«Азаренко без ордена понимает, что она молодец»

Олег Гарбуз не понимает, как можно два часа смотреть футбол Актер Купаловского театра, любитель поездить по родной стране (и рассказать об этом на ОНТ), а также голос телеканала «НТВ-Беларусь» относит себя к категории бывших спортсменов. Олег Гарбуз вспоминает, как, занимаясь парусным спортом, тонул. Как, катаясь на велосипеде, попадал в больницу. Рассуждает о том, обрадовалась ли Виктория Азаренко президентской награде. Объясняет, почему не любит футбол с хоккеем, а также некоторых соотечественников. — Кто такой Олег Гарбуз? — Что касается спорта, то отношу себя к бывшим. Занимался в свое время всем, чем только мог — вольная борьба, дзюдо, таэквондо, тяжелая атлетика, легкая, лыжные гонки. Но задержаться надолго смог лишь в парусном спорте. Даже успел стать кандидатом в мастера спорта в этом виде. — С чем связан ваш выбор в пользу парусного спорта? Все-таки это не самый зрелищный, да и не самый популярный вид у нас в стране. — Мне было чрезвычайно интересно гонять на доске, чем и занимался, пока учился в техникуме. Кстати, участвуя в различных соревнованиях, получал не только удовольствие, но и деньги. От 25 до 100 советских рублей в месяц. С учетом того, что еще имел стипендию в 37,50 рублей, жил неплохо. — В то время, как ваши ровесники играли в футбол, вы укрощали волну. А сами любили погонять мяч? — Мне никогда не были интересны футбол и хоккей. На физкультуре порой заставляли играть в футбол. В таких случаях обычно становился на ворота. Бегать за мячом — не мое. Я считаю это занятие бессмысленным. — А посмотреть на то, как играют в футбол другие, можете? — Могу, но, опять же, не люблю. Как можно провести у экрана телевизора два часа? Зачем? Чтобы посмотреть, как пинают, может быть, забивают мяч? Для меня это пустая трата времени. — Хм, а знаете ли вы о существовании чемпионата страны по футболу? — По-хорошему, футбол у нас в стране нигде не освещается, но, наверное, должен быть. Как и женский футбол, ручной мяч, другие виды спорта. Недавно смотрел хоккей. Зашел в гости к режиссеру Сергею Талыбову, большому любителю хоккея, а он смотрел КХЛ. Не вспомню, с кем играло «Динамо». Да мне это было не особо интересно. Другое дело то, как Сережа объяснял мне происходящее на площадке! Говорил, что игра хорошая, что ребята быстро катаются… Материалы в СМИ о парусном спорте тоже нечасто появляются. Тем не менее, довольно интересно участвовать в соревнованиях в этом виде спорта. Вокруг тебя — природа. Соревнования у нас обычно проходили два раза в месяц. Так что хватало на все лето. Кроме того выезжали на международные старты. Благодаря парусному спорту посмотрел мир, если так можно сказать. Точнее, побывал во всех уголках Советского Союза. На Балтике и Черном море попадал в шторма. Стихия — это страшно, а ведь нужно было ей противостоять. — Вашей жизни угрожала стихия? — Пару раз «тонул». Помню, во время соревнований на Финском заливе раздуло волны высотой в пять-шесть метров. Нужно было прятаться между волнами. Когда ты все-таки попадаешь на волну, тебя выносит навстречу ветру, скорость которого приблизительно пятнадцать метров в секунду. Трудно в таком случае оставаться на плаву. В итоге, меня вынесло в одну сторону, мачту — в другую. Парус тонул … Вплавь догнал и спас свое снаряжение, а вскоре меня подобрал судейский катер. К слову, вопросом чести среди участников всегда было добраться до финиша самому, а не на катере. Однажды в гонке на Черном море среди семидесяти участников финишировали лишь 13 человек. Всему виной — шторм. Меня немного подвела матчасть, поэтому финишировал последним. Но это был успех по фоне результатов соперников. — А на подиуме бывали? — На республиканских соревнованиях часто поднимался на пьедестал, но первым никогда не был. Да, собственно, сделать это было непросто с учетом того, что парусным спортом занимался всего четыре года, когда как люди приходят в спорт с 8-9 лет. — Знаю, теперь в тренажерный зал ходите, в бассейн, на велосипеде катаетесь. — Год назад сломал четыре ребра и проткнул легкое, поэтому не мог ходить в тренажерный зал. — Что с вами приключилось? — Сделал сальто на велосипеде. Ехал как-то, споткнулся, получилось, сделал полный оборот, а велосипед упал на меня. Получил довольно серьезные повреждения. Даже дышать не мог. Легкое сложилось, вытягивали вакуумом. Но, слава Богу, все нормально. Как только почувствовал себя нормально, в тот же момент вернулся на работу. Не могу долго без нее. — Поддерживаете отношения со своими сотоварищами по парусному спорту? — Скорее нет, чем да. Хотя встречаемся с ребятами иногда. Кто-то из них стал строителем, кто-то — бизнесменом… — Вы — актером. — Да, и на этом моя спортивная история закончилась. — Понимали, когда шли