Алексей Калюжный: «Некоторые версии забавляли: мол, Калюжный с кем-то поругался и потому не полетел в Хельсинки»
Нападающий минского «Динамо» Алексей Калюжный рассказал о травме, которая не позволила отправиться на пятый матч первого раунда Кубка Гагарина против «Йокерита».
- До тебя докатывались теории на предмет того, почему Калюжный не полетел на пятый матч в Хельсинки?
– Что-то слышал, но не скажу, что такие разговоры меня слишком трогали. Больше стоило переживать, если бы моего отсутствия никто не заметил. Просто понимаю, что болельщикам нужна тема, тем более в плей-офф. Некоторые версии скорее забавляли: мол, Калюжный с кем-то поругался и потому не полетел. Их авторы даже не понимали, что невозможно отыграть сезон, первый раз за несколько лет пробиться в плей-офф и не поехать на матч из-за какой-то обиды. Предполагать такое может только бесконечно далекий от спорта человек. Все, что у меня есть, мне дал хоккей. И сказать в его адрес «мне это неинтересно»... Короче, полный бред.
- В четвертом матче был конкретный момент, когда тебя «поймали», или травма вылезла, что называется, по совокупности?
– Момент был. В первом периоде в углу нашей зоны. Хагман полетел меня бить. Успел увернуться и даже выставить клюшку, из-за чего потом у нас состоялся «вежливый» разговор – благо хорошо знаем друг друга еще с ярославских времен. В общем, в основном увернуться-то успел, но нога осталась, и соперник попал мне в колено. Нелады почувствовал сразу, но, казалось, некритичные, матч доиграл. После в раздевалке доктор осмотрел колено, поморозили ушиб. Но утром к отъезду пришел с большим отеком, с которым говорить о выходе на лед в Хельсинки явно не приходилось. Позже МРТ и углубленное обследование подтвердило: рисковать и выходить на уколах было очень опасно. Могло закончиться вторым кряду летом на операционным столе, – рассказал Калюжный.
