать машину, удивляет не меньше.

Лови пример, который вообще удивил. Пришел покупать авиабилет в Сербию, где осталась моя машина. Все, вроде, хорошо. Нашел подходящий рейс. Дал свой и жены паспорта. У нее документ сейчас немецкий.  И вот девушка, которая подобрала мне билет, принимается заполнять наши данные. Но каким-то удивительным образом в графе гражданство нет Германии. Ну ок, бывают сбои в компьютере. Меня удивило другое. Девушка сказала: «Извините, я не могу продать вам билет». Вообще не может, представляешь? Да выбери другую страну. Ливию, например. Жена ведь родом оттуда. Да хоть что-нибудь сделай, но билет продай! Это же просто маленькая деталь. Но нет, мне посоветовали обратиться в другие авиалинии. Например, в «Белавиа». Когда я это сделал, билетов уже не было. Только потом по очень высокой цене нашел вариант с помощью Lufthansa.

Что еще удивило? Мне кажется, белорусы не любят быть сразу приветливыми. Даже в нашем клубе. Первый месяц мне партнеры говорили в начале тренировки только «хай», а в конце – «бай». Но через какое-то время они раскрываются. Даже те, кто не знает английского, начинают говорить со мной. Теперь я все понял. Это называется менталитет. Белорусам надо привыкнуть. Сейчас они это сделали. Тем более после того, как мы прошли квалификацию Лиги Европы, мы стали сплоченнее.

– Что делаешь в свободное время в нашей набитой правилами стране?

– Когда тренировка после обеда, я отдыхаю дома. Но если выпадает свободная минутка, куда-то выбираемся с женой. Если честно, я люблю зоопарки. Мы как-то выбрались в Чижовку смотреть на животных. Плюс еще побывали на шоу дельфинов. Это топ-зрелище. Не видел такого прежде. Зубр? Я предполагал, что это большой зверь, но не думал, чтобы настолько.

Успел попасть и в белорусский цирк. Очень крутое представление. Больше всего смеялся с обезьян, которые танцевали под музыку, а потом сели кататься на мотоцикле. Какое-то сумасшедшее зрелище, но очень забавное.

Когда-нибудь выберемся в кино, но я повстречал студентов из Ливии, которые рассказали, что это бесполезно. Там только русский язык. Кстати, они же рассказали мне о тех правилах, которые существуют в Беларуси. Сейчас постараюсь еще раз пояснить. Вот в Сербии тебя остановит полицейский, если ты сильно пьян. Но! Там ты еще сможешь договориться. Например, сказать, что будешь спокойнее. Здесь, если тебя задержали, уже не отвертишься. Наверное, это и правильно. Впрочем, еще раз повторюсь, для меня как мусульманина алкоголь вообще неактуален.

Моих ливийских друзей часто останавливает милиция просто так. Начинаются расспросы в духе: «Где твой паспорт? Покажи мне визу! Где ты живешь в Беларуси?  Что здесь делаешь? Ты заплатил за это? А за вот это?» И так далее. Хотя  они спокойно идут по улице и никого не трогают.

Единственное место, которое меня раздражает, это местный аэропорт. Меня так сильно проверяли... Самое интересное, что я получил визу в Беларуси прямо в аэропорту. Как сейчас помню, на втором этаже. Потом спустился вниз, и меня начали снова проверять. Женщина вглядывалась в мою визу. Несколько раз проверяла схожесть фотографии на ней и моей реальной внешности. Потом даты внимательно изучала. Я был в шоке! Хотелось крикнуть: «Вы же только что сами поставили эту визу. Что еще можно проверять?» Нет-нет, пришлось ждать. Более того, потом пришла еще какая-то женщина. И они уже вдвоем проверяли подлинность моих данных.

Удивительно, но даже когда я путешествую с командой, все равно испытываю проблемы. Все проходят контроль спокойно, и только меня, Умару Бангура и Чигози Удоджи просят задержаться. Паспортные контролеры куда-то звонят, собирается целая группа и проверяет все наши документы. Это занимает по несколько минут, а в это время все идут мимо. Мне это не нравится. Я так устаю после игр, но при этом вынужден тратить свое время, чтобы какая-то женщина вглядывалась в мое лицо. Неужели наши клубные костюмы не говорят о том, что мы прилетели вместе с командой? Но это единственное, что меня раздражает в Беларуси.

