Устиненко дал показания в суде в деле о договорных матчах: «Прошу не лишать меня играть в хоккей, так как это все, что я умею. И могу принести пользу»

Игрок «Динамо-Молодечно» Никита Устиненко, который является фигурантом уголовного дела о договорных матчах, дал показания в суде, передает корреспондент Tribuna.com.

– Также вину признаю полностью. Сырей за день до матча сказал, что можем заработать, если проиграем. Еще и руководство накажем, которое не платит. В команде были по этому поводу недовольства. То, что не платили зарплату, стало причиной моего согласия. В переписке в мессенджере было написано, что нужно проиграть матч с «Могилевом». 12 ноября Сырей сказал, что нужно сдать матч. Я сказал, что понял его. Но мы выигрывали 3:1, задачу не выполняли.

Вратарь Толопило отбивал все броски, когда играл. Кучкин забил, хотя знал о сговоре.

Решили удаляться, чтобы все сделать как надо. Что касается моей игры, то, понятно, не сильно старался. Когда мы пропускали шайбу, то в этих эпизодах не играл.

Удалось добиться результата. В этой игре у меня было 0 результативных баллов. Сколько баллов у других игроков, не помню.

После матча Печур обвинял Сырея, что тот сдал матч. Спрашивал, сколько тот получил денег. Печур был на взводе.

12 ноября пытался поговорить с Печуром. Пытался доказать, что всякое в спорте бывает. Но он сказал, что убежден, что матч был договорным. После того, как в СМИ появились материалы о странном матче, понял, что скрыть ничего не удастся.

Мы договорились говорить на допросах, что проиграли сами. Не было никакого сговора. Я боялся ответственности.

15 ноября была игра с «Юностью», тогда у меня состоялся разговор с Сыреем. Я сказал, что деньги не нужны. Был в шоке от всей ситуации. Понял, что ничего не хочу иметь общего с договорняками.

16 ноября начались первые вызовы хоккеистов в правоохранительные органы. Сначала называли и мою фамилию, но потом мне сказали, что не надо ехать давать показания. Хотя сотрудник милиции сказал, что те, кто знает что-то, нужно об этом сказать. Я промолчал, накрутил себя, боялся, что отправят в тюрьму.

17 ноября была игра. Перед ней Сырей сказал, что в милиции и так знают, кто причастен и как все произошло. Поэтому он рассказал, как все произошло. После матча директор клуба повез меня в ГуБОп. По дороге я у директора просил прощения. В Минске в милиции мне сказали, что отправят в Следственный комитет давать показания, но сначала предложили письменно изложить свою позицию. В Следственном комитете все рассказал честно.

Понимаю, что сам себя подставил. Думал, что впереди у меня долгая карьера, тем более игрок национальной сборной. Прошу не лишать меня играть в хоккей, так как это все, что я умею. И могу принести пользу.

Полностью признаю свою вину, раскаиваюсь, содействовал правоохранительным органам в расследовании. Прошу учесть мою безупречную длительную карьеру. Тем более на меня и так наложено наказание от федерации хоккея, – сказал Устиненко.