Пакиао проиграл, но Маркес не выиграл. Вообще-то организовывать бои, собирать кассу и раскручивать будущее представление — удел промоутера, а не боксера. Промоутером является Боб Арум, и я, окажись вдруг на его месте, обязательно приплатил бы Хуану Мануэлю Маркесу за то, что он делает работу краснощекого лиса. Ведь, вновь и вновь опуская Пакиао с небес на землю, Хуан Мануэль готовит уникальную, плодородную почву и для самого Мэнни, и для Арума, чтобы в ней проросли будущие «мегафайты» и даже необязательно с его, Маркеса, участием. Почти победив островитянина в их третьем очном противостоянии, мексиканец не спас бокс от продолжающегося кризиса, но зато хотя бы ненадолго вернул нас в сказку прошлого… И приблизил сказку будущего: бой Пакиао с Мэйуэзером. Пожухлая, мятая, персикового цвета газета — присматриваюсь и узнаю «Ведомости» – напоминает мне о наступающем со дня на день (или с месяца на месяц?) мировом финансовом кризисе, который, кажется, перерастет в кризис экономический, а, может, и в настоящую Великую Депрессию начала нового века. Вот и цвет у газеты какой-то тусклый, будто от экономичной лампочки малого накаливания, и руки она пачкает типографской краской. В газете интервью с президентом «Сбербанка» Германом Грефом. «…Сейчас можно прогнозировать на два месяца вперед, и то с определенными допусками…». Ну да, кризис же. И в боксе то же самое — далеко не заглядывать, планировать все только на самое ближнее время, экономить… И вдруг Пакиао — Маркес III. И настоящее зрелище, как в старые добрые времена, и добротный скандал, и довольные лица — и совершенно неожиданно. Я сам, да-да, сам предсказывал и уверял себя в том, что бой окажется «пропащим», вобьет очередной гвоздь в крышку гроба и так далее. Но все вышло несколько иначе. Нет-нет, гвоздь, пожалуй, был вбит, но зато с каким скрипом! Пакиао и Маркес не спасли бокс — ни в коей мере — но оживили его, добавили нашему пациенту столь нужной витальности, чтобы он хотя бы до конца года протянул, а там и посмотреть можно будет. А сама схватка, уступив в зрелищности первой, на мой взгляд, явно перебила второй поединок и стала достойным продолжением трилогии. Между тем, начиналось все в полном соответствии с ожиданиями: бой не задался с самого старта. Тактика — не рубка; здесь ощущается не пульс поединка, а скрытое напряжение. Игра идет не на уровне ощущений, а на уровне предчувствий и эмоций. Здесь дернул, тут сфинтил, замахнулся, ложный выпад, провалил противника, снова замахнулся, отступил. Реальной угрозы мало, есть лишь ее имитация. Скучно… Но именно в скуке — вдумайтесь в это — и кроется секрет зрелищности Маркеса. Заставив всех нас, и Пакиао тоже, скучать, Хуан Мануэль потихоньку убаюкал своего противника и втянул его в свое болото, из которого еще никто не выбирался невредимым. А мы последовали следом, чтобы оказаться полностью посрамленными, когда из «мисматча» получился «матч-ап», а из унылого уик-энда фестиваль бокса. И теперь я давлюсь шляпой, глотаю ворон и посылаю голову пеплом и как десятки других горе-экспертов. Мэнни словно загипнотизировали …Я уже писал, что мексиканский контрпанчер чрезвычайно неудобен именно Пакиао. Он слишком умен, и Пакиао раскрыт для него как книга на пюпитре священнослужителя. Он слишком расчетлив и резок — именно резок, а не быстр — и успевает встретить филиппинца до того, как он всадит свою комбинацию. И он слишком сильно и точно бьет, чтобы его удары можно было игнорировать. Это с постаревшим и устаревшим «плоддером» Маргарито или с не обладающим навыками контрпанчера Котто можно смело нестись в атаку. С Маркесом трюк не проходит, а заднего хода Пакиао как не знал, так и не знает до сих пор. Только вперед, полный вперед. Роач, на которого теперь выльют (совершенно, кстати, незаслуженно) ушаты помоев, смог отшлифовать Мэнни, но не смог (и Слава Богу!) изменить его суть. Маркес тоже не смог изменить себя, изменить себя в одном конкретном бою — в отличие от Пакиао, между прочим — и это стоило ему победы. Он так и не смог заставить себя двигаться вперед, только назад. Этого было достаточно, чтобы заманить филиппинца в ловушку и разбить его, но недостаточно, чтобы выгнать восвояси, как это сделал Кутузов с Бонапартом. Впрочем, мексиканец — не Кутузов, да и Пакиао на треуголку пока не заработал. При этом свою работу, Хуан Мануэль сделал очень качественно. Полностью переиграв островитянина тактически, заманив его в ловушку, он сохранил свой рисунок боя и заставил филиппинскую кобру плясать под свою дудку. Мэнни словно загипнотизировали: он обращался к Всевышнему, вращал глазами, вскидывал руки — но при этом послушно шел в пасть Маркеса. Он даже смог изменить свой подход — начал выбрасывать больше комбинаций и устроил рубку — но все равно бы больше похож на трепещущуюся в сетке птицу, чем на какого-нибудь грозного хищника. … И все равно Маркес не выиграл. Пакиао проиграл — это бесспорно (или только на первый взгляд), но Маркес не выиграл. И это правильно. Паяцы не побеждают, они лишь настраивают толпу. И Хуан Мануэль тоже настроил: толпу — против Пакиао, Сулеймана — против Арума, а нас всех — против будущего. И сам же его, это будущее, построил. Не ищите парадокса — его здесь нет. Пока Пакиао и Арум думали о будущем, о судьбах филиппинского народа и телевизионного наследства HBO, пока мы — болельщики и эксперты — оплакивали бокс и рукоплескали ММА, Маркес жил настоящим, готовился к определенному бою и к определенному сопернику. Он напомнил нам всем, что жить нужно настоящим. Ловить миг и дышать полной грудью сейчас, а не потом, когда ничего уже не будет. Он сам не схватил свою птицу счастья за хвост и, наверное, уже не схватит, но он показал нам, как это делается. И в то же самое время, он заложил фундамент на будущее. Он сделал то, чего не смогли за два последних года ни Арум со всеми своими технологами, ни Пакиао со всеми своими «пактардами». Теперь перед Мэнни вдруг оказался зеленый оазис, вместо выжженной пустыни. Флойд Мэйэузер оказался вдруг очень близко, в шаговой доступности. И он — чем черт не шутит — может даже пойти на попятную, и чуть ослабить требования по допинг-контролю. Есть Тимоти Брэдли, наверняка готовый рискнуть. Есть Мигель Котто, которому тоже захочется реваншироваться. Есть Амир Хан, наконец — благо, что мнение Роача в этом вопросе не будет ключевой фигурой. И есть Маркес, о котором Мэнни постарается забыть, как о страшном сне. Но о котором уже не забудем мы.