«На беговых дорожках проходила велогонка на выбывание». Как раньше в Бресте смотрели футбол

Рассказывает журналист Василий Сарычев.

Это моё счастье и моя тюрьма. Каждый домашний матч я сижу на этих трибунах и смотрю футбол. Футбол чаще плохой, чем хороший, но он мой родной, через него я пришёл в журналистику.

О стадионе

Стадион был построен ещё в польское время (1937 год). Тогда он получил название в честь Юзефа Пилсудского, как все самые солидные объекты в Польше. Во время матчей весь забор был облеплен зрителями и даже место на хорошем суку стоило денег. До войны тут соревновались футбольные дружины дивизий Северного и Южного городков. Брестчане вспоминали, что болельщики первой команды кричали с трибун «Бей плантаторов!», имея в виду войну между Севером и Югом в США.

Сразу после войны на месте нынешнего огромного мяча (перекрёсток Гоголя и Коммунистической) находилась баскетбольная площадка. Иногда здесь с местной командой играли ещё остававшиеся в Бресте пленные немцы. Они играли молча. Видимо, игрокам запретили даже переговариваться, чтобы не выдать их национальность.

Центральный вход перенесли сюда только в 1950-е годы, построив большую арку с массивными колоннами. Внутри колонн размещались билетные кассы. С обратной стороны колонны служили табло для счёта, цифры переворачивались вручную. В середине 1960-х табло переместили на южную сторону, а кассы — к легкоатлетическому манежу.

Здесь когда-то были кассы. Я всегда покупал по 10-20 футбольных программок (они были дешёвыми по 5 коп.), там можно было прочитать составы команд и историю каждой. Я коллекционировал эти программки, а также отправлял футболофилам по всему СССР, с которыми вёл переписку и обмен. Сегодня все они хранятся у меня дома в огромном ящике.

Лет десять назад помещение старых касс отдали под букмекерскую контору. В советское время таких контор не было, зато была лотерея «Спорт-прогноз». Школьником Василий любил делать ставки «Спорт-прогнозе» и иногда выигрывал хорошие по тем временам деньги — 20 рублей. 

В БИСИ у нас был свой «курсовой тотализатор» среди студентов, в дни матчей пускали по аудитории подписной листок прямо на паре. А однажды я сделал ставку прямо на чемпионате мира. Было это в 1990-м году, когда на гонорар от своей первой книги мне удалось заполучить туристическую путёвку в Италию на матчи с участием сборной СССР (их тогда выделяли всего пару штук на область!). И вот на берегу Средиземного моря наша брестская группа — четыре солидных дядьки и я-студент — расписали прогноз. Я был единственным, кто поставил против нашей сборной, рассудив, что так при любом исходе не проиграю. Сборная СССР проиграла Румынии и Аргентине с Диего Марадоной и приз должен был достаться мне, но почему-то об этом все забыли…

Если говорить о конструкции брестского стадиона, то западная сторона всегда считалась более престижной: раза в два выше, а 13 сектор — с навесом. На трибунах до пластиковых стульев тянулись длинные деревянные лавки, которые к началу сезона красили в новый цвет. В центральной части под козырьком сидели “избранные” – те, кто покупал абонемент или проходил по пропускам. Маленький Вася в поисках острых ощущений любил попадать на стадион без билета.

Вот здесь я в детстве перелезал через забор. Рядом стоял гараж, что облегчало задачу. Купить билет было легко, но подгадать момент и попасть на игру таким рискованным способом было гораздо интереснее. Бывало, проходил на стадион по пропуску приятеля. Когда я шёл через служебный вход, надо было сделать такое же лицо, как на фотографии.

На восточной трибуне вместо козырька тень давали раскидистые клёны. Фанатского сектора в советское время не было. Граница стадиона со стороны ул. Гоголя всегда была «прозрачной».

Здесь постоянно собирались люди, которые не хотели идти на трибуны, у них была своя тусовка с обсуждениями и комментариями. После реконструкции спортивного комплекса «Брестский» эта часть забора осталась просматриваемой, правда, близко к забору уже не подпускает милиция. Но всё равно какая-никакая традиция!

