«Надурить, не заплатить…»

Сергей Ковалевич надеется, что со сменой руководства в «Славии» отношения клуба и школы потеплеют. В Мозыре интересная ситуация. Почти все спортивные объекты принадлежат СДЮШОР №1, которая готовит поля для «Славии». О том, как так вышло, о взаимоотношениях с руководством клуба, о проблемах в наборе юных футболистов, а также об условиях их подготовки рассказал директор школы Сергей Ковалевич. — Расскажите про историю создания школы. — Она была создана в 1976 году. А через три года получила статус школы олимпийского резерва. В 78-м на чемпионате мира среди молодежи сборная СССР, в которой играл наш воспитанник Александр Головня, заняла второе место. — Вы же культивируете несколько видов спорта, так? — Раньше был только футбол, но потом попросили присоединить бадминтон. Он одно время был у нас на высоком уровне. А в 2007-м в связи с открытием горнолыжного комплекса добавили и отделение горных лыж. — Сколько детей занимается? — Всего 498. 50 занимаются бадминтоном, 30 — горными лыжами. Остальные — футболом. До первого февраля с футболистами работало девять штатных тренеров и пять совместителей. Но после того как мы передали «Славии» четверых наставников, штат уменьшился. — Это правда, что школе принадлежат все спортивные объекты города? — Инфраструктура у нас, действительно, обширная, но устаревшая. Стадионы «Спартак» и «Юность», стадионы в деревнях Новики и Козенки, небольшой спортзал, два теннисных корта, хоккейная коробка и горнолыжный комплекс, в котором есть мини-футбольная площадка. Фото: из архива СДЮШОР №1. Еще есть восстановительный комплекс. Все в хорошем состоянии. Фото: Goals.by/Андрей Масловский. Фото: Goals.by/Андрей Масловский. Фото: Goals.by/Андрей Масловский. А вот с полями проблема. На них выпадает приличная нагрузка. Количество людей большое: наши дети, дубль, команды по лицензированию, областные коллективы. В итоге газоны на троечку. — Как так получилось, что все это ваше? — Сначала школа базировалась только в Новиках. Когда был создан клуб «Мозырь», удачно выступавший во второй лиге Союза, нам отдали «Юность» и «Спартак». Потом получилось выхватить у университета спортзал. А недавно присоединили горнолыжный комплекс в связи с тем, что предприятие было убыточным. Но это не наша прихоть, а решение руководства. Но считаю, что подобная ситуация не совсем правильная. Фото: из архива СДЮШОР №1. — Финансовое положение вас удовлетворяет? — В принципе, нам хватает и на зарплату, и на оплату коммунальных услуг. Но вот с обеспечением тренировочного процесса сложнее. — В чем трудности? — У нас бюджетное финансирование, и если заложено два миллиона на поездки, то их можно использовать только на это. Невозможно шагнуть ни влево, ни вправо. — И как выкручиваетесь? — У нас очень большой внебюджет. Мы много работаем. После семи часов вечера все площадки заняты. Только горнолыжный комплекс заработал 517 миллионов за два месяца! Помогают и родители. Например, школа обеспечивает питание ребят на турнирах, а они — проезд. Или наоборот. Обидно, что не можем принимать турниры у нас. В 2000-м эта база была одной из лучших в Беларуси, но она морально устарела. — Почему не делаете ремонт? — Мы делаем. Просто сейчас главное — положить искусственный газон. Натуральное поле можно использовать летом только 20 часов в неделю. Одна тренировка в день без ущерба для газона. В Новиках же мы вообще не тренируемся — занимается основа «Славии». Фото: из архива СДЮШОР №1. — Так а где тогда дети занимаются? — На маленьких коробках, на «Спартаке», в Козенках. Фото: из архива СДЮШОР №1. Я сам сильный тренер, у меня высшая категория. Среди моих воспитанников Андрей Воронков, Миша Мартинович. Знаете, как я работал? Приходил на поле, убирал конский навоз, ставил кирпичи — и вперед. И какие люди вышли! Считаю, в вопросе искусственных полей должна быть государственная политика. В Гомеле построили. Кто следующий? Мозырь, потом Речица, а затем Светлогорск. А в итоге — Хойники. Конечно, это хорошо, но неправильно. Количество жителей и вес городов несоизмерим. Команда из Мозыря дважды была чемпионом, школа дает определенное количество людей. — Чем может похвастать школа в плане достижений? — Мы достаточно часто выигрываем Олимпийские дни молодежи области и чемпионаты среди СДЮШОР. Но это не самоцель для нас. Главное — ребенка передать в команду. Фото: Goals.by/Андрей Масловский. А что касается игроков, то это Андрей Воронков, Владимир Журавель, Юра Лукашов, Михаил Мартинович, Александр Клименко, Олег Веракса, Дмитрий Воробей. Он бронзовый призер чемпионата Европы среди юношей в составе сборной Украины. Кроме того много футболистов играет в командах первой и второй лиг. Для школы районного уровня — неплохой показатель. Но был период, когда выходило много футболистов. Сейчас — спад. Серьезных