Ян Тигорев: «Глупо объяснять свою слабую игру тем, что тренер идиот. Это никого не интересует»

Экс-футболист «бело-голубых» – о разных ситуациях, которые пережил в родной команде.

Ян Тигорев вернулся в «Динамо» летом 2015 года. Полузащитник, часто страдающий от повреждений, провел несколько матчей и получил травму. Долго восстанавливался, прошел предсезонку, но снова травмировался и снова долго восстанавливался. А в начале июня расторг контракт с клубом по обоюдному согласию.

– Еще прошлым летом при подписании соглашения между мной и Юрием Чижом были достигнуты определенные договоренности о возможном продлении контракта. В нынешнем году я получил травму и не мог помогать команде. И, согласно этим договоренностям, мы расстались. «Динамо» поступило со мной абсолютно корректно. И я со своей стороны делал все, о чем договорились.

– Договоренности какого рода?

– Относительно моего здоровья.

– Мол, будут травмы – расстаетесь?

– Все немного сложнее, но смысл такой.

– Почему не дождались окончания контракта?

– Набирать форму надо было около трех недель. В лучшем случае сумел бы сыграть в одном матче. Но вероятность того, что Вук Рашович выпустит на поле, была небольшая. А тренироваться просто ради тренировок смысла не было.

– Могли бы набрать форму, чтобы перейти в другой клуб.

– Пока я вообще отдыхаю. Взял себе время на отдых. Хочу обдумать ситуацию. В ближайшее время приму взвешенное решение о своей карьере.

– Что за травма была?

– Все банально – дернул заднюю поверхность бедра. Просто слишком рьяно рвался в бой и не дотерпел полный срок реабилитации. На второй тренировке случился рецидив. В итоге, вместо трех недель вылетело три месяца.

– А я слышал, что у вас что-то хроническое. Да еще и нерв защемлен.

– Когда некоторые специалисты не могут поставить правильный диагноз, они ищут какие-то необъяснимые и сложные вещи. Я за свой счет отправил МРТ в Германию. Оттуда пришло заключение, что у меня обычный надрыв мышцы задней поверхности бедра. Вот и все.

– Долгое время вы вообще играли без травм, но последние годы все больше лечитесь.

– У меня есть мысль на этот счет, но не знаю, насколько она объективна. В Запорожье у нас был специфический тренер по физподготовке – заслуженный тренер Украины по легкой атлетике. Он давал нам запредельные нагрузки. Бывало, шесть дней в неделю были с двухразовыми тренировками. И это не на сборах, а в течение сезона. Прыжки, барьеры, олений бег – это когда колени поднимаешь высоко – были просто в огромных количествах. Часть тренировок проводили на асфальте, потом выходили на грунт, а вечером прыгали по песку. Постоянные смены покрытия и так далее. Кстати, тогда это работало. Физически мы себя чувствовали отлично. Общаюсь с одногодками из «Металлурга» – у многих очень большие проблемы. Кто-то с ахиллом мучается третий год, кто-то еще с чем-то.

Ну, а может быть все проще – у каждого свой биологический возраст. Кто-то в 20 лет из-за травмы заканчивает, а кто-то до 40 играет.

– Как зовут этого тренера? Давайте обезопасим других.

– Это не имеет значения :).

– Помните травму, после которой все началось?

– Я тогда в «Томи» играл. После двух спаренных матчей за сборную с перелетами вернулся в Томск. На следующий день была игра с «Локомотивом». В итоге, выходило три матча за 10 дней, из которых три провел в самолете. Не самое лучшее восстановление. В общем, ведем 2:0. Мне крайне тяжело. В перерыве Валерий Непомнящий подходит: «Ян, вижу, что тебе тяжело. Давай поменяю». – «2:0 выигрываем. Если в первые 15 минут не пропустим, тогда меняйте». – «Хорошо». Ну и так получается, что на первой же минуте второго тайма рву кресты. Оступился просто и все.

– Не жалели потом, что настояли на своем?

– Я же не в баре оступился и навернулся с лестницы, а утром сокрушался: «Блин, что ж я так». Я получил травму на работе, пытаясь помочь клубу. Жалеть нет смысла. Если переживать и думать о травме, то как играть? Не бежать и не ускоряться? А у меня еще стиль игры такой – лезу в каждую дырку. Я не могу, как Саша Глеб, – постоять, погулять, сделать три классных действия, отдать голевую – и ты Бог :). У меня немного другая позиция на поле и другие функции. Я не могу играть с мыслью, что надо себя поберечь. Или ты играешь, или нет.

