«Предложили шесть лет не видеть семью». Призер ОИ потребовал новых выборов – и больше не служит в КГБ
Андрей Кравченко отслужил в КГБ почти 15 лет.
Винит в этом Минспорта.
Истории белорусских спортсменов, открыто выразивших свою гражданскую позицию и отношение к прошедшим президентским выборам и жести со стороны силовиков, продолжают удивлять. Заместитель министра спорта и туризма Александр Барауля в четверг на встрече с атлетами заявил, что на них не будет оказываться какое-то либо давление, но, судя по всему, это не так. «Трибуна» продолжает выслушивать тех, кто все-таки оказался под прессом и поплатился за подпись под коллективным письмом отечественных спортсменов против насилия и за новые выборы.
На сей раз свою историю рассказал топовый отечественный многоборец, серебряный призер Олимпиады-2008, чемпион и призер европейских и мировых первенств Андрей Кравченко. Легкоатлет практически 15 лет отслужил в КГБ, дошел до звания майора, планировал и дальше работать в комитете, параллельно занимаясь спортом, но белорусские чиновники решили по-своему – наказать, несмотря на все заслуги.
– Какие изменения вы переживаете в карьере и жизни в последние дни?
– По инициативе Министерства спорта и туризма Беларуси меня откомандировали на службу в КГБ. Комитет предложил мне один-единственный вариант, чтобы все было разрешено максимально безболезненно, – это поехать в Молодечно и до конца своей службы находиться в части КГБ. Мне оставалось до пенсии шесть лет, и на все это время я бы лишался возможности даже видеть семью. Естественно, не тренировался бы. Фактически Министерство спорта меня лишало возможности тренироваться, готовиться к соревнованиям. При этом я никому не говорил, что планирую завязать со спортом, что я не хочу выступать. Зимой стал чемпионом Беларуси. Да, потом получил травму, но сейчас восстанавливаюсь. Повторюсь, мыслей об окончании карьеры у меня не было.
– А что бы вы делали в этой части, если бы поехали?
– А я даже не знаю, мне не успели ничего рассказать, потому что на это предложение я сразу ответил отказом. У меня маленький ребенок, жена в Минске. Куда я поеду?
К КГБ у меня нет претензий. Там мне всегда в трудную минуту помогали. Но сейчас, в нынешней ситуации, они мне смогли предложить единственный вариант развития событий, о котором я рассказал. Здесь вся инициатива идет от Минспорта.
– С кем в комитете был разговор?
– С моим непосредственным начальником. Поговорили мы спокойно, у меня с начальником искренние добрые отношения.
– И что сказали после вашего отказа?
– Начальник ответил: «Что ж, Андрюха, тогда единственный выход – рапорт на увольнение». Я все написал, и с 4 сентября меня официально вычеркнут из личного состава.
– В каком звании?
– Не знаю, как будет, но я уже дослужился до звания майора КГБ. И планировал продолжать там службу, ходить в Минске туда на работу.
– Чего вы лишаетесь в связи с увольнением?
– Зарплаты и практически 15-летней выслуги. Плюс мы все увидели отношение Министерства спорта ко мне. Я завоевал 13 медалей на самых крупных соревнованиях, внес немалый вклад в белорусский спорт. Но за то, что я выразил свою гражданскую позицию, при том, что я имею полное право так делать… Люди должны к этому относиться с пониманием.
Министерство спорта пускай вспомнит 2014 год, когда я на чемпионате Европы бежал 1500 м, и у меня через 800 м после старта случился надрыв икроножной мышцы и два надрыва ахиллова сухожилия. Был жесткий щелчок, и я на одной ноге добежал, допрыгал фактически на одной ноге. Да, убил ее, но выиграл для Беларуси золотую медаль. А вот если бы я остановился, сошел с дистанции, то смог бы потом спокойно восстановиться, подготовиться к Олимпиаде. Но что мы видим сейчас? Просто обидно, ведь я травмировался, но принес медаль, а сейчас со мной так поступают. Более того, из Министерства мне никто ничего не говорил, никто не звонил. Даже не спрашивали, что и как, не объясняли. Мне знакомые спортсмены рассказали, что на меня, как и на некоторых других атлетов, пришло письмо из Министерства с требованием откомандировать на службу.
