Бывший полузащитник сборной СССР и минского «Динамо», а ныне тренер молодых футболистов в Италии Сергей Алейников рассказал, как ему живется на чужбине, вспомнил российский этап своей тренерской карьеры и поделился своим мнением о договорных матчах.«С прошлого года работаю в «Ювентино». Тренирую команду 15–16-летних ребят. Увлечен работой. Сразу оговорюсь, что это отнюдь не филиал академии «Ювентуса». Это самая известная школа в 95-тысячном Лечче, откуда вышли многие известные футболисты – чемпион мира-1982 Марко Каузио, отыгравшие много лет в «Ювентусе» Антонио Конте и Сержио Брио. Школой в Лечче тогда заведовал известный детский тренер Атилио Адамо. В последние годы в Лечче не взращивались игроки такого уровня. Дети Адамо решили возродить школу и пригласили меня помочь.Раз в год приезжаю в Минск, где у меня осталась квартира. Были встречи с руководителями белорусской федерации футбола, но никто из них никогда не спрашивал, есть ли у меня желание поработать в Беларуси. Даже намеков не было.До отъезда в «Ювентус» мне было лучше жить в Минске, а сейчас – в Лечче, где у меня свой дом. В Италии мне нескучно – скучно тому, кто сидит без дела. Но в любой момент все может поменяться.У меня есть вид на жительство, и этого вполне достаточно. По входящим в Евросоюз странам имею возможность путешествовать без всяких виз. Разве что голосовать не могу. Но я и в СССР не голосовал. Хотя нет, один раз ходил, когда мне исполнилось 18 лет. Почему-то нужно было обязательно проголосовать. Тогда в Советском Союзе обычно голосовали просто – брали бюллетени и, не разглядывая, кидали их в ящик. Я так и сделал – даже не вникал, какие выборы проводились.В «Торпедо-Металлурге» я проработал недолго. Но там была своя ситуация. Юрий Белоус нашел меня в Италии, Сергея Шавло – в Австрии. Мы должны были строить команду с нуля. Планы расписывались наполеоновские. Но когда я приехал в расположение клуба, оказалось, что реальная картина, мягко говоря, не совсем такая, как было на словах. Тогда в России много чего было непонятным. Процветали непрозрачные контракты, существовали договорные матчи. По крайней мере, я с этим столкнулся напрямую. Команда выступала неудачно, я пытался что-то изменить. Знакомые мне говорили, дескать, как ни старайся, вопрос уже давно решен. Сначала я вообще отказывался верить в то, что ход игр кем-то заранее предопределен.Но у меня же не было доказательств причастности наших игроков к «договорнякам». Были подозрения, и ничего более. Если после игры вызвать футболиста в кабинет и начать обвинять в сговоре, думаете, он признается?! Конечно, люди, которые всю жизнь провели в футболе, по ходу игры могут сделать определенные выводы. Но у них на руках не будет фактов.Кстати, на моем веку была пара таких встреч. Помню, перед поединком с «Торпедо» Кутаиси в Минске мне позвонил одноклубник. Сказал, что ему предложили сдать игру и попросили поговорить на эту тему со мной. Дескать, «Торпедо» необходимы два очка. Я возмутился. Одноклубник тоже отметил, что сдавать игру не собирался, сообщил мне просто как о факте попытки подкупа. После первого тайма мы проигрывали – 0:1. Добавлю, что накануне поединка по Минску уже гуляли слухи, что «Динамо» сдало игру. Но во втором тайме мы поднатужились и забили два гола. Выиграли – 2:1, и все разговоры сразу смолкли.Еще была интересная история, когда мы приехали в Ланчхути. «Гурия» вышла на лидеров команды с предложением сдать игру. Точную сумму не помню, но речь шла о нескольких тысячах рублей. Мы дружно их послали. Переночевали, позавтракали, затем пообедали. После обеда у большинства ребят заболели животы. Вышли на игру ослабленными и проиграли, по-моему, – 1:2. Совсем не исключаю, что нам что-то подсыпали в пищу», — приводит слова Алейникова «Советский спорт».

Автор: Макс Беразінскі

Источник: Tribuna.com