– Когда вы решили вернуться в «Динамо»?

– В последний год в «Локомотиве». Очень хотелось вернуться домой. После окончания контракта встретился с Юрием Чижом и все решили. Вообще, переговоры по переходу заняли минуты три.

– Кто был инициатором встречи?

– В клубе тогда работал Кирилл Савостиков. Он позвонил и сказал, что Юрий Чиж хочет встретиться. Мы поговорили о жизни, вспомнили мой первый приход в «Динамо». И в конце беседы Юрий Александрович предложил вернуться. Немного подумал и согласился.

– Чиж сильно изменился за 10 лет?

– В начале 2000-х я был молодым, и мы не особо общались. Я смотрел на него, открыв рот, и даже не помышлял о том, чтобы поинтересоваться его делами. Так что сравнивать тяжело, так как не знал, каким Саныч был тогда. Но, кажется, он стал немного спокойнее и рассудительнее.

– А разве он был импульсивным?

– На людях – нет. Да и не обязательно кричать и размахивать руками. Можно сказать три слова и просто взглянуть, и это будет гораздо более эмоционально.

– Какими были ваши впечатления от Стаек спустя 10 лет?

– Прикольные. Там ничего не изменилось. И это меня удивило больше всего. Столько лет прошло, а там все так же. Только тетя Аня из столовой ушла.

– В свою же комнату заселились?

– Нет. Я же не мог прийти и выгнать людей. Подселился к Саше Гутору и Максу Витусу. Артем Быков как раз в «Минск» уходил – было свободное место. В 2000-х жил на втором этаже вместе с Кириллом Павлючеком и Лешей Добровольским.

Вообще попал в «Динамо» в 2001 году. Нас практически всем составом юношеской сборной взяли в «Динамо»-2. Через год попал в первую команду к Эдуарду Малофееву. Он начал меня ставить в состав, доверять. А потом был харизматичный Анатолий Байдачный.

– Самый главный эпизод времен Байдачного – разгром от БАТЭ в 2003-м.

– Сезон завершался ужасно. За два-три тура растеряли все преимущество и остались без «серебра».

Обстановка перед матчем была не самая благоприятная. За тур до этого проиграли в Новополоцке. Причем мы вели 2:0, но в итоге закончили 2:3. А ведь в случае победы гарантировали себе второе место. По сути, уже видели себя в отпуске. И тут такой переворот. Все в шоке. Через пять дней игра с БАТЭ, который теперь надо побеждать...

Ну и, мне кажется, после Новополоцка Байдачный поступил не совсем правильно – загнал на заезд в Стайки. Надо было дать выходной, чтобы мы выплеснули весь негатив: пообщались с семьями или напились. Нужен был выход эмоций, а нас в таком состоянии закрыли на базе в лесу на три дня. Неудивительно, что атмосфера была наэлектризованная. «Старики» даже подрались между собой. В соседней комнате играли в карты и что-то не поделили. Апогеем всей истории стал разгром от БАТЭ.

– Правда, что по дороге из Новополоцка Байдачный серьезно выяснял отношения с Володенковым?

– Обстановка была нервная, но сходились ли в драке Байдачный и Виталик, не помню. Мне кажется, там все попадали под горячую руку. И тем же Цыгалко прилетало. Макс и Юра вообще всегда давали повод придраться к себе. Наверное, самые проблемные игроки «Динамо», которых знал. Случай? Пусть сами рассказывают свою биографию.

– Окей, тогда про себя расскажите.

– У меня образ спортсмена-профессионала. Не хочу его рушить :).

– После увольнения Байдачного выдохнули с облегчением?

– С чего бы? Тебе может не нравиться тренер по каким-либо причинам, но если ты при нем играешь, все можно забыть. Я в «Динамо» пережил много тренеров. И из-за ухода Байдачного как раз таки переживал, так как иногда попадались такие пассажиры, что просто караул. Гюров, Шубин – ну вы всех знаете. Были и такие, что казались учителями физкультуры. Непонятные тренировки, несуразный бред на теории. Хватило пары дней, чтобы понять человека.

