Обладательница серебряной награды на дистанции 100 м вольным стилем белоруска Александра Герасименя прокомментировала свое выступление, а также предположила, что повторив вчерашний заплыв смогла бы выиграть золото.— Почему вас так долго держали на допинг-контроле?— На самом деле для себя я очень быстро справилась. Просто после награждения мы еще откупывались, готовились к завтрашней дистанции. Поэтому получилось так долго.— Сильно показанные сегодня секунды отличаются от тех, на которые рассчитывала?— Если бы проплыла по тому времени, на которое рассчитывала, у меня была бы медаль высшей пробы. К сожалению не получилось. Но рада, что побила свой же рекорд. Это значит, что прогресс есть.— Насколько рассчитывала улучшить личное достижение?— Хотелось выплыть из пятидесяти трех секунд.— Ты здорово среагировала на старт. Отрабатываешь этот элемент специально?— Естественно, тренируем. И не только со старта, а общую реакцию. А быстрее всех стартовала, наверное, потому что больше всех хотела.— Если бы тебе дали шанс еще раз пройти то же соревнование, выиграла бы?— Думаю, да.— Как поздравила вас ваша наставница?— Слов не было, одни эмоции. Трудно описать. Разумеется, тренер счастлив. Сказала, что очень любит носить серебро. А я ответила: жаль, что не золото.— А ты что предпочитаешь?— Золото. Но были бы медали бриллиантовые, носила бы бриллианты.— Вас уже кто-то поздравил?— Очень много людей. И спасибо им большое! Только благодаря их поддержке я смогла показать этот результат.— У вас был сложный путь к вершине: дисквалификация, рекорд мира, который не был засчитан. Что для вас значит эта медаль?— Да, неприятные моменты были, да и чувствовала отношение к себе по поводу участия в несерьезной по мнению многих неолимпийской дистанции 50 метров на спине. На меня не обращали внимания. Учитывая, что это первая медаль в истории белорусского спорта в плавании, я горжусь собой и рада, что у меня это получилось.— Считаете ли, что на центральной дорожке вам было бы проще завоевать золото?— Вопрос интересный, потому что на самом деле никто не знает, что бы было в этом случае. Я думаю, что крайняя дорожка — как судьба. Если она досталась мне, значит все будет хорошо, — цитирует Герасименю «Прессбол».