За что Шараповой дали 2 года

Что стало известно из расследования Международной федерации тенниса.

Какое наказание вынесли Шараповой?

2 года с даты забора анализа – 26 января 2016-го – с лишением рейтинговых очков и призовых, заработанных после него (четвертьфинал Australian Open).

Почему именно 2 года?

Максимальное наказание за нарушение Шараповой составляет четыре года; по правилам теннисной антидопинговой программы (TADP), оно сокращается до двух, если в ходе разбирательства доказывается, что нарушение было непреднамеренным. Это и произошло.

Если бы защите Шараповой удалось доказать, что нарушение было не только ненамеренным, но и незначительным, она могла бы получить один год, но не вышло.

Также сообщается, что мельдоний был обнаружен и в пробе Шараповой, взятой 2 февраля в Москве, но, по правилам TADP, она считается одним нарушением с пробой от 26 января.

Как Шарапова защищалась?

Утверждая, что не знала, что активное вещество препарата милдронат, который она принимала более десяти лет, – мельдоний – с 1 января 2016-го внесено в список запрещенных. Свое незнание Шарапова объяснила и своей халатностью, и неудовлетворительной работой ITF по информированию игроков об изменениях TADP.

Как проходили слушания?

18 и 19 мая в Лондоне независимый трибунал из трех человек слушал доводы Шараповой и ITF. В качестве свидетелей на них выступили:

Со стороны ШараповойСо стороны ITF Мария Шарапова Оливер Рэбин (научный директор WADA) Макс Айзенбад (менеджер) Стюарт Миллер (директор ITF по TADP) Анатолий Скальный (врач, прописавший милдронат) Кристиан Айотт (директор лаборатории в Монреале, исследовавшей пробу Шараповой) Свен Гренефельд (тренер) Кортни МакБрайд (адвокат WTA) Форд Вокс (врач, комментировавший лечение Скального) Нил Робинсон (директор WTA, в письменной форме) Ричард Ингс (бывший глава ADA Австралии)

На слушании было постановлено, что Шарапова сделала все возможное, чтобы предоставить все документы, касающиеся употребления ею мельдония, а трибунал оставил за собой право делать выводы не только из предоставленных документов, но из отсутствия каких-либо других.

Что они выяснили?

В 2005 году Шарапова по инициативе отца из-за ряда проблем со здоровьем была обследована под руководством доктора Анатолия Скального в «Центре биотической медицины» в Москве. В результате у теннисистки был диагностирован ряд минеральных дисбалансов, требующих стимуляции иммунной системы. С этой целью ей была прописана специальная диета и комплекс из 18 медицинских препаратов и добавок. Одним из препаратов был милдронат, принимать который ей было рекомендовано курсами по одной-две недели в дозах от 500 мг до 1 г в день, в том числе во время соревнований и непосредственно перед «матчами особой важности».

Шараповы довели до сведения Скального, что все препараты, которые он рекомендует, должны отвечать требованиям WADA, и он направил список на визирование директору московской лаборатории WADA, который подтвердил, что ни один из 18 препаратов не содержит запрещенных на 2006-й год веществ. В 2010-м количество препаратов, употребляемых Шараповой по рекомендации Скального, выросло до 30. Теннисистка находилась под наблюдением специалиста до 2012 года, и принимаемые ею лекарства каждый год сверялись со списком WADA.

На основании полученной информации трибунал ITF постановил, что первоначально Шарапова обратилась к Скальному по медицинским причинам, а не с тем, чтобы с помощью препаратов добиться улучшения своих спортивных показателей.

Между тем, уже прекратив наблюдаться у Скального, Шарапова продолжила принимать три препарата из его списка, среди которых был милдронат, поскольку, по ее словам, в их общении врач делал на них особый упор. К другим специалистам за рекомендациями относительно этих препаратов она не обращалась. Диетологу, которого теннисистка наняла по завершении работы со Скальным, о них она также не сообщила – как и никому из медицинских специалистов, с которыми она общалась с тех пор и до 2015 года (по ее словам – никто не спрашивал, какие препараты она принимает; трибунал счел это «сомнительным»). В 2015-м она сообщила об употреблении милдроната врачу сборной России Сергею Ясницкому (потому что он спросил), но это не стало предметом какого-либо обсуждения.