в театр, что актерским ремеслом зарабатывать трудно? — О деньгах не задумывался. Просто хотел отдаваться творчеству, делать свою работу хорошо. Думаю, я не ошибся в том, что это единственно правильный путь к успеху, к признанию. — Хотелось быть первым в театре? — А театр — это не соревнование. Театр — это коллектив, команда. Во всяком случае, так должно быть. Конечно, можно сыграть лучше или хуже, а можно — лучше лучшего. — Спортивный вопрос: ваши сильные стороны, как актера? — Могу работать с чувством юмора, если есть в нем необходимость. Могу быть смешным. У меня было много серьезных ролей. Другими словами, думаю, я многоплановый актер. В прошлом году несколько раз снялся в кино в роли главаря банды. До Нового года у меня была интересная работа в романтической комедии. В этом году сходил уже на два кастинга. Так для съемки ищут «тракториста». Сомневаюсь, что это мое амплуа. Хотя как знать… — Снимаетесь, играете в театре, много работаете на ТВ — успеваете? — Работа на ТВ не мешает основной занятости. Чтобы снять свою рубрику для утреннего эфира ОНТ, мне достаточно выехать загород раз в две недели. В течение восьми лет уже так делаю. Если куда и уезжаю, то всегда беру с собой микрофон и ноутбук, чтобы начитывать текст для анонсов на НТВ-Беларусь. — Вас узнают чаще в лицо или по голосу? — И так, и так. «Это Гарбуз?» — «Ну да!» — «Вот, теперь слышу! Точно Гарбуз!» Благодаря телевидению в этой стране меня знает уже, наверное, каждая собака. — Для актера унизительно говорить про известность благодаря телевидению? — Это зависит от того, какую продукцию производит актер на ТВ. В рекламе в последнее время не снимаюсь. Хотя все еще идут старые ролики с моим участием. Что же касается известности благодаря театру, то нужно понимать, что в наше время в театр приходит мизерная часть населения. Поэтому отказываться от работы на телевидении не стоит хотя бы потому, чтобы оставаться на виду. Отечественное кино? Думаю, его бы у нас не было, если бы не россияне. Они часто приезжают, чтобы снимать у нас. А наши… Как возьмутся что-то делать, так лучше бы уже ничего не делали. Нет у нас своего Кустурицы, хоть убей! — И по-прежнему снимаем фильмы военной тематики. Должны же быть еще какие-то темы! — Я тоже так думаю. «Беларусьфильм» всегда называли «Партизанфильмом». Понятно, что у нас до сих пор хватает деревень, которые выглядят так же, как и пятьдесят лет назад, а значит, фактура лежит недалеко. Но кроме войны нужно снимать что-то еще. — Считаете, реализовали свой потенциал или все еще ждете своей главной работы в искусстве? — Я никогда не переживал на сей счет. Всегда придерживался принципов: «дорогу осилит идущий», а также «делай добро, оно к тебе вернется». — Прямо белорусские принципы! — Не уверен. Белорусы — очень сложная нация. Они как бы и хорошие, лагодныя, памяркоўныя. Они умеют находить красоту там, где, казалось бы, это невозможно сделать. Если говорить о Швейцарии, то в этой стране красота явная: горы, снег, лес, озера. У нас три погоды: грязь, грязь засохла, грязь замерзла. Найти в этих условиях красоту — крайне сложная духовная задача. С ней белорусы успешно справляются. Но в тоже время я считаю белорусов достаточно трусливыми людьми. И завистливыми. Иногда меня тошнит от некоторых наших людей. Если в Польше у твоего соседа «Мерседес», а у тебя – «Ауди», ты просто будешь работать, чтобы тоже купить себе «Мерседес». У нас могут дойти до того, что сожгут машину соседа. Это не то, чем можно восхищаться, согласитесь! Хотя главное, что есть в белорусах, — это самоирония. Пока она есть, говорят, нация жива. — Черты характера сказываются на достижениях или неудачах белорусских спортсменов? — Даже не знаю. Если у китайцев национальная черта — упорство, то у нас спорт, скорее, в удовольствие. Как на любительском, так часто и на профессиональном уровне. — Кстати, одна из главных новостей последнего времени: Азаренко выиграла чемпионат Австралии по теннису. После этого успеха президент страны наградил теннисистку орденом Отечества III степени. Думаете, победа и награда сопоставимы? — Думаю, Вике от этой награды ни горячо, ни холодно. Не думаю, что она потешит ее самолюбие. — Для столь значимой награды такая характеристика выглядит жесткой… — А награды-то для чего дают? Чтобы сказать, что твои заслуги признаны, что ты молодец. Думаю, Виктория сама понимает, что она молодец…

Пару раз «тонул». Помню, во время соревнований на Финском заливе раздуло волны высотой в пять-шесть метров.

Если куда и уезжаю, то всегда беру с собой микрофон и ноутбук, чтобы начитывать текст для анонсов на НТВ-Беларусь.

Даже не знаю. Если у китайцев национальная черта — упорство, то у нас спорт, скорее, в удовольствие. Как на любительском, так часто и на профессиональном уровне.