ребят пока не вижу. Зато был прорыв в девичьем футболе. Попалась очень сильная группа. Дарья Маринина играет за «Зорку-БДУ», Юлия Дубень в «Минске», а Таня Краснова в Гомеле. Все призываются в сборную. Фото: Goals.by/Андрей Масловский. Но давать игроков стало труднее. Наши дети менее ориентированы на футбол и на спорт вообще. Их тяжело оторвать от компьютера. К тому же очень сильно ухудшилось здоровье ребят. Не дотягивают до нормативов. Они умнее, но физически слабее. — Что предпринимаете? — На первый план выходит тренерское умение. Они ведь тоже стали умнее. Больше работают над тактикой. Это видно по обученности команд. — Для многих ваших коллег главный бич — игра на результат. — Это очень страшная и пагубная практика. При таком случае тренер форсирует подготовку детей и гробит сердце парня. И в результате в 18 лет футболист уже не может воспринимать нагрузки, так как в 14 лет его «загоняли», чтобы занять первое место. На какое соревнование кто бы ни ехал, никаких заданий не даю. Только на Олимпийские дни молодежи области у ребят есть установка. И то мы ориентируем просто на призы. Статус города не позволяет опускаться ниже. Но надо уметь давать детям победы. Постоянные поражения тоже опасны. Мы же должны воспитывать победителя. Фото: Goals.by/Андрей Масловский. Кстати, когда я начинал работать тренером, мне давали подобные установки. — Исполняли? — Сегодняшнего ума у меня тогдашнего не было. Лет через пять начал понимать, что так делать нельзя. — Дети охотно идут заниматься футболом? — Приходится прикладывать усилия. Помню, когда сам занимался, упрашивал тренера взять. У него было 20 человек в группе, и он больше взять не мог. Сейчас наоборот — недобор. Отбор? Это сейчас редкое явление. Он идет спустя года четыре. А берем мы всех. Иногда смотрю на группу и думаю: «Откуда дети пришли?» Мы приходили готовыми. Оставалось только тактику поставить и отточить умения. А эти дети ничего не умеют. Иногда жалко тренеров. Они с нуля начинают. Ребенок по мячу не может попасть. Из 15 человек раньше 12 умели играть. Теперь столько же не умеет. — В чем причина? — Зайдите в любой микрорайон — тишина. «Коробки» практически всегда пустые. Если увижу, как играют дети, остановлюсь, посмотрю. Тренеры делают так же. У нас же, можно сказать, идет борьба за детей. — Что еще за борьба? — В городе 10 спортивных школ, в которых развивается почти 30 видов. Среди них мощнейшая гребля, которая забирает самых сильных и крепких. Нужно перехватывать. Когда «Славия» была на подъеме, дети шли к нам. — Ваши отношения с клубом партнерские, или вы конкуренты? — Если говорить честно, то у нас все сложно. Есть недопонимание. Но мы все равно работаем на футбол и стараемся, чтобы польза была ему. Как ни тяжело было отдавать четверых лучших тренеров (а это может быть разрушение школы), но видя, что клуб не пройдет лицензирование, пошли на помощь. Кроме того, мы все делаем для клуба: готовим «Юность», поле в Новиках, «Спартак» для дубля. — А клуб сам не может? — Ну… В общем, получается такая ситуация. У нас в штате есть директор стадиона, в подчинении у которого рабочие. — Конфликты с руководством клуба, чаще всего, возникают на какой почве? — Я бы не назвал это конфликтами. Возьмем передачу ребенка в клуб. Раньше: отдали — получили деньги. Клуб спустя время его продает и получает прибыль. В последнее время такой идиллии нет. Надурить, не заплатить, или заплатить, потому что прижали… Плохо, когда мы пишем письма в федерацию. Мы должны стараться уступать друг другу. Я могу потерпеть. Вижу, что у клуба нет денег. Наши дети хотят играть в футбольном клубе, и наша задача — ориентировать их туда. Вы же в курсе, что с директором «Славии» не продлевают контракт? — Да. — Вот, это следствие и наших трений. Мы не нашли общего языка. Хотя у Турчина есть серьезная пробивная способность. — Находить деньги? — Нет. Наши клубы сейчас ничего не ищут. Все дает исполком. Надо только поехать и правильно оформить документы. — Вернемся к детям. Обучение в школе бесплатное? — Да. Но постепенно прихожу к тому, что надо брать плату. Не берегут форму, инвентарь. Относятся как к колхозному. А если ребенок заплатит за бутсу, то отношение будет иным. Это будет его личная обувь. И за ней будет другой уход. Да и с посещением тренировок будет проще. Родители будут заинтересованы в том, чтобы ребенок посещал. Но нужно учитывать наши реалии и искать середину. В «Баварии» до 13 лет идет оплата, а после клуб берет игрока на обеспечение. Нам тоже надо как-то к этому прийти. — А вы как государственное предприятие разве можете это сделать? — А платные группы? Можно просто изменить их соотношение с бесплатными.

 Возьмем передачу ребенка в клуб. Раньше: отдали — получили деньги. Клуб спустя время его продает и получает прибыль. В последнее время такой идиллии нет.