Кайса здорово выступает на этапах Кубка мира в свой день рождения. Кайса Мякяряйнен в детстве мечтала стать королевой Англии, а год назад стала обладательницей Большого хрустального глобуса. Вячеслав Самбур встретился с очаровательной финкой, которая в день рождения выиграла индивидуальную гонку этапа Кубка мира, и узнал, на каком концерте она танцевала под дождем, почему до сих пор не зарегистрирована в Facebook, кто подарил ей оригинальные варежки и чему научил опальный тренер Хованцев. У российской прессы она нарасхват. Кайсу тянут во все стороны: на съемки, интервью, даже просто сфотографироваться. Ее поздравляют с днем рождения. От Дмитрия Губерниева — цветы, от «Советского спорта» – презент-шутка в виде бутылки водки Finlandia, от Sports.ru — шарф СБР с надписью «Биатлон. Made in Russia». Финка смущается, садится в уголке столовой пресс-центра и, постоянно теребя в руках бело-голубые варежки, взахлеб рассказывает о себе. — Кайса, с днем рождения! Как отметили? — Спасибо! Позавчера на ужине повеселились с командой. Пили шампанское, ели торт в отельном ресторане. Получилось смешанное празднование: чуть-чуть день рождения, чуть-чуть — моя победа. — Когда вам последний раз приходилось отмечать день рождения дома? — О-о-о, может, десять лет назад. Даже не вспомню. Наверное, когда я еще училась в спортивной школе Вуокатти. Но я обожаю зиму, обожаю дату своего рождения. Смотрите, какая комбинация: 11.01. Люблю цифру один, люблю быть номером один. Кстати, обычно я здорово выступаю на этапе в свой день рожденья. — Что из подарков запомнилось больше всего? — Пожалуй, что-то из детства… Мой бойфренд как-то дарил… хм, нет, забыла! А, вот, кстати, варежки — но это от норвежской команды. Мне их связала Тура Бергер год назад. Вообще не представляю, как она смогла! Я сама пробовала вязать, у меня получалось что-то, но такой двухцветный узор у меня точно не выйдет. — А Нойнер вам ничего не вязала? — Нет, этого таланта Магдалены я пока не оценила. Варежки от Туры Бергер *** — На официальном сайте IBU в графе «хобби» у вас указано чтение. — Да. Предпочитаю книги попроще, чаще всего в мягкой обложке. Раньше старалась читать больше, но последнее время мне нечем хвастаться. Взялась за что-то еще на этапе Кубка IBU в Эстерсунде и до сих пор осилить не могу. Очень медленно идет. Несколько лет назад буквально поглощала книги во время путешествий: Дэн Браун, разные детективы, истории о плохих парнях — все на финском. Теперь — только женские журналы, спортивные журналы, какие-то мелкие жанры, интернет. — Интернет для вас — прежде всего средство общения? — Конечно, часто зависаю в скайпе, общаюсь с друзьями. Меня нет на фэйсбуке — зато там есть страничка моего официального фан-клуба. Я специально не регистрируюсь: боюсь, как только узнаю пароль — придется торчать там целыми днями. — Помните, как первый раз приехали в Россию? — Когда мне было лет десять, мы с родителями выбрались в Карелию, это совсем рядом с Финляндией. Провели там один день и вернулись, почти ничего об этой поездке не помню. В 2007-м я впервые приехала на этап в Ханты-Мансийске. — И как впечатления: морозы, мамонты, провинция? — Я почти не видела город, но мне очень понравился стадион. Нас тогда поселили в такую гостиницу, где каждую ночь в подвале гремели дискотеки. Там проводили какие-то дикие пляски, постоянно мешали спать! Хотя мне грех жаловаться на Ханты-Масийск — я там стала чемпионкой мира. — А вы не любите диско? — Диско люблю. И металл — даже чуть больше, чем диско. Но в наушниках хочется слушать что-то более классическое: «Metallica», «Nirvana»… *** — Вы знакомы с кем-то из знаменитых финских спортсменов: гонщиком Кими Райкконеном, хоккеистом Теему Селянне? — Нет, я немножко общалась с Теему Пукки — это молодой игрок «Шальке-04». Когда я выступала в Гельзенкирхене на «Рождественской гонке» – приглашала его на стадион. Но он отмечал Рождество дома. Ну а так знакома практически со всеми лыжниками сборной, в Ванкувере подружилась с горнолыжниками. — А с кем из звезд шоу-бизнеса хотели бы пообщаться? — А-а-а, пообщаться… Такой выбор, столько имен… Может быть, Брэд Питт, парни из «Metallica». С Куртом Кобейном было бы неплохо, но… Еще группа «Foo Figters»! Они приезжали в Финляндию несколько лет назад — был чумовой концерт. Утром я оттренировалась, а вечером попала на их выступление. Два часа шел мощнейший дождь, но десять тысяч человек просто