На месте запасного поля послевоенный работник стадиона Савва Николаевич Березовый построил волейбольную площадку и теннисные корты. Жил он в подтрибунном помещении, вёл секцию тенниса и здесь же на стадионе мог жарить на примусе картошку. Когда в советское время здесь сделали запасное поле, на нём параллельно с матчем брестского «Динамо» могла проходить игра чемпионата республики. И если зрителям на верхотуре становилось скучно, они поворачивались и смотрели другой футбол.

Сарычев вспоминает, что поле до реконструкции стадиона трибуны были гораздо ближе к полю.

Этим футбол был интереснее, ведь во время матча можно было видеть лица игроков, наблюдать их мимику, слышать их возгласы, огрызания с судьёй. Сейчас говорят о мерах безопасности, легкоатлетической составляющей нового стадиона, но эффекта «футбольного театра» уже, к сожалению, нет. Во время перерыва перед трибунами дефилировали те, кому хотелось себя показать. На беговых дорожках проходила велогонка на выбывание. 

О журналистике

Впервые на стадион Васю привёл папа в 1972 году. Потом он уже не пропускал ни одной игры, футбол стал его доминантой. Засыпая, мальчик перебирал в уме составы команд всех лиг. В 5 классе он начал вести футбольный дневник, где описывал каждый матч брестского «Динамо».

Сидя на трибунах среди взрослых мужиков, я не мог удержаться, чтобы их не поправить, если они называли не ту фамилию или неточный год. Мне всегда говорили, что в журналисты я не попаду, потому что нужна была “лапа” для поступления. Поэтому я стал строителем, закончил БИСИ, а потом всё равно пришёл в журналистику — закончил МГУ.

Будучи студентом, Василий мог прогулять занятия, чтобы съездить на футбольный матч в другой город. Кого он только ни переженил в своих заявлениях для деканата. Даже когда все были «на картошке», сбегал на матчи брестской команды. Километров десять шагал с поля до Верховичей, откуда ходили автобусы на Брест. Утром по договорённости со старостой снова возвращался в ряды одногруппников.

Я человек западной трибуны, с детства так повелось. С мест на хороших секторах детей обычно сгоняли, приходилось сидеть ближе к угловому флажку. Иногда удавалось втиснуться между зрителями на лавку ближе к центру. Так постепенно я продвигался к заветному 13 сектору под крышей. Когда я стал журналистом, уже законно занимал место рядом с телекамерами, и прямо подо мной была ложа для начальства. Оттуда я и писал свои футбольные отчёты. Но постепенно распоясался и стал описывать жизнь в ложе. Дошло до того, что Алексей Андреевич Овечкин, зам. брестского губернатора, приходя на трибуну, разворачивался и громко спрашивал: «Сарычев здесь? Можно мне сесть?»

За репортажи и едкий юмор журналиста любили читатели, но не герои с поля. А когда футболисты заканчивали карьеру, отношения быстро налаживались.

О футболе и “Динамо”

В 2004 году книга Василия Сарычева «Миг — и судьба» была признана лучшим проектом Беларуси в области спортивной журналистики. С кем как ни с ним было обсудить историю нашего футбольного клуба и лучших игроков и тренеров брестского «Динамо». 

Начнём с 1950-х. Тогда в чемпионате СССР было два класса: «А» и «Б». В классе «А» от Беларуси выступало только минское «Динамо», у областных команд было мало шансов даже на включение в класс «Б». В Бресте футбол был местечковый, разыгрывалось первенство города.

Расширение класса «Б» в 1960 году привело к образованию брестской команды мастеров «Спартак». До этого спартаковское общество объединяло физкультурников местной промышленности (например, в нападении играли три брата с мясокомбината, им орали с трибуны: «Колбасники!»), а теперь игрокам положили ставки инструкторов спорта. В новый «Спартак» пригласили футболистов из разных городов, из брестчан был лишь железнодорожник Александр Тарасюк, редко попадавший в состав, тренером откомандировали обосновавшегося в Минске брестчанина Виталия Косенюка. 

