Алексей Торбин: «Вбросы по поводу кражи из раздевалки были со стороны шведских СМИ»
И.о. председателя «Юности» Алексей Торбин в интервью «Комсомольской правде» объяснил, почему шведский «Мальме» выдвинул команде обвинения в краже полотенец и шампуня.
– На встрече никаких вопросов по этому поводу не было. Сторона «Мальме» сообщила, что те вбросы были со стороны СМИ Швеции и не соответствуют действительности. Единственное, их менеджер команды выставил в твиттере фотографии, не посоветовавшись. За это он получил нагоняй.
– Но Патрик Сильвегорд говорил обидные слова вроде: «В Минске и брать нечего».
– Он сказал, что ничего такого не говорил. Я склонен верить официальной информации.
– То есть ничего не пропадало?
– Ничего, что может пропасть, не пропало. Никаких обвинений в наш адрес не поступало. Ни официально, ни в ходе прямого разговора. В итоге наша встреча, где присутствовал и генеральный директор Лиги чемпионов Мартин Бауманн, в больше мере была посвящена обмену знаниями по развитию хоккея в Швеции, Беларуси, работе арены. В общем, обсуждали профессиональные вопросы, а не сплетни и мелочи, которые не стоят и выеденного яйца.
– Вы еще шведам помогли с гамашами.
– Всякое бывает. Это корпоративная этика, сегодня мы помогли, завтра – нам. Так и должно быть, шведы согласились, что должно быть братство и уважение к любому сопернику.
– Принимающая сторона всегда предоставляет чайник, воду, скотч, расходные материалы?
– Конечно. Даже если не прописано по пунктам в регламенте, это негласное правило и хороший тон.
– Перед игрой подумалось, что эти новости помогут команде: Михаил Захаров будет в гневе, так настроит игроков, что те на эмоциях обыграют кого угодно. Так и получилось.
– Думаю, это не главный фактор победы. Важнее, что ребята восстановились, подошли к игре в хорошей форме, получилось все, что наигрывали. Одних эмоций мало, должно быть мастерство, комбинации, реализация. Конечно, команде было неприятно читать ничем не подкрепленные новости, обвинения. Но в большей мере это раскрутили СМИ, кто-то не так сказал и понеслось… – сказал Торбин.
