Петтер Нортуг: «Да, король вернулся»

Чемпион мира-2015 в спринте Петтер Нортуг дал интервью норвежским журналистам, из которого стало ясно, что тяжелый прошлый сезон, инцидент с вождением в нетрезвом состоянии и все, что случилось в последующие девять месяцев, сделали этот день в Фалуне очень особенным для спортсмена.

– О чем ты думал, пересекая финишную черту?

– Огромный груз упал с плеч. Приятное чувство перед последующими гонками.

– Было тяжелее, чем раньше на чемпионатах?

– У меня есть ощущения, которые говорят, что эта победа, пожалуй, имеет большее значение. А для моей семьи, спонсоров и всех, кто мне помогал, она огромна.

– Ты думал о своей семье?

– Родные для меня значат все. Без них я не стоял бы здесь сегодня. Они дали мне возможность подготовиться оптимальным образом.

– Каково испытывать на себе такое большое давление?

– К счастью, это давление я испытываю уже долгое время. Я знаю, что должен закрыться от всего и сфокусироваться на нужных мне вещах, чтобы выигрывать гонки. После анализа спринтов на чемпионатах мира в Осло и Валь-ди-Фьемме стало очевидно, что один-два процента промедления могут решить, станешь ты вторым или одержишь победу. Мне стоило, может быть, задать более высокую скорость в Валь-ди-Фьемме. Такую возможность я не мог упустить еще раз.

– Меняет ли это золото твои мысли о будущем как лыжника?

– Во-первых, для меня было очень важно получить это золото. Это чувство двигает мною. За этим чувством я упорно гнался все лето, осень и зиму. Когда ты снова его обретаешь, понимаешь, как много оно значит.

– Мы видели, что ты плакал на подиуме. О чем ты думал?

– Это были сильные эмоции. Впечатления нахлынули быстро. Чувства, мысли. Многие из которых были о тяжелых тренировках, после которых ты возвращаешься домой чуть живой.

– Люди сомневались, достаточно ли у тебя мотивации. Как ты сумел вернуть ее?

– После того, что случилось весной, я почувствовал, что есть одна вещь, которую я задолжал окружающим. Я должен был показать норвежскому народу, что есть путь обратно на вершину. Я дал свой ответ здесь, на чемпионате мира в Фалуне, где мы бежим с флагом на груди. Поэтому этот день получился таким эмоционально наполненным.

– Так ты сделал это ради норвежского народа, семьи и людей, которые тебя поддерживали?

– Да. Именно поэтому я говорил раньше, что эта гонка очень много для меня значит. Я сам, мои близкие и все норвежцы, думаю, запомнят лучше всего именно это золото.

– А что оно значит для тебя?

– Это, пожалуй, самая значимая победа из всех, которые у меня когда-либо были. Никогда еще не испытывал такого облегчения, пересекая финишную черту.

– Твои родители плакали, когда ты выиграл. Каково это – видеть их здесь?

– Я еще не встречался с ними, думаю, еще слишком рано. Мне было бы тяжело встретиться с ними сейчас. Я пока не знаю, что означает быть родителем, но, наверное, для них было непросто видеть нас с Томасом, вместе выступающих в финале.

– Томас тоже был очень тронут и сказал, что это был сложный год для всей семьи, принимая во внимание то, что случилось в мае. Что ты думаешь о его реакции?

– Пожалуй, больше, чем золото, меня трогает то, что я вижу Томаса, осознавшего, что для попадания на вершину в лыжном спорте, нужно взяться за работу, засучив рукава. Он действительно сделал то, на что я надеялся, и показал свою силу. Он достаточно силен, чтобы быть стать из мировых лидеров в спринте в будущем.

– Все опасались тебя перед этим чемпионатом, но многие говорили, что если Петтер Нортуг начнет турнир с золота в спринте, то будет смертельно опасен.

– К сожалению, так и есть. Успокоившись и расслабившись с индивидуальным золотом, я смогу рискнуть во время скиатлона или марафона. Также я знаю, что после пребывания на высоте моя форма будет только улучшаться.

– Так мы можем сказать, что король лыж вернулся?

– Да, я вернулся. Я не выигрывал спринты в этом году, но выиграл здесь, в Фалуне. Именно это я и хотел сделать. Я не побеждал в спринте до этого и, возможно, после тоже не буду.

– Ты бежишь быстрее всего, когда ты зол?

– Я бегу быстрее всего, когда хочу что-то получить.

– Что говорит о тебе эта победа?

– Думаю, что моя сила – в психологии. Когда я принимаю решение сделать что-то, то делаю это на 110 процентов. Это мы увидели во время гонки.

– Ты решил сделать это после Сочи?

– Это сумма многих факторов. Я был очень расстроен в прошлом году, когда организм не реагировал на нагрузки должным образом в течение нескольких месяцев. В Сочи все прошло плохо. После тяжелого сезона это повышает мотивацию, так же как и то, что чемпионат проходит в Швеции. Я очень благодарен за то, что все так сложилось.

– Чем различается твой образ мышления перед Играми-2014 и нынешним чемпионатом?

– У меня была установка поехать в Россию и дать там бой. Все перевернулось с ног на голову, когда я подхватил вирус. С этим ничего невозможно поделать. Я сделал все, что в моих силах, чтобы вернуться в строй как можно быстрее, но у меня не вышло. Когда я делал это в этот раз, то тоже часто балансировал на грани, но именно поэтому я теперь здесь.

– Был ли ты когда-либо сильнее, чем сейчас?

– Нет. Если я выигрываю классический спринт, то действительно хорош.

Перевод с норвежского, NRK

Фото: Fotobank/Getty Images/Trond Tandberg

Автор: Мария Александрова