Тем не менее, все эти правила делают вашу страну безопасной. Можно спокойно гулять по городу и не беспокоиться за свой кошелек. Я ни разу не видел, чтобы здесь кого-то грабили прямо на улице. Хотя в других странах такое встречал. В Беларуси могу пройти с женой в хиджабе, и меня никто не тронет. Посмотрит, да, но точно не станет грубить.

– Вы с женой – мусульмане. Насколько сложно людям этой религии в нашей стране? Вы же должны молиться пять раз в день.

– Это в идеале. Все зависит от степени веры. У меня она сильная. И мне несложно. Молиться  можно дома. Нужны только чистые руки и чистая поверхность. И даже если нет специального коврика для молитвы, однотонное полотенце вполне подойдет. Или даже майка. Я вот не выделяюсь. Молюсь не в центре города, а просто дома.

Я уже нашел в Минске мечеть. И там очень много мусульман. По пятницам она всегда полна. Ты, наверное, даже не представляешь, как много в вашей стране мусульман. Если у меня есть время, я обязательно иду в мечеть. Вообще, все зависит от веры. Смотри, друг, сейчас объясню. Молитва занимает 5-6 минут. Если это пять раз в день, получается всего 25-30 минут в общей сложности. Разве много? Кто-то просто бесцельно смотрит телевизор даже большее время. Хотя не все мусульмане думают точно так же. Многие жалуются на тяжелую занятость. Но я уже пояснил, почему это всего лишь отговорки.  Конечно, в других религиях многие люди вообще редко обращаются к Богу. Кто-то раз в месяц, кто-то – только после смерти родных.    

Лично мне нужно пять минут концентрации в спокойной обстановке, чтобы поговорить с Аллахом. Даже если нахожусь где-то с командой, просто ищу свободное пространство и уделяю время молитве. В «Динамо» с этим все хорошо. Все уважают мою религию. Никто не мешает. Некоторые интересуются, насколько часто нужно молиться и так далее. Удивляются. Я же поражаюсь, когда узнаю, что кто-то не молился уже около года. У каждого разное отношение к религии. Впрочем, в этом отношении я не новичок в «Динамо». Норвежец Адама  Диоманде, который здесь играл, также чтил мусульманские традиции.

– В чемпионате Беларуси ты выделяешься дриблингом. Думал об этом? Возможно, стоит больше играть на команду?

– Стиль футбола, который показывают в Беларуси против нас, очень тяжелый. Слишком много борьбы, бега и другой физической работы. У многих команд игра строится лишь на том, чтобы отобрать мяч и запустить его куда-нибудь подальше. Желательно – точно на партнера. Здесь мало футбола как такового. У белорусских игроков редко получается построить хорошую комбинацию или обыграть кого-то один в один.

Я же позволяю себе немного финтить. В футбол начинал играть для удовольствия. Конечно, сейчас он стал работой. Но я по-прежнему люблю свою работу. Кстати, Рашович поднял меня выше на фланге. Я же всегда был атакующим защитником. Мне было трудно перестроиться на новую позицию. Но Вук объяснил, что так я принесу больше пользы. Так и есть. Мои хорошие качества подходят для атакующего игрока.

Стиль футбола, который проповедуется в чемпионате Беларуси, не слишком подходит для игры «Динамо» в Европе.  Там мы очень много бегаем. Потеряли мяч, вернулись. Это очень энергозатратно. Порой мы теряли мяч через несколько секунд после того, как его получали. Мы порой не успеваем сохранить мяч и немного его подержать. Смотри, как происходит. Мы отбираем мяч и тут же стремимся в контратаку. Но она может стать хорошей только в нескольких случаях, когда разом сделано три-четыре точные передачи. Но при этом мы  часто теряем мяч. Тогда приходится снова возвращаться назад и отвоевывать мяч обратно. Иногда нужно делать несколько рывков по 50 метров.  Первое время был не готов к этому.

Так и получается, что в Европе нам сложнее. Там более умело контролируют мяч. В Беларуси мы легко можем вернуть мяч при потере, включив прессинг в два-три игрока. Когда же играем в Лиге Европы, это сделать гораздо сложнее. Мы хорошо это почувствовали в матче с «Зальцбургом».  Нам надо подумать об этом перед групповой стадией в Лиге Европы.

Так вот, когда у меня появляется мяч, я стараюсь его немножко придержать, чтобы дать партнерам отдышаться. Иногда при этом использую свой дриблинг. Так и получается, что мои индивидуальные действия чаще заметны.

Подожди, я заплачу. Хотя стой, бери еще все, что хочешь. Я угощаю.

– Спасибо. Ты уже понимаешь наши деньги?

