Оганес Гоарян оставил часть своего сердца в Беларуси Экс-форвард чемпионов рассказал о том, как попрощался с одноклубниками в семейной обстановке, и почему у него не получилось остаться в команде. Вспомнил самые яркие матчи, поделился впечатлением о Минске, поразмыслил над виртуальным предложением минского «Динамо», сравнил чемпионаты Беларуси и Армении и поделился мнение о «цифровом эмбарго» на номера футболистов. — На днях вы стали игроком «Импульса». Почему не остались в БАТЭ? — Так распорядилась судьба. До последнего момента решал, где продолжить карьеру. В итоге, оказался в «Импульсе». Что касается БАТЭ, то мы пришли к обоюдному решению, что нам стоит разойтись. Расстались без обид, по-дружески, сохранив хорошие отношения. — Что сказал Виктор Гончаренко на прощание? — С Виктором Михайловичем не виделись, с ним общался по телефону. Пожелали друг другу удачи, здоровья. Думаю, мы еще не раз созвонимся, если кому-то будет необходима помощь. Да и со всей командой, нашей семьей, я попрощался в доброй, непринужденной обстановке. Все ребята мне очень дороги, близки. Словом, все было в лучшем виде, расстались без скандалов, недомолвок и косых взглядов. Буду скучать по команде, тренерам, городу. Не исключено, что еще вернусь в Беларусь. У меня остались только хорошие воспоминания. Ну, а ушел, потому что Виктор Михайлович не видел меня на поле, а просиживать на скамейке нет смысла. — Какой самый памятный матч в составе БАТЭ? — Находясь в составе такой команды, как БАТЭ за год становишься участником многих фантастических игр. Все-таки каждый год мы становились чемпионами, выигрывали кубки. Любой трофей запоминается — для победы вся команда в течение года отдает все силы. А ведь еще было много еврокубковых матчей. Наверное, выделю решающие чемпионские игры в первенстве Беларуси, матч за Кубок страны, Суперкубок. Если брать какой-то определенный матч, то вспоминается встреча с «Литексом». Дома мы уступили 0:1, зато в гостях забили четырежды. — Свои голы помните? — Конечно, помню. Всего пару раз забил. Никогда еще так мало не забивал. — Почему так получилось? В молодежной команде «Локомотива» ведь были лучшим бомбардиром. — Сложно сказать. Господь Бог не желал, чтобы забивал. Где-то не хватало везения, где-то забивали другие. Я хотел забивать чаще, но получилось, как получилось. Забей в БАТЭ столько, сколько забил в «Локомотиве», то сейчас играл бы за борисовскую команду, а не искал иные варианты. — Поддерживаете связь с бывшими одноклубниками? — С некоторыми ребятами общаюсь через Интернет, бывает, созваниваемся. Со всем, нахожусь в хороших отношениях. В том числе и с теми, кто сейчас играет в других клубах — Веремко, Сосновским. С удовольствием с ними общаюсь. — С кем ближе всего сдружились за время выступления в БАТЭ? — Не хочется кого-то выделять: с кем больше общались, с кем меньше. Просто так получилось, что больше всего общался с Сергеем Веремко. В том числе и за пределами поля. Но со всеми ребятами, повторюсь, хорошо контактировали, всегда были рады друг друга видеть. Все-таки много времени проводили вместе. В команде сложилась настоящая семейная обстановка. — Чем запомнилась Беларусь, Минск? — Своей чистотой, порядочностью людей. Я много прожил в Москве, есть с чем сравнивать. В Беларуси люди простые, отзывчивые, к каждому относятся с уважением. Минск — красивый город. Ходил на Площадь Победы к Вечному огню, читал фамилии армян, которые отдали свои жизни во имя Победы в Великой Отечественной войне. Узнал, где происходили сражения с наполеоновскими войсками. Это было как раз недалеко от базы БАТЭ. — Вашей семье было хорошо в Минске? — Да, жена осталась очень довольной. Нашла тут подругу, до сих пор созваниваются, она приезжала к нам в гости. Жена хотела бы остаться, ей нравилось в Минске. Было приятно, когда узнавали, говорили: «Она жена Гоаряна». — Как проводили досуг? — Как все обычные люди. Посещали рестораны, с семьей гуляли в парке Челюскинцев, катались на аттракционах, выезжали на шашлыки. С Сереем Веремко часто ездили на рыбалку. Он большой любитель этого дела. — Белорусский чемпионат сильнее армянского? Или наоборот? — В Беларуси у БАТЭ нет конкурентов. «Динамо» пытается сравняться, догнать. Но пока это не удается, и это будет сложно сделать. Как-никак, а БАТЭ уже знаю в Европе, борисовчане на равных играют с лучшими командами ведущих футбольных стран. Отсутствие конкуренции — это плохо. Так бы БАТЭ мог еще дальше и быстрее идти по еврокубковой дороге. Если сравнивать с чемпионатом Армении, то здесь класс команд на порядок ниже. В то же время в Армении есть несколько сильных команд с хорошим подбором игроков, которые выступают за национальные сборные. Не знаю, как они сыграли бы с БАТЭ, но однозначно показали бы качественный футбол. — В Борисове вы были любимчиком публики. Где-то еще так симпатизировали? — Как я отношусь людям, так и они ко мне. Я в жизни простой пацан. Симпатии болельщиков были не только за игру, но и за характер, другие качества. Не было еще такого, чтобы я не был любимчиком публики там, где играл. Как меня любят люди, так и я их. Мне до сих пор через сайт «Одноклассники» пишут из Беларуси, просят, чтобы я возвращался в команду. Но ничего не поделаешь, я уже в Армении. Но все равно я всех люблю, всем передаю привет. У БАТЭ самые лучшие поклонники. — Вы говорите, что хотели бы остаться в Минске. Допустим, вам поступило бы предложение от «Динамо», приняли бы его? — Минское «Динамо» – сильная команда. Такое предложение польстило бы. Но, с другой стороны, известно, что игры «Динамо» и БАТЭ — это дерби. Это как два клана. И с этой точки зрения я не стал бы переходить в лагерь принципиальных соперников, остался бы верен БАТЭ. Мне было бы неприятно забивать своим бывшим одноклубникам. Хотя, повторюсь, «Динамо» – хорошая команда, и любому игроку престижно получить от нее предложение. — В другие команды перешли бы? — А в какую другу белорусскую команду можно перейти? — «Шахтер», «Минск». — Зачем? Если бы я хотел остаться в столице Беларуси, я бы сделал все возможное, чтобы остаться в БАТЭ. БАТЭ — это семья. Все ребята мне настолько родные, что сложно передать словами. — В БАТЭ вы играли под 88-м номером. Слышали о рекомендации федерации футбола не использовать это число, так как в нем якобы зашифровано нацистские приветствия? — Я в курсе. Думаю, если бы я играл, то мне бы одному дали этот номер, чтобы все видели: никакого нацизма в этой цифре нет :). Если без шуток, то в последнем сезоне я выступал под 9-м номером. Вообще, считаю, что цифра на футболке никак не связана с каким-нибудь нацистскими партиями и чем-либо еще. Если кто-то хочет бороться против нацизма, пусть это делает там, где эта проблема присутствует. И для этого надо использовать другие методы. Нет смысла искать какой-то подтекст в номерах футболистов. Это глупость. Многим игрокам дают любой свободный номер, кому-то даже все равно, что там на спине.