Потом брестскую команду, как коробку конфет, передавали от одного спортивного общества другому. В 1973 году она перешла к БЭМЗу и стала называться «Буг», болельщики тогда прозвали игроков «бугаями». Через 3 года «конфеты» забрало себе милицейское общество «Динамо». Это была всесоюзная структура, отсюда и одинаковые названия команд «Динамо» в Москве, Тбилиси, Киеве, Минске.

И вот тогда в Брест приехал знаменитый Эдуард Малофеев. К тому времени он уже завершил игровую карьеру начинал тренерскую. Сарычев рассказывает о нём с восхищением:

Он пробыл в Бресте всего два месяца и уехал в Москву на обучение в Высшую школу тренеров. Но за это короткое время сумел так зажечь команду, что она продолжала играть и добилась высшего результата за всю свою историю — второе место в своей зоне второй лиги. Через два года Малофеев снова вернулся в Брест и проработал с брестским «Динамо» ещё полгода. Он создал просто сумасшедшую команду, народ валом валил на трибуны. 

До прихода Малофеева наша команда играла в мощный атлетичный футбол, когда надо соперника перебегать. С ним же игра поменялась, стали цениться комбинационность, техничность. Эдуард Васильевич также умел работать и с болельщиками. Мог прийти в кинотеатр «Беларусь» и выступить перед сеансом с зажигательной речью о «Динамо». 

Вспомнили мы и про Александра Разина, который когда-то играл за брестское «Динамо», но из-за травмы мениска вынужден был оставить мечты о столичной команде и не стал вместе с ней чемпионом СССР в 1982 году. Через какое-то время Разин вернулся в «Динамо» в роли начальника команды, а потом и главного тренера. 

Он собрал команду из молодых игроков, среди которых был юный Роман Василюк. Тренер давал игрокам на поле свободу, и многие нашли своё место в футболе, а в Василюке раскрылся талант бомбардира. Ту задорную команду болельщики помнят до сих пор. Безумно жаль, что потом кто-то перекрыл Разину кислород, и за двадцать лет тренерской чехарды в Бресте его к команде больше не подпустили. Сейчас он тренирует детей в ФК «Минск». 

Если говорить о футболистах, то кумиром своего детства Василий назвал нападающего Николая Сытика. 

Сытика в 1978 году привёл Малофеев. Эдуард Васильевич как всегда зажёг и болельщиков и где-то переборщил: перед матчем открытия сезона команда перегорела. И в треск проиграла стартовую встречу ивановскому «Текстильщику» – 1:3. Дальше владимирское «Торпедо». Напряжённая игра, в наши ворота ставят 11-метровый. Второе поражение — и яма, никакими силами команду не вытянешь, но Александр Полик берёт мяч! После этого контратака, и забивает Сытик! А потом Николай забил два «Искре», другому лидеру зоны воронежскому «Факелу» – 14 голов за круг… Это была ещё сырая, но потрясающая, растущая команда. Она была слишком хороша, и через полгода Малофеева пригласили спасать минское «Динамо». Он забрал с собой Сытика. Когда Николая вернули в Брест, он был уже не тот… 

Лучшим игроком за всю историю «Динамо» Сарычев называет Василия Курилова. Он родился в Бресте, начал играть 18-летним парнем в 1960-е годы. Когда он стал чемпионом Европы среди юношей, его забрали в минское «Динамо». С тех пор он играл в разных командах СССР и уже в конце карьеры вновь вернулся в Брест. 

«Буг» играл слабенько, занимал место в нижней части таблицы. Курилову было скучно, и он решил закончить играть, даже нашёл себе работу на чулочном комбинате поближе к дому. И тут в 1976-ом в «Динамо» пришёл Малофеев. Он знал цену игроку, знал, что Василий Курилов — это мозги в середине поля. Тренер долго его уговаривал, даже выбил квартиру в Царском Селе, как называли обкомовские дома за памятником Ленина, и всё же вернул в «Динамо». Курилов стал нашей главной звездой, а команда заняла второе место в своём классе. В последнем своём сезоне 1978 года Курилов забил три фирменных гола «сухим листом» непосредственно с угловых, причём один в своём прощальном матче. 

На вопрос про памятные вещички от любимых футболистов Сарычев вспомнил интересный случай из осени 1984-го. Минское «Динамо» дебютировало в Кубке УЕФА. 