Таким образом, в 2015-м Шарапова продолжала принимать милдронат по схеме, рекомендованной доктором Скальным в 2006-м году, с небольшими изменениями (при этом переписка о препарате с ним обрывается в 2010-м). Об этом не знал никто из ее команды, кроме отца и агента (с 2013-го). Ни в одной из бумаг, сопровождающих допинг-контроль, которые Шарапова подписывала в 2014-16, она о применении милдроната не сообщает, хотя признает, что употребляла его (на допросе сказала, что «не думала, что это важно»).

В пробах, взятых у Шараповой в 2015-м и представленных на слушания, большие дозы мельдония зафиксированы во время «Уимблдона», итогового турнира WTA и финала Кубка Федерации. По ходу разбирательства она признала, что также принимала милдронат перед каждым из своих матчей на Australian Open-16.

Дополнительное подозрение вызвал тот факт, что в каждой из предоставленных письменных форм Шарапова запрещает использовать свои пробы для научных исследований, то есть ограничивает риск какой-либо утечки информации о них.

Объяснение Шараповой о том, что она не считала использование милдроната достаточно важным фактом, чтобы фиксировать его в допинг-формах, трибунал признал несостоятельным.

Как Шарапова пропустила запрет мельдония?

18 и 22 декабря 2015-го Шараповой и нескольким человекам из ее команды были направлены имэйлы из ITF, частично касающиеся изменений TADP, но ни в одном из них прямо не говорилось об изменении списка запрещенных препаратов.

В январе 2016-го тренер Шараповой Свен Гренефельд получил от представителя WTA буклет со списком запрещенных препаратов на 2016 год и оставил его у себя на случай, если теннисистка захочет с ним ознакомиться. Она этого не сделала, так как, по ее словам, не делала этого никогда раньше.

Шарапова настаивает, что ITF должна была отдельно предупредить о предстоящем запрете мельдония игроков, у которых он был обнаружен в 2015 году по ходу предварительных проверок (24 положительных теста среди теннисистов, 5 из них – Шараповой). То, что сама Федерация до марта-2016 этой информацией не владела, по мнению защиты Шараповой, свидетельствует о халатности ITF, однако трибунал эту версию не принял.

Агент Шараповой Макс Айзенбад заявил, что сверять принимаемые теннисисткой медикаменты с ежегодным списком запрещенных веществ WADA было его обязанностью, однако в отношении списка-2016 он ее не выполнил, поскольку обычно делал это в отпуске, а в конце 2015-го из-за развода с женой отпуск пропустил. В целом, показания Айзенбада были признаны крайне неубедительными.

Если Шарапову уличили в сокрытии информации, почему не дали 4 года?

В решении трибунала действительно отдельным пунктом прописано: все указывает на то, что в последние годы Шарапова принимала мельдоний, чтобы улучшить свои спортивные показатели (а не по медицинским причинам), и скрывала это от антидопингового контроля.

Однако намеренность нарушения осталась недоказанной, поскольку не было доказано, что Шарапова знала о запрете мельдония: она взяла на себя вину за пренебрежение TADP, но не более того.

Что ответила Шарапова?

В своем заявлении Шарапова отчаянно упирает на то, что трибунал (формально) поверил в ее версию о непреднамеренном нарушении, называет двухлетнюю дисквалификацию неоправданной и планирует апеллировать в Спортивный арбитраж.

Есть основания полагать, что CAS срок ее дисквалификации сократит.

Впрочем, еще несколько часов назад были основания полагать, что Шарапова поедет в Рио.

Фото: Gettyimages.ru/Ian Walton, Michael Dodge, Angela Weiss