Загадочное дело допинга в теннисе

Небольшой рассказ NY Times о том, как теннис продолжает делать тайну из допинговых дел.

«Пока на «Ролан Гаррос» проходят первые этапы, Мария Шарапова ждет решения Международной федерации тенниса по поводу положительной пробы на запрещенный препарат мельдоний, сданной на Australian Open.

В марте Шарапова сообщила, что в ее пробе нашли препарат, который 1 января вошел в список запрещенных ВАДА. ITF впоследствии подтвердила результат и объявила о начале временной дисквалификации. Так началось самое громкое из череды мельдониевых дел с участием спортсменов с постсоветского пространства.

В теннисе обсуждение допинговых дел редко проходит так открыто. Практика ITF сложилась таким образом, что о положительных пробах, по которым не вынесен обвинительный вердикт, не сообщается – как и о текущих делах. Бремя ответственности и возможность обеспечить прозрачность процесса зачастую лежит на спортсмене.

Поэтому во вторник на другой пресс-конференции мельдоний стал темой неудобного одностороннего разговора.

Варвара Лепченко, гражданка США, родившаяся в Узбекистане, не играла в марте и апреле и вернулась в тур на турнире в Риме. На прошлой неделе российская газета «Спорт-Экспресс» опубликовала интервью с Анатолием Глебовым, российским физиотерапевтом, который заявил, что отец Лепченко Петр сообщил ему, что она тоже сдала положительную пробу на мельдоний на Australian Open.

«Я разговаривал с ее папой, знаю об этом из его уст. Однако ITF не стала предавать эту историю гласности», – рассказал Глебов.

Еще он сообщил, что Лепченко объявили «амнистию», и она вернулась к соревнованиям. 64-я ракетка мира Лепченко несколько раз отказалась обсуждать эту информацию.

Когда на прошлой неделе Лепченко отправили эту статью из российской газеты, она ответила: «Это все не очень приятно, потому что я ни в чем не виновата. Позже я смогу сказать больше».

Но на дальнейшие сообщения она не ответила. В пятницу после поражения в четвертьфинале турнира в Нюрнберге она тоже отказалась от комментариев. По поводу своего двухмесячного отсутствия в туре Лепченко сказала, что с прошлого года ее беспокоит травма колена.

После поражения от Екатерины Макаровой в первом круге «Ролан Гаррос» сообщения о положительной пробе были основной темой ее пресс-конференции.

«Сейчас у меня нет никаких комментариев на этот счет. Я здесь, чтобы отвечать на вопросы о теннисе. Если у вас есть вопросы по матчу, я с радостью на них отвечу. В остальном – без комментариев».

ITF тоже не сообщает, было ли допинговое дело с участием Лепченко.

«Правила теннисной антидопинговой программы не позволяют нам подтверждать или опровергать наличие положительной пробы до принятия окончательного решения. Единственное исключение – это если игрок сам сообщит о положительной пробе», – сказала представитель ITF.

В рамках теннисной антидопинговой программы игроки часто получают временные дисквалификации на время разбирательства по делу, так что отсутствие в туре без подтверждения или опровержения наличия допингового дела может приводить к спекуляциям. Этому есть совсем недавние примеры. В 2013 году Марин Чилич травмой колена объяснил свое решение сняться с «Уимблдона» и пропустить несколько турниров. Но позже было объявлено, что он сдал положительную допинг-пробу и отбывает временную дисквалификацию.

Розелин Башело, экс-министр спорта Франции, в марте заявила, что Рафаэль Надаль отбывал негласную дисквалификацию, когда семь месяцев не играл в 2012-2013 годах. Надаль, объяснивший свое отсутствие в туре травмой колена, в апреле подал на Башело иск по делу о клевете, и ITF публично поддержала теннисиста.

«Обвинения со стороны Розелин Башело в адрес Надаля не только удивительны, но и ложны, – говорилось в заявлении ITF. – Имена всех игроков, наказанных за нарушение антидопинговой программы объявляются публично, как того требуют правила программы и всемирный антидопинговый кодекс».

Шарапова была единственной теннисисткой, которая самостоятельно объявила о положительной допинг-пробе. Но известно, что в Мельбурне этот препарат обнаружили и у парного специалиста Сергея Бетова из Беларуси. О его пробе объявили только почти два месяца спустя после пресс-конференции Шараповой. Он не играл с конца февраля до начала мая.

В конце апреля ITF объявила о закрытии изначально конфиденциального дела Бетова, поскольку объем мельдония в его пробе был меньше нормативов, которые ВАДА опубликовала за несколько недель до этого, когда стало ясно, что у агентства нет четкого понимания того, сколько этот препарат держится в организме. По новым нормативам было возможно, что Бетов в последний раз принимал препарат в октябре, как он и говорил. Так что ITF не обнаружила в его действиях ни злого умысла, ни халатности. Однако этот вердикт не считается оправдательным.

На прошлой неделе министр спорт РФ Виталий Мутко сказал, что всем российским спортсменам, у которых был обнаружен мельдоний, разрешили вернуться к соревнованиям – кроме Шараповой. Мутко сказал, что спортсмены доказали то, что положительные пробы стали результатом того, что они принимали препарат до того, как он был запрещен.

В этом году был более 300 положительных проб на мельдоний – сердечное лекарство, которое часто использовалось спортсменами в России. Шарапова сказала, что не знала о том, что мельдоний, который она принимала 10 лет, был добавлен в список запрещенных препаратов».

Из всей этой истории можно сделать только один вывод: возможно Шарапова сама себя перехитрила. Возможно, она и ее команда не учли, что хваленая теннисная антидопинговая программа настолько гибкая, что все могло само как-то разрешиться – независимо от того, когда и сколько мельдония она принимала. Возможно, мы были неправы, когда расхваливали ее расчетливые действия по ликвидации последствий скандала – и теперь ей приходится пожинать плоды своего желания держать все под контролем.

Фото: Gettyimages.ru/Matthew Stockman/WTA, Alex Grimm/Bongarts; en.wikipedia.org/flickr.com/photos/sirobi

Автор Павел Ниткин