– Друг, это первое, что я должен понимать :). Хотя как только приехал, подходил к кассе, доставал деньги и говорил: «Возьмите, сколько нужно». Что приятно, кажется, меня ни разу не обманули.

– У меня осталась еще одна важная тема для разговора. В Ливии до сих пор идет гражданская война. Интересуешься делами родины?

– Конечно. Все очень плохо. Вот последние дни были большие проблемы со светом. Около двух месяцев в течение каждого дня его отключают на 10-12 часов. Экономическая ситуация каждый день становится хуже. Прекрасно помню, как один доллар стоил 1,3 динара. Теперь только за 3 динара можно купить доллар. Все становится дорогим. Порой в банках просто не хватает денег. Бывает так, что компания готова платить зарплату, но в банке нет наличных или даже возможностей для перевода средств. Мол, приходите через месяц.

Прямо сейчас идет гражданская война. Это ужасно. Люди убивают друг друга. Наши правительственные войска сражаются с ИГИЛом. Там страшные люди, которые могут отрезать голову прямо на улице.

Конкретно в Триполи, где живут мои родители, не так опасно. Там главная проблема заключается в том, что нельзя иметь хорошую машину и деньги. Кто-то увидит это, проследит за тобой, и на четвертый раз ограбит. Если понадобится, даже убьет.

– В нашем медиапространстве появляются новости о том, что толпы беженцев из Ливии бегут в Европу. Это правда?

– Да, не буду этого исключать. Но смотри, у ливийцев всегда были деньги. Мы долгое время были очень богатой страной. Если бы больше работали, были бы еще богаче. Но даже сейчас некоторые ливийцы уезжают в Тунис на полгода. Там снимают квартиру, машину и наслаждаются жизнью.  Разве это возможно без денег? Я бы не называл этот пласт людей беженцами.

– Правильно ли понимать, что расцвет Ливии случился при Муаммаре Каддафи? Я читал, что при нем на открытие личного бизнеса от государства выдавалась единовременная материальная помощь в размере 20 тысяч долларов.

– Как по мне, это было лучшее время в истории нашей страны. Во всем. Давай рассмотрим бизнес, который ты предложил. Помимо денег (что тоже неплохо) открыть свое дело можно без лишней бюрократии. Вообще без проблем. Хочешь продавать воду? Пожалуйста. Сдавать машины в аренду? Без проблем.

Ох, мой друг, ты даже не представляешь, как мы хорошо жили. Обучение? Бесплатно. Причем на всех уровнях. Медицина? Тоже. 75 литров бензина стоит 5 евро. Квартплата? Я долгое время не знал, что это такое. Мы ни за что не платили. Понимаешь, друг? Вообще ни за что! Когда в Беларуси увидел квитанцию на 50 долларов, немного удивился. Потом понял, где я.

Если честно, даже не могу назвать, за что нужно было платить при Каддафи. Налоги? Что это? Никто в Ливии не знал это слово. В Европе иногда складывается ощущение, что за каждый шаг нужно оставить несколько евро.

Добавлю еще про полное отсутствие бюрократии. Вот в Сербии я хотел купить машину, но должен был ждать 15 дней. Там какие-то согласования с полицией, надо стать на учеты и так далее. Только мои данные записывали около часа. В Ливии, помню, только сказал имя и фамилию и получил ключи.

Кстати, у нас в отношении дорожного движения очень мало правил. Помню, как без водительского удостоверения брал машину  отца и гонял по улицам. Часто так делал.

– Ты вообще не сдавал тесты прежде, чем получить права?

– Тесты? Ха! Друг, ты, наверное, шутишь? Заплатил деньги – взял права. Ну, у нас есть там какие-то тесты. Кто-то, наверное, их сдает. Другое дело в Европе, Сербии и Беларуси – здесь все намного строже в отношении вождения.

Вообще, в Ливии все сумасшедшие в отношении вождения. Когда за руль садятся женщины – это полная катастрофа. Но и от мужчин не стоит ожидать ничего хорошего. Они очень быстро водят. Правда, я боюсь и белорусов. Они перестраиваются из полосы в полосу очень резко. Иногда даже не показывают сигнал поворота. Это кошмар. Надо же смотреть. Друг, или ты не согласен? Я почти каждый день на дороге вижу какое-то происшествие. И что интересно, в них всегда попадают девушки :).

– Если вернуться к Ливии, то я делаю вывод, что вы потеряли замечательную страну...

