Дмитрий Ровнейко считает, что «Неман» достоин своей нынешней участи Защитник «Немана» совсем недавно покинул лазарет своей команды и в скором времени надеется помочь ей непосредственно на поле. Дмитрий Ровнейко рассказал Goals.by о своем выздоровлении. Вспомнил злополучный матч с «Шахтером». Объяснил, почему пришлось провести операцию в Беларуси. Назвал сумму, потраченную на реабилитацию в Германии. Порассуждал на тему результатов команды и изменений в тренерском штабе. А также вывел свою теорию радости. — Дмитрий, как ваше самочувствие? — Уже все хорошо. Ничего не беспокоит. Наравне с командой принимаю нагрузки. В общем, готов играть. Правда, физическое состояние еще не оптимальное, ведь много времени пропустил из-за травмы (пять месяцев — Goals.by). Пока тяжеловато, но с каждым днем набираю форму и чувствую себя все лучше. — Когда увидим вас на поле? — Решение остается за тренерским штабом. Вот в прошлом туре один тайм провел за дубль. Никаких трудностей не испытал. Когда наблюдал за происходящим с трибун, а дела у команды не ладились, казалось, готов выйти и помочь. Сейчас помимо желания есть еще и силы. — Давно приступили к работе в общей группе? — Уже как три недели. До этого проходил десятидневный курс реабилитации в Германии. Кстати, вместе со мной там был и Коля Януш (нападающий брестского «Динамо» — Goals.by). — Капитанская повязка за вами сохранится? — Затрудняюсь сказать. Насколько знаю, на последние матчи Сергей Витальевич (Солодовников — Goals.by) сам назначал капитана. Хотя ведь неважно в каком статусе ты выходишь на поле, главное, как ведешь себя в игре, участвуешь в командных действиях. — Напомните, при каких обстоятельствах получили травму? — Во втором туре чемпионата в матче против «Шахтера». В одном из моментов почувствовал болезненный удар. Но потом пояснили, что ничего такого не было, ведь при отрыве ахиллового сухожилия схожие ощущения. Установив точный диагноз, на следующий день в Минске сделали операцию. — Раньше приходилось находиться вне игры столь длительный период? — Сем лет назад, когда еще выступал в России. По срокам восстанавливался примерно столько же, как и сейчас. — Почему операцию делали в Минске, а не за рубежом? — Хирургическое вмешательство необходимо было провести в течение двух дней после травмы. Иначе сухожилие сократилось бы, и его пришлось бы обрезать. Поэтому чем дольше ожидания, тем хуже. К тому же у клуба не было выходов на заграницу. А тут еще экономическая ситуация на валютном рынке не способствовала моему выезду. — Я ведь не просто так спросил. У наших спортсменов достаточно нареканий в адрес белорусской медицины… — Наслышан. Хотя мне повезло. Даже немецкие врачи отметили мое физическое состояние и успешную операцию. Так что о наших специалистах могу сказать лишь положительное. — Сначала вам пришлось походить в гипсе, а потом в специальном сапоге. Что за конструкция такая? — Представляет собой две жесткие фиксирующие лангеты. Самое интересное, что в Беларуси по-прежнему «закатывают» в гипс, а за рубежом подобная методика уже давно не используется. У нас же считают, будто организму необходим полный покой. Хотя я старался постепенно выполнять легкие упражнения. Думаю, это только пошло мне в плюс. — Вы ведь обращались за помощью к врачу белорусской олимпийской сборной? — Совершенно верно. Старался собрать больше мнений врачей по травме. В нашей стране ведь мало информации, касающейся реабилитации спортсменов — нет специализированных центров, не разработаны программы. Кстати, мне очень помог советами врач минского «Партизана», подсказывал правильную дозировку нагрузок. — Восстановление прошло в сроки? — Даже раньше. Вместо трех месяцев уже после двух стал потихоньку бегать. Когда прибыл в Германию, сказали, что могу выполнять полные нагрузки. Там даже удивились. — Могли бы просветить, что собой представляет курс реабилитации? — Реабилитационный центр расположен в 130 километрах от Мюнхена в городке Регенсбург. Здесь восстанавливались не только футболисты из Германии, но также из чемпионатов России и Украины. После моего отъезда туда должны были прибыть Быстров и Семак. Что касается программы, то с девяти утра до шести вечера должен находиться в центре: три массажа, семь процедур, а в паузах тренер