После той травмы я сделал шесть операций. Сам искал докторов, средства на операции, то есть со своими проблемами остался наедине. И, получается, взял ту золотую медаль, но за последние пять лет так толком и не смог восстановиться. И никто мне особо не помогал. Только Вадим Анатольевич Девятовский. Как мог, так и помогал.
– Возможно, будь у Девятовского сейчас другая ситуация, он бы за вас заступился.
– Конечно. Вадим Анатольевич для легкой атлетики – это реально монолит, который всегда мог выслушать любого спортсмена любого ранга, от перворазрядника до заслуженного мастера спорта. Искренне надеюсь, что он продолжит возглавлять федерацию. Лучше его управлять ей никто не сможет. Вадим Анатольевич был на своем месте, он все знал, со своими обязанностями справлялся замечательно. А что ждет его в ближайшем будущем, уже не от меня зависит.
– Вы думаете, после его заявления «Лукашенко – не мой президент», с учетом того, как чиновники относятся к спортсменам и их гражданской позиции, у Девятовского получится остаться на своем посту?
– Очень хочу верить, что у него получится. Но, судя по последним репрессиям, это, наверное, маловероятно.
Еще одним потрясением для всех нас недавно стало увольнение директора РЦОП по легкой атлетике Геннадия Тапунова. Это единственный человек, который со мной разговаривал о ситуации. Со своей стороны он отметил, что поддерживает мою точку зрения и уважает. Сказал, что каждый человек имеет право придерживаться своей гражданской позиции. Когда Тапунова уволили, я сначала вообще не понял причин. Думал, что это из-за того, что часть спортсменов подписали письмо.
– Тапунов в комментарии просил, чтобы его случай не связывали с политикой.
– Да, знаю. Но все равно очень неприятный эпизод. Почему-то людей, которые реально на своих местах, что-то делали, помогали, сейчас убирают в сторону.
***
– Вы были на встрече спортсменов с заместителем министра спорта?
– Нет. Как раз в это время писал рапорт в КГБ. Да и, в принципе, мне это было неинтересно. Какой смысл слушать Министерство, если оно мне уже фактически сказало «давай до свидания»?
– И все из-за подписи в письме.
– Я его подписал, потому что не представляю, как можно оставаться равнодушным и слепым при виде такой жестокости на улице. Если у тебя есть совесть, не заметить это просто невозможно. Меня с детства всегда учили жить по совести, справедливости, не обижать тех, кто слабее тебя, уважать старших и так далее. Поэтому, глядя на все события в стране, я просто не мог поступить иначе. Да и мы видим, сколько людей подписались. Спортсмены не смогли молчать. Считаю, что у таких людей очень большое сердце, их ждет большое будущее. При этом ставили подписи даже те, кому реально было что терять. Взять Эльвиру Герман. Вроде маленькая, хрупкая, но с большим сердцем. Мне кажется, на данный момент вся Беларусь такая – маленькая, но с очень большим сердцем. Очень приятно смотреть на народную солидарность.
– Вы подписались под письмом одним из первых.
– Я в списке как раз и стою первым. Потому что даже среди моих знакомых есть люди, которые пострадали. Шли с прогулки и попали под раздачу, потом отсидели трое суток. Среди знакомых есть один молодой парень, которого завезли во Фрунзенское РУВД и там избивали. В общем, ужас.
– Когда подписывали письмо, предполагали, что могут быть последствия?
– Конечно, я это прекрасно знал. Хотя не думал, что будут именно такие. Предполагал, что позвонят мне, поругают или еще что-то. Но чиновники решили поступить по-своему.
– Как жена отреагировала на все, что с вами случилось?
– У нее очень большое сердце, она со мной солидарна, но открыто свою позицию не высказывает. Когда я написал рапорт в КГБ, жена, естественно, расстроилась, мы разговаривали на данную тему, но она все равно меня поддерживает, верит в меня и принимает любое мое решение.
