Всадница с позицией должна была ехать от Беларуси на ОИ, но ее не пустили, потому что лошадь якобы хромает. Обследование в Польше показало, что животное здорово
Ольга Сафронова не видит смысла возвращаться на Родину.
Хозяйка решила выступать за другую страну.
Список беларусских спортсменов, пострадавших за гражданскую позицию и вынужденных уехать за границу, ширится. На днях к бегунье Кристине Тимановской, принявшей решение сменить спортивное гражданство и выступать за Польшу, присоединилась наездница Ольга Сафронова. Неоднократная чемпионка Беларуси по выездке имела все основания для поездки в Токио, однако тренерский совет национальной команды , что спортсменка на Игры не отправится – якобы из-за того, что лошадь нездорова.
Обследование в польской клинике показало, что лошадь находится в отличном состоянии, однако время было упущено – Олимпиада прошла мимо Сафроновой.
Такое развитие событий не удивило спортсменку. Еще осенью она подписала письмо за честные выборы и против насилия и обозначила свою позицию в соцсетях. Вскоре ее уведомили о непродлении контракта, но затем, к удивлению всадницы, предложили новое соглашение.
Тем не менее на международные соревнования в 2021 году Ольга не ездила – Минспорта не давало добро якобы из-за ковидных ограничений. В итоге в июне Сафронова уехала в Польшу и приняла решение не возвращаться на Родину.
В интервью телеграм-каналу «ЧестнОК» девушка рассказала, как ее не допускали до Олимпиады, как прошел личный прием у министра спорта, почему она решила не возвращаться в Беларусь и какие планы строит на будущее.
– Расскажите, как давно вы в Польше и почему решили там остаться?
– Уехала 23 июня, через неделю после проведения ветеринарной комиссии и заседания тренерского совета национальной команды. 15 июня в Ратомке решали, кого отправлять на Олимпиаду в Токио. Утром моя лошадь прошла ветеринарную комиссию, потом нам предстояло провести контрольную тренировку, где мы с Сандро показывали программу, с которой должны ехать на Олимпийские игры. А уже по итогам этой тренировки собрался тренерский совет, где решалось, кто поедет в Токио. На совете было объявлено, что на основании решения ветеринарной комиссии я не допущена до ОИ, потому что моя лошадь не прошла ветеринарную комиссию – она хромает.
– Вы замечали, что лошадь хромает?
– Нет, я ничего такого не видела. Спросила, какой диагноз тогда у моей лошади, почему определили, что она хромает, на что мне ответили, что постановкой диагнозов ветеринарная комиссия не занимается, они просто увидели, что лошадь хромает. А дальше уже мои заботы, так как животное мое, личное. И я должна узнать, что произошло с лошадью, вылечить ее. Так что тренерский совет решил, что на Олимпиаду мне ехать нельзя, и мы отправились в Могилев, где базировались.
Я начала готовить документы для выезда в Польшу, потому что подумала, что, может, действительно лошадь хромает, а я просто не замечаю этого. В общем, решила, что нужно пройти обследование. Подготовила все документы и отправилась в польскую ветеринарную клинику. 23 июня была уже в Польше, там сделали полное обследование лошади, и мне было сказано, что никакой хромоты нет – животное полностью здорово. И в заключении врачей даже было сказано, что лошадь может принимать участие в соревнованиях.
– Расскажите подробнее, в чем заключается такое обследование.
– Проводится специальное тестирование: с лошадью бегают по жесткому и мягкому грунту, по кругу, разным траекториям. Делается УЗИ сухожилий и связок конечностей, рентгены шеи, спины и ног, проводятся исследования мускулатуры. Лошади проводили даже гастроскопию, то есть животное глотало зонт. Брали анализ крови, в клинике присутствует даже аппарат МРТ для лошадей. В общем, по полной программе. В Беларуси сделать это нереально, у нас нет такого оборудования.
– В интернете проскочила информация, что вас не пустили на Олимпиаду якобы из-за того, что у лошади был обнаружен допинг.
– Нет, это абсолютная неправда. Даже не знаю, откуда она пошла. Ни у меня, ни у лошади не брали допинг-пробы. Вопрос был только в хромоте.
– Наверняка пришлось отдать немало денег за обследование.
– Конечно. Не буду называть суммы, но деньги приличные, причем я платила за все сама. Плюс нужно было оплатить дорогу до Польши.
Так вот, после того, как на руках уже было заключение ветеринаров, в Instagram я написала пост, где рассказала, почему не смогу поехать на Олимпиаду, так как к тому моменту уже не раз видела в СМИ информацию, якобы от участия в Олимпиаде отказалась я сама. Написала, что лошадь здорова.
Какое-то время еще провела в Польше. Ну а потом в Беларуси начали происходить такие события, которые заставили меня всерьез задуматься о возможности заниматься конным спортом на Родине, да и вообще спортом. Увидела себя в списках, которые распространяли провластные телеграмм-каналы. В списках, где представлены фамилии спортсменов, которых нельзя брать на работу в Беларуси. Тогда уже окончательно приняла решение, что на Родину мне возвращаться точно нет смысла.
– Как на всё это отреагировали ваши близкие?
– Они меня поддержали. Я на самом деле всегда благодаря поддержке родных, мужа продолжала заниматься конным спортом и много достигла. Самой всё сделать очень тяжело. Поэтому когда я сказала, что решила остаться в Польше, никто не сказал ничего против.
– С вами кто-то из тренеров или руководства РЦОП связывался?
