Забег на миллион: почему нью-йоркский марафон – главный в мире

В минувшее воскресенье Нью-Йорк взял небольшую передышку перед днем выборов и разделился на две части: первая отправилась бежать марафон, вторая — наблюдать за тем, как это происходит. На старт вышли 51,995 человек, на улицы — около трех миллионов, и вместе они на один день снова стали крупнейшим беговым праздником планеты. Но начиналось все, естественно, совсем не так.

Эмигрант-румын Фред Лебоу не очень умел бегать («медленный, как утка» — так описывали его стиль), зато делал это каждый день. В рабочее время он был человеком из индустрии моды и ходил в длинном кожаном плаще, в свободное — переодевался в шорты и выбегал в Центральный парк.

Харизматичный европеец, внешностью немного напоминающий Николая II, неплохо знал, как объединять вокруг себя людей и убеждать их в том, во что верит сам. Объяснить чем-то другим, почему в 1970-м 127 человек согласились пробежать марафон вокруг парка, довольно сложно. Лебоу взял на себя организацию, собрал с участников по символическому доллару, после чего сам вышел на трассу и скромно финишировал 46-м из 55 (остальные, в том числе единственная женщина, добежать вообще не смогли). 

Нью-Йорку в то время не хватало только сумасшедших бегунов: город настолько неудачно подсел на федеральные дотации и кредиты, что оказался в шаге от банкротства. Разбираться в этих проблемах не хотелось даже президенту Форду: он сравнил ситуацию с героиновой зависимостью и заявил, что построить новый Нью-Йорк выйдет дешевле, чем спасать то, что еще осталось. Полицейские и пожарные в знак протеста перекрывали улицы, на вокзалах и в аэропортах раздавали листовки «Добро пожаловать в город страха», Бронкс и Куинс горели — в общем, в те дни жители Нью-Йорка скорее убегали друг от друга, но точно не бегали для удовольствия.

Новая идея команды Лебоу на этом фоне выглядела чем-то средним между блефом и издевательством: в 1976-м они решили изменить маршрут своего марафона и проложить его не вокруг Центрального парка, а через все пять районов города. В мэрии махнули рукой — «делайте, что хотите, хуже все равно уже не будет» — и Нью-Йоркский клуб шоссейных бегунов (New York Road Runners, NYRR) начал готовить старт.

Трассу прокладывали в буквальном смысле вручную: часть дистанции проходила по тем местам, где договариваться с полицией было бесполезно, потому что ее там не было в принципе. Лебоу в терминах 2016-го развернул что-то вроде предвыборной кампании: сам объезжал хасидские общины Бруклина и темные уголки Куинса и объяснял людям, что марафон — это не просто забег, а праздник, который принадлежит не только участникам, но и всему Нью-Йорку. То же самое получилось донести и до спонсоров и прессы, часто не без блефа: часть денег Лебоу нашел благодаря связям в мире моды, часть — благодаря таланту убеждать, что клуб готовит настоящее событие.

Утром 24 октября 1976 года на стартовую площадку неподалеку от моста Верразано вышли 2,090 участников, любители и профессионалы, мужчины и женщины. Через несколько часов корреспондент NBC Дик Шэп вышел в прямой эфир из Центрального парка и объявил: «26 миль и 385 ярдов. Никого не ограбили, никого не сбило такси. Кажется, первый общегородской марафон стал огромным успехом для всего Нью-Йорка».

Команде Лебоу оставалось только не упустить своего: «огромный успех» в NYRR конвертировали не только в ежегодную гонку, но и в настоящий культ разнообразных пробежек. Фред понимал, как устроен рынок, еще в 1972-м, когда устроил женский старт с участием «зайчиков Playboy» (результат — первое проданное спонсорство, покупатель — крем для бритья ног «Crazy Legs»), а теперь наконец-то мог развернуться на весь Нью-Йорк. Паста-вечеринки, забег на небоскреб Эмпайр-Стэйт, корпоративные соревнования — все это, как считается, придумали именно в клубе Лебоу.

В 1982-м марафон впервые показали по национальному телевидению, еще через пару лет Фред, сидя в студии вечернего шоу, хитро щурился и объяснял всей Америке, что теперь за право пробежать 26 миль по Нью-Йорку нужно бороться: «Что делают люди, чтобы попасть на наш марафон? Иногда умоляют нас, иногда пугают, иногда даже пытаются подкупить…»

***

Нью-Йоркский клуб шоссейных бегунов сегодня — гигантское предприятие, 60 000 членов которого ежегодно организуют и принимают участие в сотнях гонок, а марафон — самая громкая из них.

Бизнес-идея NYRR — баланс между десятками благотворительных и образовательных проектов, которые клуб реализует в Нью-Йорке, и желанием огромного количества людей и компаний быть причастными к самым престижным и массовым соревнованиям Америки.

В 2015-м году в мероприятиях под флагом NYRR приняли участие около 400 000 человек, компания отчиталась о доходах в $83 млн при расходах в $73 млн. В 2013-м титульное спонсорство клуба и марафона было продано индийскому IT-гиганту Tata Consultancy, из успехов последнего времени — 10-летний контракт с производителем одежды New Balance, который инсайдеры оценивают в $150-170 млн.

