Чем футбол в Европе отличается от футбола в Южной Америке

Вадим Лукомский объясняет, как матчи Чили и Аргентины отражает важную футбольную тенденцию.

Европа против Южной Америки – один из старейших футбольных споров. Перед каждым чемпионатом мира нам напоминают, сколько побед у каждого континента, составляют символические сборные, анализируют сетку на предмет возможного количества команд с любимого континента в четвертьфинале и т.п. Точно знаю, есть люди, для которых само по себе это противостояние особенно принципиально. Например, в крутейшем южноамериканском блоге Трибуны «El fútbol verdadero» каждый второй душевный рассказ о просмотренных глубокой ночью встречах идет с подтекстом этого спора.

В формате блога мне это даже нравится, но вообще никогда до конца не понимал людей, которые болеют за континенты на турнирах сборных или за команды из одной страны в еврокубках. И там, и там куча исторических конкурентов, поддерживать которых одновременно слегка абсурдно. А стоящая за таким болением идея – неумение наслаждаться футболом любимого региона без дополнительных подтверждений его превосходства – кажется проявлением какого-то комплекса.

Лишь мнение, которым, несмотря на резкость, не хочу никого обидеть и, тем более, навязать его. Важнее другое: в споре Европа – Южная Америка в последние годы появилась нечто более глубокое – логика, доступная даже человеку с настолько радикальными взглядами как у меня. Если раньше каждая сборная была уникальной, от исторически устоявшейся схемы до редких свойственных только этой стране позиций, то из-за футбольной глобализации и частых назначений иностранцев в сборные границы смазались. А вот идентичность континентов стала лишь более заметной из-за преобразований в структуре академий большинства европейских стран.

Тенденцию полтора года назад здорово резюмировал Арсен Венгер: «Только один континент сейчас готовит чистых нападающих – Южная Америка. Возможно, дело в том, что в Европе больше нет уличного футбола. В уличном футболе 10-летние ребята должны сражаться с 15-летними, что заставляет их быть более дерзкими и хитрыми, лишний раз доказывать свой класс, бороться за мячи, которые невозможно выиграть. Когда же 10-летние ребята работают по программе развития в академии, меньше внимания удивляется развитию индивидуального стиля и бойцовских качеств. Похоже, мы как континент утратили эту футбольную искорку».

Такую же мысль об изменениях в подготовке защитников развил Гари Невилл: «Тренеры старой школы уделяли 60-70% времени работе исключительно над обороной. Над тем, как правильно выставляется нога, каким должно быть расположение бедер, как часто нужно поворачивать голову, чтобы избежать лишнего фокуса на мяче. По этой причине я начинал карьеру с солидной оборонительной базой. Сейчас игроки начинают карьеру с хорошей технической базой и лишь затем начинают учиться игре в обороне. Мое поколение завершило карьеры в районе 2010-го года и, похоже, мы были последней порослью защитников, которых в первую очередь обучали обороняться. С тех пор фокус тренеров сместился в сторону техники. Люди из академий разных европейских команд подтверждали мне это. Сейчас техническая база и игра в атаке составляют 80% программ и лишь 20% относится работе над оборонительными навыками».

Тех, кого теперь готовят в Европе с минимальной разницей на практически любую роль, здорово описал Хаби Алонсо: «Прототип испанского игрока – это игрок, который любит владеть мячом, понимает игру, любит взаимодействовать с другими игроками и лишен игрового эгоизма». В глобальном смысле на месте «испанского» в этом тезисе уже можно ставить «европейского».

Тренд достаточно легко подтверждается примерами. Отаменди, Гарай, Фунес Мори, Хименес, Годин, Мурильо – явно защитники с приоритетом игры в защите и с посредственным на фоне Боатенга, Рамоса или Бонуччи пасом. Самые результативные чистые форварды евросезона – Суарес и Игуаин (еще ряд их преследователей европейцы, прошедшие мимо традиционных академий – например, Варди или Ибрагимович).

Конечно, у любого глобального тренда можно отыскать отдельные исключения, но спорить с наличием подобного разделения практически невозможно, так как парой субъективных саммари и фамилий дело не ограничивается.

Есть и статистическое подтверждение – на прошлом Кубке Америки команды фолили и вступали в единоборства чаще, чем в любом европейском чемпионате. В Европе наблюдается обратная тенденция, даже среди тренеров с хардкорной репутацией. «Мы умышленно начали обучать игроков перехватывать мяч, а не отбирать его, потому что нынче большинство попыток отборов становятся фолами», – рассказал около 2 лет назад Сэм Эллардайс.

И, наконец, это чувствуют сами игроки. Показательную цитату репортеру ESPN Мигелю Дилэйни в прошлом году подарил пожелавший остаться неизвестным южноамериканский защитник, играющий в ведущей европейской лиге: «Почему я так легко добился успеха в Европе? Потому что я действительно умею обороняться. В отличие от парня, который играет рядом со мной, я не могу отдать красивый пас на 30 метров, но отлично умею отбирать мяч».

В таком разрезе спор Европа – Южная Америка легко можно проецировать и на сегодняшний финал. Аргентина более-менее сохранила позиционную идентичность. Отаменди и Фунес Мори – в центре защиты, Хавьер Маскерано, в котором Европа видит лишь ЦЗ, в опорной, Игуаин как чистый форвард и даже на флангах обороны играют фулбеки старого типа (Меркадо и Рохо), а не закрывающие всю бровку ориентированные на атаку. И, да, в воротах Серхио Ромеро, которого Луи ван Гал представил в «МЮ» легендарной фразой («Он вратарь, и он отбивает удары»), делая акцент на узкопрофильности.

Чили же с каждым годом эволюционировала в команду более близкую европейским. Еще в прошлом году такая мысль даже не приходила в голову, так как сердцем команды был игравший в традиционно южноамериканской роли энганче Хорхе Вальдивия. Но сейчас это, пожалуй, самая европейская по стилю и проблемным позициям сборная континента. В воротах прекрасно играющий в пас Клаудио Браво. Оба центральных защитника (Медель и Хара) переведены с других позиций. На флангах обороны всю бровку закрывают номинальные вингеры (Фуэнсалида и Босежур). В роли форвардов из-за нехватки чистых нападающих (Маурисио Пинилья – лучшее, что у них есть) Эдуардо Варгас с огромным опытом игры на фланге.

Наверное, завершать такие тирады принято обещаниями в духе «вот сегодня раз и навсегда мы узнаем…». Нет, конечно, ничего нового мы не узнаем, и от тренда в ближайшее время не избавимся (хотя многие руководители европейских академий постепенно переходят на специализацию по позициям в более раннем возрасте), но в матчах между настолько разными, но в то же время классными командами всегда есть на что посмотреть. А это, учитывая время начала встречи (03:00 по мск) и традицию финалов Копы завершаться 0:0, важно.

Фото: Gettyimages.ru/Thearon W. Henderson; REUTERS/Kelley L Cox/USA TODAY Sports