Но при этом футболисты должны понимать, что собственная карьера не связана с тем же Шубиным. И валять дурака, ожидая, что его через пять месяцев уволят, не имеет смысла. Такие тренеры – это, наоборот, вызов. Да, он тебе ничего нового не даст, но есть имя, которое надо продвигать, чтобы расти в професиональном плане. Глупо объяснять свою слабую игру тем, что тренер идиот. Это никого не интересует.

На этом фоне дуэт Юрия Шуканова и Леонида Остроушко в 2004-м был просто потрясающим. Теория, занятия, отношение тренеров – все было в разы лучше. Все четко и по расписанию. План тренировок все знали на месяц вперед: когда выходной, какая тренировка будет сегодня и завтра. И это не менялось по прихоти. Бывает, тренеры после побед дают выходной, а если команда проиграла, проводят тренировку. Как так-то!? Тренерского плана нет, выходит? Со стороны это выглядело забавно: «Ну что, ребятки, завтра тренировка? А не, выиграли же – два выходных». При Шуканове такого не было.

Леонид Остроушко – тренер старой закалки. Это современные люди чуть более подкованы в психологии и иногда могут промолчать, чтобы излишне не нагнетать. Остроушко же прямой человек. Если ему что-то не нравилось, об этом говорил. Но если демонстративно не закатываешь глаза и не машешь руками – все будет нормально. В противном случае выгребаешь.

Они с Шукановым органично дополняли друг друга. Если россиянин начинал заводиться, Юрий Владимирович тушил пожар. Шуканов отлично чувствовал команду, а Остроушко передавал свой опыт. И наш успех в 2004-м по праву разделен между ними поровну. Все понимали, что Остроушко не просто помощник, а словно второй главный тренер.

– Через два года в «Динамо» случилась большая распродажа. Вы расстались с клубом не очень хорошо.

– Только из-за нехороших качеств агента. Тогда у меня не было прямого выхода на Чижа, и общались мы через людей, доносивших до Юрия Александровича необъективную информацию.

Кстати, первое, о чем говорили летом прошлого года, была именно эта ситуация. Рассказал, как все было на самом деле. И уладили все разногласия.

– Напомните историю.

– Контракт с «Динамо» заканчивался в марте. Где-то в январе поехал на просмотр в запорожский «Металлург». Подошел тренерскому штабу, меня тоже все устраивало. Договорились о переходе. И потом я случайно встречаюсь в Киеве с Вячеславом Грозным: «Ян, какое Запорожье?! Я скоро возглавлю или «Хетафе», или «Леванте» и тебя приглашу. Подожди две недели». Звоню агенту, пересказываю разговор и даю контакты Грозного. Сами посудите, если есть возможность уехать в Испанию, какое, действительно, может быть Запорожье. Но агент уперся рогом: «Нет, поедешь в Украину». Я же настаивал на том, что надо подождать. Мне же не кто-то там предлагал, а сам Грозный – дважды лучший тренер Украины. Это уже потом я узнал, что он еще тот рассказчик. Но тогда я этого не знал и не мог знать.

Прошу агента поговорить с Чижом. Был уверен, что Юрий Александрович все поймет. Ведь такой вариант для него и «Динамо» куда более предпочтительный. Но оказалось, что до него эта информация вообще не доходила. В общем, подождал две недели, Грозный начал кормить завтраками. Но я по-прежнему ему верил и отказался ехать в Запорожье. Агент из-за этого со мной разругался. Грозный же каждый день говорил: «Ян, подожди». Так прошел февраль и март. Контракт с «Динамо» закончился, в Украине завершался период дозаявок. А Грозный заявляет: «В крайнем случае в мае». И что мне делать все время? Взвесив всё, позвонил тренеру «Металлурга» и спросил: интересует ли их футболист Ян Тигорев. Благо я им все еще был нужен.

Понятно, что со стороны все выглядело не очень однозначно. Приехал в клуб, подошел, подождал, пока закончится контракт с «Динамо», чтобы не платили, и перешел.

– Как в команде отреагировали на арест Юрия Александровича?

