Как Федерер и Надаль оказались в одной команде?

В этот уикенд в Праге впервые проходит турнир, который является то ли экстравагантным теннисным корпоративом, то ли началом важной истории.

Кому и зачем вообще это понадобилось?

Амбициозный проект Роджера Федерера и его агента Тони Годсика, названный в честь Рода Лэйвера – единственного в истории тенниса обладателя Большого Шлема в его первоначальном понимании. Турнир новый и неофициальный, а значит, не имеет исторической ценности и не дает рейтинговых очков, но его сила и отличие от полувыставочных IPTL и Кубка Хопмана – в акценте на громкие имена из разных поколений.

Во-первых, сборные Европы и Мира, между которыми разыгрывается Кубок, комплектуются преимущественно по рейтингу, так что подразумевается участие звезд первой величины. Во-вторых, у команд есть капитаны: в этом году это (по-прежнему привлекательный) Бьорн Борг (с помощником Томасом Энквистом) и человек-панчлайн Джон Макинрой (которому ассистирует брат Патрик). Над всеми ними возвышается эпическая фигура Лэйвера и (несколько претенциозный) слоган «Гордость. Честь. Доверие. Уважение».

В то время как многие болельщики, несмотря на весь промоушн, все же видят в турнире хорошо организованную выставку, игрокам этот термин не нравится. Они настаивают, что настроены серьезно. Рафаэль Надаль, меньше двух недель назад выигравший US Open, заявил, что ему плевать на усталость, потому что это уникальное событие, и на следующее утро (в четыре часа утра!) после приезда в Прагу он пошел тренироваться, чего перед выставочными турнирами не делает.

Аргумент про тренировки, конечно, довольно слабый и объясняется тем, что у игроков впереди важные азиатские турниры ATP и гонка за итоговый (в случае Надаля – за №1). Но и руководит ими не только спортивный интерес: все участники получают неразглашаемые гонорары в зависимости от рейтинга, а игроки команды-победительницы – по 250 000 долларов каждый.

Как это работает?

Матчи турнира играются в трехсетовом формате с чемпионским тай-брейком вместо решающей партии. В первый день каждая победа приносит команде одно очко, во второй – два, в третий – три. Всего разыгрывается 24 очка в 12 матчах, то есть команда, первой набравшая 13 очков, выигрывает Кубок. Если по итогам всех матчей счет 12:12, играется решающая встреча. Расписание первого дня определилось жеребьевкой; во второй день команда Европы как хозяйка имела право посмотреть игроков, которых выставил Мир, прежде чем назначить своих; в третий это право перейдет Миру. Подробные правила здесь.

Преимущество сборной Европы, очевидное с самого начала (особенно после отказа Хуана Мартина дель Потро), реализовалось в первый же день: одиночные матчи, хоть и решились на тай-брейках, остались за Марином Чиличем, Домиником Тимом и Сашей Зверевым. Парную встречу, в рамках которой был сыгран единственный сет без тай-брейка, выиграл Мир. (Участники турнира, дававшие по ходу дня многочисленные экспресс-интервью, хвалили качество тенниса и упорную борьбу на корте, но наблюдатели, конечно, предположили, что тай-брейки были обязательным условием договоров, заключенных с игроками.)

Почему это стоит смотреть?

После первого дня можно сказать, что Кубок Лэйвера занял промежуточное место между серьезным турниром и теннисной клоунадой, которой обычно оборачиваются показательные матчи. В то время как на корте идет спортивная борьба (или, по крайней мере, ее видимость), вокруг него происходит то, от чего сердца любителей тенниса тают, как мороженое на Australian Open.

Игроки болеют за своих с дивана в специальной зоне за спинами своих капитанов и делают это очень добросовестно. При этом Европа отвечает за броманс Федерера и Надаля и кадры формата «миллион «Шлемов» на одной фотографии», а Мир – за огненные перформансы молодежи:

Уникальный формат также дает возможность увидеть «тренера Федерера»

и «капитана Кириоса»:

Понятно, что все это относится к спортивной борьбе примерно так же, как коллаборация Supreme и Louis Vuitton – к элегантности, но, возможно, именно в этом главная ценность этого странного турнира, на церемонии открытия которого игроки представляли друг друга, и Саша Зверев стал автором лучшего трибьюта Маэтро Федереру, все это придумавшему:

«Как бы я сейчас хорошо все ни сказал, это все равно не отдаст должное этому человеку. Он лучший теннисист всех времен и огромное событие, где бы ни появлялся. Я познакомился с ним на «Мастерсе» в Гамбурге в 2003-м. Он этого не помнит, но не я. Мне было пять лет, и я подошел к нему за автографом, глядя на него снизу вверх. А он стал мне отвечать по-немецки, что стало для меня сюрпризом, потому что я тогда не знал, что швейцарцы говорят по-немецки. И он сказал: «Если будешь много работать, может, мы однажды сыграем друг против друга», – а я: «Ага, ну может». Но даже ты тогда не мог знать, что мы окажемся в одной команде».

А еще сегодня Федерер и Надаль сыграют в паре.

Фото: REUTERS/Milan Kammermayer; Gettyimages.ru/Julian Finney; Gettyimages.ru/Vit Simanek/CTK Photo