по реабилитации дает выполнять упражнения, проводит тесты. После всего курса для каждого футболиста составляется программа, по которой нужно работать в течение трех недель. — Все расходы в полном объеме брал на себя клуб? — Да. — Сколько нынче стоит в Беларуси операция на ахилл? — У нас же медицина бесплатная. Хотя все прекрасно понимают, что всегда нужно сказать спасибо. — Как насчет лечения в Германии? — 5500 евро. В эту сумму также включен перелет, проживание и питание. — Чем занимались на больничном? — Когда тренируешься, так свободного времени значительно больше. Если травма, то приходится лечиться с утра до вечера: процедуры, массаж, бассейн, тренажерный зал. Единственное, так это вдоволь насмотрелся футбола. Наблюдал за играми не только по телевизору, но и старался присутствовать на матчах «Немана». Так что в теории значительно прибавил :). Когда находился в больнице, как раз в эти дни произошел взрыв в метро. Представляете, какая была суматоха? Даже раньше времени хотели выписать из больницы, чтобы освободить места потерпевшим. Тогда еще не знали точное количество пострадавших, а я уже мог ходить. Естественно, согласился. Правда, мест всем хватило. — Наслушались жутких историй? — Лишь поверхностно. Трагедия произошла вечером, а на следующий день меня по плану выписали. — Перейдем непосредственно к футболу. Как вам результаты «Немана»? — Что тут говорить, если хуже некуда. В начале сезона нацеливались выиграть Кубок, побороться за медали. В итоге уступили в финале, в турнирной таблице расположились десятыми. Я бы не сказал, будто в матчах допускали так уж много ошибок. Но и говорить, что сейчас находимся не на своем месте, также не правильно. Значит, заслужили. — В причинах пытались разобраться? — Сложно определиться в чем-то одном. Провели невразумительную игру в финале Кубка. А ведь для Гродно эта был важный матч в плане дальнейшего становления команды, в вопросах финансирования. Помню слова губернатора: «Выиграете — будет все, что захотите». Не получилось. Наступил психологический спад. Вроде бы постепенно дела наладились, но сейчас вновь не можем добиться победы в восьми турах кряду. Мало забиваем, много пропускаем. Просто нужно каждому разобраться в себе, что он делает не так. Самое большое разочарование — домашние матчи. В Гродно ведь любят футбол, а мы при своих болельщиках добились лишь двух побед. Нужно понимать, что от результатов зависит количество зрителей на стадионе. Вот на хоккей приходит много людей — оно и понятно. — В городе хоккей больше жалуют, чем футбол? — У них есть результат. Мне и самому нравилось смотреть на игру команды — молодцы ребята. — Изменения в тренерском штабе для вас стали неожиданностью или ситуация развивалась предсказуемо? — Назначение главным тренером Сергея Витальевича — это неожиданность. Хотя и в прошлом году ходили такие разговоры. В Гродно вообще много слухов. Того же Корешкова уже как четыре месяца увольняли. Согласен, изменения напрашивались. Нельзя скатываться по наклонной. Раз менять, так кардинальным образом. Надеяться на авось и ждать, когда прорвет команду — такого не бывает. — С приходом Солодовникова результаты пойдут в гору? — По нему видно, что соскучился по футболу. Переживает за все моменты, пытается донести до коллектива свою философию. Человек живет командой, тесно контактирует с футболистами. Думаю, все наладится, а Сергей Витальевич в этом поспособствует. Кандидатура Солодовникова хороша для Гродно. Под его руководством «Неман» в своей истории добился наилучших результатов в чемпионате Беларуси. Хотя ситуация в клубе была куда хуже: играли без денег, без условий. Сейчас Солодовников стал опытнее. Но он такой же эмоциональный и заряженный на победу. — Сейчас во главе всего результат. Глядишь, вам место в составе не найдется… — Таких опасений нет. Я живу настоящим. Сняли гипс, смог передвигаться без костылей — радость. Убрали «сапог» — радость. Наконец-то одел на ноги оба ботинка. А то дома все пары обуви были разбиты. Сейчас ходишь в одинаковых кроссовках — радость. Впервые после травмы пробежался — доволен. Начал тренироваться с мячом — доволен. Ведь никто не давал никаких прогнозов относительно восстановления. Но я чувствую себя хорошо. Поэтому и теперь все зависит от меня.