– Не наше дело рассуждать об этом. Я уверен, правду знают единицы, а гадать «что, как и почему» не хочу. Понятно, что ситуация неприятная. Юрий Саныч – основной акционер клуба, главный человек в «Динамо». Понятно, что сейчас все немного в подвешенном состоянии. По словам генерального директора, на этот сезон бюджет еще есть. Но что будет дальше – никто не знает. И это немного напрягает.

– Успели составить мнение о Сергее Чиже?

– Нет. Мы не знакомы.

Но, вообще, происходящее с клубом с зимы не может радовать. Когда уходили лидеры, все понимали, что из боеспособного коллектива будет строиться другая команда. Но по-другому не выплыть. Клуб не мог содержать дорогих футболистов. Конечно, можно было объявить себя банкротом и разбежаться. Но лучше с максимальной выгодой для себя от дорогих футболистов избавиться и подобрать таких ребят, на которых есть средства.

– В итоге, это привело к разгрому от «Крумкачоў».

– Если выстраивать цепочку событий последнего полугода, то да – это апогей, жирный восклицательный знак. Конечно, было неприятно крупно проигрывать, но счет абсолютно по игре. «Вороны» удивили. «Динамо», кстати, тоже. Но со временем к поражениям, как и к победам, привыкаешь. Помню, проиграли 1:5 юношеской сборной России. Такая жизненная трагедия была! Сидел дома и плакал. Папа что-то спрашивал, а я говорил, что больше не хочу вообще играть в футбол.

– Вук Рашович и Сергей Боровский нормально общаются?

– Не знаю.

– Говоря о трансфере болгарина Виктора Генева, они кивают друг на друга.

– Может, между собой у них и есть недомолвки, но команда этого не видит. Да, с переходом Генева, возможно, немного поспешили. Но в какой-то момент кроме Бангура в команде не было центральных защитников. Да и болгарин приехал на сбор и казался неплохим. Но если у тренера и спортдира не было полной уверенности в его квалификации, можно было потратить больше времени на его просмотр.

– С легионерами в принципе иногда у «Динамо» бывают проблемы. Взять того же Удоджи, которого Чиж обвинял в непрофессионализме.

– Удо сильный футболист, но он хотел уйти из «Динамо». Не знаю, надоело ему здесь или подвернулся более интересный вариант, но он хотел уехать. Но, видимо, просто так отпускать не хотели. И он приходил на тренировки только потому, что это положено по контракту. Но нужно оставаться профессионалом до конца. Какой смысл полгода валять дурака. Кто тебя потом возьмет, если ты играл абы как?

Но у африканцев свое видение. Изходя из моего опыта, из 10 футболистов 6 такие, как Удоджи. В Запорожье приехал на просмотр нападающий. Первая игра – прессингует, катится, вступает в отбор, забивает. Тренеры его подписывают моментально. Парень еще месяц побегал, а потом все – гулял пешком по полю: «Я не могу, я устал». Хотя видно было, что человек может много. Но, видимо, характер сложный.

– Бангура не такой?

– Я вообще не понимаю, что он делает в нашем чемпионате. Умару – очень сильный футболист. И Беларусь – явно не его уровень. И он это понимает. Тяжело найти мотивацию, когда ты можешь тренироваться на 30 процентов от своих возможностей и все равно быть лучшим в чемпионате. Я уверен, что попади Умару в тот же «Локомотив», был бы игроком основы. И это не бравада, а взвешенное мнение.

– Кстати, о «Локомотиве». Как вам работалось с Ольгой Смородской?

– У нас были обычные отношения работодателя и сотрудника. Надо понимать, что Ольга Юрьевна не принимает судьбоносных футбольных решений одна. Советуется со спортивным или генеральным директором. Она не учила нас футболу, а занималась только своими прямыми обязанностями руководителя.

Смородская часто приезжала к нам на тренировки. Не с целью напихать или похвалить, а пообщаться, узнать о проблемах и делах. Кстати, мы ее за глаза называли Мама Оля.

– Почему?

– Сложно объяснить :).

– После игр часто заходила в раздевалку?

– После побед чаще, а после поражений – только когда они имели серийный характер. По горячим следам никогда не разбиралась.

– Вы помыться успевали до ее прихода?

– Нас предупреждали: «Идет Ольга Юрьевна». Мы накидывали полотенца и сидели. Казусы? Может, и случались, но мы все взрослые люди :).