Жорж Ларак: «Всегда ненавидел драки. Хотелось, чтобы бой поскорее завершился»

Бывший тафгай «Эдмонтона», «Питтсбурга» и «Монреаля» Жорж Ларак признался, что не любил драться.

«Если честно, я всегда ненавидел драки и не мечтал стать тафгаем, но в юниорской лиге стало понятно, что таланта мне не хватает, и пришлось заняться боями. Я всегда боялся проиграть, боялся, что меня могут убить.

Перед встречами с бойцами, вроде Дерека Бугаарда, я не мог уснуть, меня одолевали кошмары. И это случалось не только со мной, но и с другими тафгаями. Проблема в том, что им нужно было казаться крутыми, как бы непробиваемыми, и чтобы отвлечься от напряжения, многие начинали употреблять алкоголь и наркотики. Драка это не самое страшное – ты не чувствуешь боли, когда подскакивает адреналин. Страшнее всего – день до драки. Ты можешь загнать себя мыслями о сопернике.

Перед каждой своей дракой я желал своему оппоненту удачи. Мне хотелось, чтобы бой поскорее завершился – чтобы я победил, но не навредил сопернику. Наверное, за это меня уважали в лиге. И я всегда соглашался на драки, даже если помахаться предлагал новичок или неизвестный боец из АХЛ. Я понимал, насколько это тяжелый бизнес, и не хотел лишать их шанса показать себя и, может, получить работу в НХЛ. Такой шанс в начале карьеры дали мне Тони Твист и Боб Проберт. Я был благодарен им и помнил об этом.

Мне грустно, что Дэниэл Карсилло и другие бывшие бойцы требуют от НХЛ деньги за последствия, которые принесли им сотрясения мозга. Но что меня злит, это слова о том, что они не знали о вреде ударов по голове. Вы серьезно? Вы хотите сказать, что не знали об опасности драк? Я с первого дня в лиге понимал, что в потасовке тебе могут снести башку. О риске нельзя было не знать, и это не вина НХЛ, что парни оказались в тяжелой ситуации», – сказал Ларак в подкасте Cam and Strick.