— Конечно, думал и пришел к выводу, что ошибок, по большому счету, не было. Много говорилось, что, дескать, зря мы поехали на тот сбор во Францию. Но ведь поехали туда по той простой причине, что нам не было чего бояться и скрывать. Было бы иначе, наверняка просчитывали бы такие вероятности, перестраховывались. И даже то, что милдронат нашли у тренера, — это ошибка исключительно этого тренера, а не спортсменов. Но печальный факт оказался в том, что просто некоторым федерациям были очень нужны олимпийские лицензии, а мы оказались удобной мишенью.

— В будущем случившееся перед Рио может как–то влиять на отношение к белорусской сборной?

— Что касается спортсменов, то с ними отношения остались прежними. Успели пообщаться с россиянами — они, считай, товарищи по несчастью. Тоже ведь сначала всю команду отстранить хотели, потом часть все же допустили, но в итоге сломали все медальные надежды. Что же касается отношения со стороны судей или представителей федерации... Мне кажется, что в глобальном смысле очень много будет зависеть от того, как пройдет суд. Его нужно выиграть, причем сделать это достойно. Я, конечно, не знаю, как собирается представлять свою позицию Международная федерация каноэ, но по нынешнему раскладу считаю, что выиграть это дело не так и сложно.

— Что почувствовал, когда понял, что остаешься без Олимпиады?

— Я до сих пор, если честно, не разобрался с эмоциями. В то время чувствовал опустошение и обиду. Но при этом обидно было не за себя, а за тех ребят, которые должны были поехать на свою первую Олимпиаду. Причем они должны были поехать туда за медалью. Я тоже рассчитывал попасть на пьедестал, но я уже стоял там и не раз, а они — нет. При этом, судя по тому, что я видел в телетрансляциях из Бразилии, на гребном канале был просто проходной двор. По таким результатам во всех видах, где мы планировали выступать, и я, и наши парни просто обязаны были побеждать, – сказал спортсмен.

Автор: Михаил Тимофеев

Источник: «Беларусь Сегодня»