– Да, после смерти Каддафи все стало совсем плохо... Сначала Америка придумала, что наш правитель – враг человечества. Допустим. Каддафи умер. Почему же солдаты США продолжают прибывать в нашу страну? Строить демократию? Давайте мы сами разберемся.  Сейчас они добиваются лишь того, чтобы у нас постоянно происходили какие-то вооруженные конфликты.

Некоторые жаловались, что нельзя было крупно заработать. Мол, Каддафи отбирал деньги. Полиция действительно проверяла тех, у кого было много денег, если они получены незаконным путем. Но если ты можешь доказать законность их происхождения, никто тебя не отправлял за решетку.

Конечно, много бед нам принесла именно Америка. Эта страна нападает на тех, у кого есть природные ресурсы. Проблемы были у нас, Сирии, Ирака, поскольку здесь выдумывали военные конфликты и под этим предлогом их решали. Слушай, вот есть война между Израилем и Палестиной. Почему никто не помогает этим странам? Ответ прост: там нет ни нефти, ни газа. В Ираке вот умер Саддам Хусейн, с которым боролись, но представители Франции, Италии и США до сих пор приезжают в эту страну. Зачем?

Мы все не любим Америку. Даже те, кто не слишком уважал Каддафи. В СМИ американцы часто жалеют, что происходят войны в мире. Это ложь. Джордж Буш только и мечтал завоевать арабские страны. Американцы прикрываются тем, что дарят нам свободы. На самом деле они забирают все наши природные ресурсы путем воин.  Наши страны были просто не готовы к ним.

Знаешь, что меня еще больше всего расстраивает? Мы потеряли человечность, которая была раньше. Друг, давай проведем эксперимент. Подойдем к белорусу и попросим 10 долларов, чтобы добраться домой. Тебе поможет первый встречный? Ой вряд ли. В Ливии вообще без проблем.

Только два процента наших жителей являлись бедняками . При этом никто не мог прийти домой голодным. Я тебе гарантирую. У нас могла произойти такая ситуация. Парень приходит в магазин, набирает мясо, сыр, хлеб, потом подходит на кассу и говорит, что у него нет денег. Ему отвечают: «Ничего страшного. Бери бесплатно. Удачи!» И вообще, продукты у нас были очень дешевыми. За 20 центов можно было купить пять упаковок хлеба.  С едой у нас вообще не было проблем. Люди помогали друг другу. В Беларуси могут так попросить только одну сигарету.

Правда, потом люди стали пользоваться нашей добротой и таким отношением к жизни. Приехали бедняки из Сирии и Туниса и стали просить деньги. Это самые настоящие попрошайки. Такие иногда появляются в Минске возле Комаровского рынка. Это их работа. Они просят деньги, а потом отдают своему боссу. Долгое время таких людей в Ливии просто не существовало, но потом все изменилось.  

Я считаю, у нас были достаточно высокие зарплаты. В среднем около 300 долларов. Но при этом все жили хорошо, потому что было  даже непонятно, на что тратить эти деньги. Только на одежду и рестораны. Даже на футбол можно было пройти бесплатно. Билет стоил около двух долларов, можно было пройти, не покупая его. «Здравствуйте! У меня нет билета. Можно на стадион?» – «Без проблем. Проходи». В Ливии никто не думал о деньгах. В Европе никогда в жизни так не попадешь на стадион. Мы же не создавали лишние проблемы для болельщиков. Логика проста: чем больше придет, тем лучше.

Вообще, у нас в Ливии обожают футбол Уверен, за мной в моей родной стране следит столько же человек, сколько за «Динамо» в Беларуси. Мне уже наш пресс-атташе говорил, что кто-то из Ливии постоянно пишет сообщения, ставит лайки в «фэйсбуке» на странице клуба. Неудивительно. Когда играет наша национальная сборная, минимум 60 тысяч зрителей приходит на матч.

Если подытожить мои слова, то я должен заметить, что сейчас мы, ливийцы, обрели ту черту, которая свойственна многим запуганным нациям. Мы стали беспокоиться только о себе и своей семье. Это изменение принесла война. Когда видишь кровь на улице, трудно заботиться еще и об обществе. В такой обстановке можно сойти с ума. Теперь у нас появились люди, которые живут очень бедно. Они не могут найти работу, не могут найти жену, поскольку не в состоянии ее содержать. Некоторые сейчас только спят и курят в своем доме. Теперь понимаю, что нам нужно разобраться с европейцами и американцами, которые делят нашу нефть, после чего должны начать жить по правилам. Платить налоги. Как  это делает Германия, например. Эта правильные жизненные принципы.