с ума сходили. У нас в Йоэнсуу каждый июль проходит отличный музыкальный фестиваль, правда, у меня в эти сроки постоянно сборы. — Что для вас идеальный отдых после сезона? — В прошлом году у меня почти не было отпуска: множество интервью, премий, празднований — как в Хельсинки, так и в родном Йоэнсуу. А вот два года назад посетила Барселону, за год до нее — Рим. Да, вот это настоящий отпуск. *** — У вас есть какие-то ритуалы перед стартом? Может быть, талисманы? — Мне комфортнее без них. Не хочу зависеть от какой-то мелочи. А вдруг с ней что-то случится — потеряется, к примеру. Что теперь, не бежать? Когда я получаю стартовый номер, то сразу пытаюсь увидеть в нем что-то положительное. Вот позавчера у меня был номер 33. Предположила, что стану третьей в гонке, и что здорово вышло: 11 число и 33 номер. Вот такой вихрь в моей голове. У меня нет талисманов, но есть любимые вещи, которые всегда хочется надеть: например, сережки, которые сделал мой бойфренд. — После того, как Анатолий Хованцев вернулся в Финляндию, доводилось с ним пообщаться? — Я давно его знаю, мы пересекались в клубе Контиолахти, но я никогда не занималась под его руководством. У меня был свой собственный тренер. Последнее время могла кое-что спросить у Анатолия по поводу моей стрельбы, он был очень дружелюбен. Возможно, его методы тренировок не слишком популярны в Финляндии, они отличаются от тех, к которым мы привыкли. Методы Хованцева удобны для топ-атлетов, но не всегда полезны в работе с молодежью. Нашим юниорам крайне тяжело справиться с теми нагрузками, которые он предлагает. Это какой-то русский стиль… — Что вы имеете в виду? — В России полно спортсменов, которым можно давать огромные нагрузки без всякого беспокойства: если кто-то вдруг не выдерживает, его легко заменить другим. В Финляндии лишь несколько человек работает всерьез — и им нельзя давать абсолютно одинаковую программу тренировок, потому что тогда наверняка кого-то потеряешь. У нас есть понимание, что все люди — разные, к каждому нужен индивидуальный подход. Я знаю, что россиянки с появлением Пихлера получают разные планы, разные задания. *** — Вам тяжело быть лидером команды? — Н-е-е-т! Еще в 2005-м, когда только приходила в основу, была лучшей среди женщин. Давно привыкла к лидерству. — Что можете сказать о сотрудничестве с австрийским тренером Йозефом Оберерлахером? — Не знаю, почему он так популярен в прессе. Для меня он стал просто человеком возле окуляра, который говорил, куда ушли промахи. Не тренером. Он пришел в нашу сборную в ноябре — за один сбор до старта сезона. Сами понимаете, за это время ничему научить нельзя. Я тренировалась с личным тренером, еще некоторыми людьми. Оберерлахер почти не имел отношения к моим занятиям. — Почему ваша биатлонная сборная не так сильна и не так популярна по сравнению с лыжниками? — В Финляндии мало биатлонных арен. Только несколько стрелковых рубежей в глубинках. Заниматься гладкими лыжами вы можете где угодно: в Лапландии, в Йоэнсуу, в Хельсинки. Для биатлона пригодно максимум девять-десять стадионов… К тому же у нас нет столько тренеров, нет развитой культуры, нет спортивных клубов. Люди ведут своих детей в лыжи, где просматриваются бОльшие перспективы. Ну и сама специфика — биатлон гораздо многограннее, не все готовы к такой работе. Наша федерация очень маленькая и очень бедная. У нас нет денег просто вывозить гонщиков на этапы. Мы возим мало людей: двоих, троих, четверых — на сколько хватит денег. Теряем очки в Кубке наций. Это очень грустно. Я даже не могу представить, как живется спортсменам больших команд. — С чем связываете свой резкий взлет последних двух лет? — В прошлом сезоне срослось много нюансов, что сделало меня сильнейшей: великолепная подготовка лыж, работа сервис-бригады, физика, психология, плюс меня не подвело здоровье. Весной перед Олимпиадой в Ванкувере я травмировала колено: не могла ни бегать, ни кататься до конца июля, плюс у меня были плохие лыжи, их потребовалось менять… В общем, навалилась куча проблем. Теперь их нет, и я в порядке. — Тогда не возникло желание плюнуть на все и завершить карьеру? — Когда в апреле 2009-го услышала от доктора, что колено придется оперировать, потом месяц передвигаться на костылях и еще два — не кататься на роллерах… Это был страшный шок. Двенадцать часов подряд — до самой операции — думала только о том, что попрощаюсь с биатлоном. Та беда сделал меня сильнее.