– Замминистра спорта Александр Барауля вчера сказал, что к тем, кто подписал письмо, не будут применять какие-то либо санкции. Верите в его слова?
– Барауле я верю, если честно. Но как и что будет дальше, тяжело сказать.
***
– Вы служили в КГБ, но открыто выступили против жести, которую силовики творили на улицах Минска.
– Не надо всех под одну гребенку. Есть в структурах и хорошие люди. Например, те, кто не участвует во всем этом. Я, например, вообще не знаю, что там и как происходит, меня это не касается.
– А как вы вообще оказались на службе в КГБ?
– В 2004 году я выиграл чемпионат мира среди юниоров, и мне предложили пойти служить в воинскую часть КГБ № 04152 города Молодечно. Потом я продолжил тренироваться и официально устроился на работу в комитет.
– С сослуживцами обсуждали все то, что происходит сейчас в стране?
– Нет, тем более из легкой атлетики там больше никого нет. Есть еще спортсмены, но я с ними тесно не общаюсь.
– Спортсмены в своем письме выступили не только против произвола, который творился по отношению к мирным гражданам, но еще и за проведение новых президентских выборов.
– Я полностью с этим согласен. Считаю, что если бы выборы были действительно честными и открытыми, то всего того, что мы видели сразу после 9 августа, да и видим сейчас, не происходило бы. Если бы народ увидел, что все честно, что люди не выпрыгивают из окон с бюллетенями, тогда все было бы красиво, все бы работали спокойно.
Единственное, события после выборов мне показали, какие в Беларуси люди красавцы. Такая нация шикарная, интеллигентная, талантливая, мирная, терпеливая. Можно много слов сказать. Просто душа радуется. Я говорю не о тех, кто кричит о сатане, крови, долларах, а о тех, кто поет песни, устраивает мирные акции.
– Вы сами на марши ходили?
– Нет, не получилось, сидел дома с ребенком. Но желание сходить, конечно, есть. Хочется посмотреть на наркоманов, уголовников и так далее :).
– Ваше звание майора КГБ не отменяет внутреннюю гражданскую позицию?
– Конечно. У каждого человека есть право на свою позицию. Если ему что-то не нравится, он имеет право что-то сказать. Почему он должен молчать? Есть люди, которых все устраивает, есть те, кому что-то не нравится. Есть люди, у которых есть совесть, а у некоторых ее нет. Меня, если честно, до этой ситуации всё устраивало, я тренировался, грех жаловаться на что-то. Тем более КГБ помогал в трудную минуту. Но то, за чем мы начали наблюдать после 9 августа, меня откровенно не устраивает.
Знаете, теперь, когда я иду с женой и ребенком по городу и вижу милицию, я не чувствую себя защищенным. Я реально на подсознательном уровне думаю о не очень хорошем, предполагаю разные вещи. Мне кажется, таким же образом думает сейчас большинство белорусов.
***
– Что думаете делать дальше?
– Посмотрим. Может, получится куда-то устроиться. А если совсем будет туго с работой, придется стать лучшим дворником Беларуси :).
– По-вашему, почему спортивные чиновники устраивают такие репрессии? Может, на них давят сверху?
– Честно, не хочу в это углубляться. Думаю, вы сами всё прекрасно понимаете.
– Вы к Олимпиаде в Токио готовились?
– Да, но нога все-таки не позволяла проводить полноценную работу. Недавно я сделал операцию, за что спасибо Вадиму Анатольевичу. Он помог мне ее оплатить в Москве. Сейчас вроде все хорошо восстанавливается. Впрочем, ситуация с Олимпиадой такая, что ее проведение под вопросом. Никто не знает, будет она в следующем году или нет.
– После всей этой ситуации готовы выступать под белорусским флагом?
– Я, как и большинство спортсменов, выступаю для народа, для болельщиков. Всю жизнь соревновался под нынешним флагом, и выходить на старт под ним же для меня не составит труда.
Фото: bfla.eu
Другие посты пользователя