В Лиссабоне наши проиграли «Спортингу» 0:2, в Минске был ответный матч. Я тогда был ещё студентом. Накануне вечером я пробрался на стадион и не удержался, щипнул на память несколько травинок во вратарской площадке. Завтра минчане отыграли 2 мяча и били послематчевые пенальти. В те самые ворота. Вратарь Иван Жекю взял последний удар, и «Динамо» победило и прошло дальше. Те засохшие травинки я храню до сих пор. 

Если команда проигрывает, болельщики нередко винят судью. Василий вспоминает, что в советские годы брестское «Динамо» не было денежной командой и порой это откладывало отпечаток на симпатии Фемиды. 

Когда судья не глуп, он может влиять на результат незаметно. Например, назначить несколько штрафных в тех точках, где у соперника есть хороший исполнитель. Если же «палит» внаглую, это заметно. На старом стадионе после таких матчей разгорячённые болельщики толпились возле подтрибунного помещения и ждали судей. Те это, конечно, понимали и старались задержаться в раздевалках подольше. Бывало, они покидали судейскую через окно в сторону запасного поля. 

Для зрителей и команды первая игра сезона всегда особенная. Это как новая надежда. Каждый год болельщики думают «а может, в этом сезоне команда заиграет»… Поэтому первая игра всегда собирает полный стадион, а вот от результата матча уже зависит, сколько людей придёт на вторую игру. В то время зрителей мог собрать только футбол. 

Сегодня в «Динамо» отлично работает пиар-команда, и уже не только футбол собирает зрителей на трибунах. Они думают о том, чтобы болельщикам было интересно. Неудивительно, что в Бресте на футбол ходят по 6-8 тысяч, тогда как в Минске человек 500. 

О книгах

С момента выхода первой книги «Миг и судьба» прошло уже 14 лет. Сегодня Василий Сарычев подготовил продолжение – 2-й и 3-й тома. В них нашлось место и Малофееву и Курилову и Разину… И многим легендам советского спорта. 

Вот, что он сам говорит о своих новых книгах: 

Они посвящены кумирам нашего детства и спортивным событиям, под которые мы росли. Я постарался передать то, что как болельщик и журналист пропустил через себя за годы увлечения спортом. Когда я стал вхож в кулуары, волшебство несколько расплескалось, но я постарался вернуть состояние, которое было на футболе в детстве. Мне кажется, что в этом тексте я настоящий. 

Там много драматических историй. Эдуард Стрельцов в 18 лет стал олимпийским чемпионом, а в 20 должен был ехать на Чемпионат мира в Швецию, чтобы стать там «советским Пеле». Но за три дня до отлёта был обвинён в изнасиловании и пять лет провёл в тюрьме. А потом вернулся на поле незнакомым трибунам лысоватым дядькой, и снова завоевал сердца. 

Льва Яшина объявили виновником неудачи Советской сборной на Чемпионате мира в Чили, и потом была травля. Великого вратаря месяцами освистывала вся страна… 

Хрупкого мальчика Фёдора Черенкова гениального плеймейкера, безжалостно бросали из турнира в турнир, из самолёта в самолёт и в итоге загнали, психика не выдержала чудовищных нагрузок. 

Это судьбы. А вот события: одна из глав посвящена берлинской Олимпиаде 1936 года, названной Играми Гитлера. На них диктатор уверился в своём могуществе и вскоре начал поход на Европу. В мире всё взаимосвязано, и эффект бабочки может сработать спустя десятилетия. Ещё одна глава о мюнхенской Олимпиаде 1972 года. Германия хотела показать миру, что она совсем другая страна, расставшаяся с милитаризмом. В угоду идее Игр Радости меры безопасности были ослаблены — и кончилось тем, что арабские террористы убили спортсменов Израиля прямо в олимпийской деревне. 

Таких глав почти 100 — трогательных и драматических. 

Если вас заинтересовал проект «Миг и судьба», можно прочитать несколько глав из новой книги и узнать подробнее про краудфандинговую кампанию.

На фото пробный экземпляр книги, на которую идёт краудфандинг

Natatnik.by

Фото Геннадий Козловский, oskbrest.by