Современный марафон в Нью-Йорке — это не только 42 километра дистанции. Это год подготовки и целая неделя мероприятий под слоганом «Get Your New York On» в начале ноября: детские забеги в Центральном парке, огромная ярмарка, объединенная с регистрацией участников, торжественная установка финишной арки и специальная распродажа сувениров. И это не считая организации самого забега, участие в которой принимает едва ли не больше людей, чем в самой гонке.

— Эти соревнования настолько престижны, что попасть сюда и поработать на них бесплатно считают за счастье очень многие специалисты, — объясняет директор Московского марафона Дмитрий Тарасов, который в 2016-м тоже пробежал по Нью-Йорку. — Мне понравилось абсолютно все: как происходит обеспечение дистанции, как работают сотрудники полиции, как устроено питание, работа медицинского персонала. Они отслеживают состояние участников по трассе, и вся информация стекается в единый центр управления, где сидят все городские и федеральные службы. В любой момент можно узнать, финишировал ли твой знакомый, и если нет, то где он находится. Все продумано до мелочей.

День гонки начинается для участников с очень раннего подъема. 50 тысяч человек добираются на паромах до Стэйтен Айленда, где несколько часов ждут сигнала.

— Да, ты приезжаешь туда в 7 утра и до старта просто стоишь на холоде, — рассказывает Вадим Янгиров, организатор марафона в Казани, только за осень 2016-го пробежавший по 42 километра в Берлине, Чикаго, Франкфурте, а теперь и Нью-Йорке. — Но все продумано: есть бесплатные чай, кофе, шапочки от спонсора, бананы, туалеты. Многие, чтобы не мерзнуть, берут с собой дополнительную одежду, которую перед стартом выбрасывают. Ее затем собирают и раздают бездомным. В общем, никаких проблем. Сама же гонка — это вообще что-то нереальное. Город украшен флагами, болельщики кричат, поддерживают на протяжении всей трассы, везде волонтеры, медики, пункты питания. И финиш, конечно, очень крутой — сам директор гонки встречает и жмет руку каждому. Эмоции просто невероятные! Я не люблю бегать по одной дистанции дважды, но в Нью-Йорк хотел бы вернуться.

Первыми на финише появляются марафонцы-колясочники, это происходит где-то через полтора часа после старта, еще спустя 30 минут — бегуны-профессионалы, а сразу за ними Центральный парк накрывает бесконечная волна из любителей, которые продолжают пересекать финишную черту в течение следующих 4-5 часов, до самого вечера.

50,000 участников — это 50,000 историй, и самые заметные из них на следующее утро обсуждает весь город. В 2016-м на трассе были замечены футболист Рауль (тот самый, да) и теннисистка Марион Бартоли, за пару лет до них — Эдвин ван дер Сар, Памела Андерсон, Алишия Киз, и десятки других знаменитостей, которых до этого не было принято считать бегунами. В истории марафона были и человек, который прошел его на одних руках (98 часов!), и мужчина, связавший по ходу гонки шерстяной шарф, и голливудские актеры, и астронавты, и молодожены (их всегда много).

Объяснять, что марафон принадлежит всему городу, тоже давно никому не нужно. За 40 лет трасса обросла сотней традиций: все знают, что в районе 9-й мили школьный оркестр играет музыку из «Рокки», единственное место, где нет зрителей — мост Квинсборо, а от запахов барбекю в Куинсе бежать иногда особенно тяжело. Партнеры NYRR каждый год добавляют к этим привычкам новые: уже пару лет за всеми участниками забега можно следить в приложении при помощи GPS-трекеров, а те, кто пока не готов выйти на старт, могут пробежать ее кусочек в очках виртуальной реальности, сидя на диване.

Попасть в забег при этом достаточно тяжело и умолять или запугивать кого-нибудь теперь вряд ли имеет смысл. Приглашение можно выиграть в лотерею (шансы — 1 к 15, вступительный взнос в случае победы — около $300), «оплатить» пожертвованием на благотворительность (около $2,000), доказать результатом (успешно выступать на квалификационных забегах), купить у туроператоров (то есть переплатить три цены) или принять участие в программе 9+1 (в течение года пробежать 9 других гонок NYRR и 1 раз поработать волонтером или наоборот). Сложно, но того, как считается, стоит.

***

Фред Лебоу признавался, кто когда на его марафоне был установлен первый официальный мировой рекорд, мечтать ему было уже не о чем. Еще он говорил, что раз семьи и детей у него никогда не было, значит, он, ничего удивительного, просто женат на беге.

В начале 90-х у него нашли рак мозга. После операции в Израиле Фред вернулся в Нью-Йорк и заявил: кажется, теперь и я готов к нему. В ноябре 1992-го он вышел на трассу вместе со своей давней подругой Гретой Вайтц, до этого 9 раз побеждавшей в Нью-Йорке. 5 часов 32 минуты и 34 секунды. Это была самая эмоциональная гонка в моей жизни, — призналась она после. — Последние несколько миль мы оба бежали в слезах.

Лебоу умер два года спустя, в октябре 1994-го. Провожать его в Центральный парк пришли около 3 тысяч человек — больше собиралось только когда убили Джона Леннона. В память о Фреде уже через пару недель в Центральном парке появилась статуя, которую теперь каждый год в начале ноября переносят к финишным воротам. За 46 лет через них пробежал 1 миллион 125 тысяч 760 человек.

Фото: REUTERS/Brendan McDermid, Eduardo Munoz; fredsteam.org; instagram.com/eileenmarie

Автор

Егор Крецан