– Несколько человек из команды писали, спрашивали, как у меня дела, как все продвигается. Но это так, чисто человеческий интерес. Хорошие люди есть везде :). А вот ответственные сотрудники и руководство РЦОП и федерации не писали и не звонили мне. Я с ними тоже не связывалась.
– Насколько знаю, какое-то время вы в Польше не тренировались и у вас была одна лошадь из трех личных.
– Да. Для остальных лошадей тоже нужно было оформлять документы, а это заняло определенное время. Они приехали ко мне совсем недавно. Что касается тренировочного процесса, то из него я выпала, так как нужно было оформлять гуманитарную визу, другие документы. Это заняло определенное время, пришлось немного отойти от спорта.
– Очевидно, что ваш недопуск на Олимпиаду связан с вашей гражданской позицией.
– Сейчас я понимаю, что все именно из-за этого. Я была единственным представителем от Беларуси, кто мог поехать на Олимпиаду (кто-то отказался, кто-то нарушил карантин), но меня все равно не пустили в Токио, даже несмотря на то, что с 2008 года Беларусь не была представлена в выездке на Олимпийских играх. Нашли для этого причины. Но правда очевидна – все из-за того, что я высказала свою позицию.
– Еще осенью вам не хотели продлевать контракт в национальной команде, потом резко передумали…
– Да, уведомление о непродлении в конце года я получила, потом довольно неожиданно руководство изменило решение, контракт мне продлили. Но все равно в 2021 году ни на один международный старт я не выехала. Хотя еще весной попала на личный прием к министру спорта и туризма, просила у него отпустить меня на этап Кубка мира в Словакию. Вместе со мной на прием к чиновнику ходил и директор РЦОП «Ратомка» Виктор Малашко – его, насколько поняла, министр сам вызвал. Мне тогда сказали, что я должна находиться дома из-за коронавируса и готовиться к чемпионату Беларуси. Внутреннее первенство я выиграла, но даже после этого все равно не ездила на международные соревнования.
– Под каким предлогом вас не выпускали?
– А под тем же – коронавирус, якобы нужно сидеть в изоляции. Потом сказали, что нужно сделать прививки – я сделала. Но и потом ничего не поменялось – из-за ковида выезд из Беларуси запрещен. Самое интересное, что когда хотела поехать на этап Кубка мира в Словакию, я не просила оплачивать участие – все готова была взять на себя. Просила только дать мне документальное разрешение на пересечение наземной границы и подать заявку на турнир. Но никто мне ничего не предоставил.
– Как на эту ситуацию реагировал Малашко? Он был на вашей стороне?
– Он был на стороне министра. И еще говорил, что мне нужно сохранить лошадь для участия в Олимпийских играх, не ездить с ней на турниры за границу, тем более в Беларуси для тренировок созданы все условия.
– Вам не предлагали в обмен на разрешение отказаться от позиции, удалить фотографии из Instagram, из-за которых как раз вам отказывали в продлении контракта?
– Нет, таких разговоров не было. Никто ничего не говорили и не предлагал. Просто мне запрещали ездить на международные старты из-за коронавируса. Но почему-то другие страны выезжали, вся Европа соревновалась, а беларусам запрещали. И я единственная, кто пошел лично на прием к министру с просьбой выпустить на соревнование. Потом несколько человек выпустили в Россию, но не более того.
– На Олимпиаду от Беларуси, согласно квоте, должны были ехать три наездника, но поехали только двое – троеборцы Александр Зеленко и Александр Фоминов. Получается, чиновники посчитали возможным пожертвовать квотой, лишь бы не пускать вас на Игры?
– Получается, так. В итоге третья квота, принадлежавшая Беларуси, перешла Эстонии. А вообще, для меня лично такая ситуация была ожидаема и очевидна.
– На Олимпиаду вместо вас же могла поехать и Анна Карасева?
– Да, а еще такое же право было у наездниц Екатерины Ефремовой и Ольги Игуменцевой. Они тоже могли по квоте поехать в Токио. Но Карасева отказалась от участия в Играх, а Ефремова и Игуменцева нарушили 60-дневный карантин, до его окончания отправившись на соревнования в Россию. В итоге Беларусь потеряла квоты, и на Олимпиаду поехали только два наездника.
***
– Вы сказали, что уже получили гуманитарную визу в Польше. Как получилось это сделать?
– Рассказала свою историю, как со мной поступили в Беларуси, предоставила все необходимые доказательства, и в Польше быстро пошли мне навстречу, дали гуманитарную визу.
– Вы намерены менять спортивное гражданство и выступать за Польшу?
– Надеяться, что при нынешней ситуации и с учетом моей гражданской позиции, что по возвращении в Беларусь мне разрешат выезжать на международные соревнования, – это как минимум глупо. И, извините, потом снова несколько лет готовиться к Олимпиаде, а перед ней попасть в аналогичную историю? Открыто мне в Беларуси никто не угрожал, не говорили, что не позволят заниматься спортом, но я понимала, что спортивного будущего на Родине сейчас у меня уже нет. Например, в следующем году состоится чемпионат мира, потом будет чемпионат Европы, в 2024 году – Олимпиада. Где гарантия, что кто-то опять не «увидит хромоту»? Уверенности нет никакой. Поэтому я приняла решение сменить спортивное гражданство.
– В Беларуси вы были одной из лучших наездниц. В Польше тоже будете в топ-списке?
– В этом плане надежды у меня довольно позитивные. До того, как меня перестали выпускать на международные соревнования, я занимала значительно более высокие позиции, чем лучшие польские всадницы. Думаю, верну свои позиции в мировом рейтинге (потеряла много мест из-за пропуска соревнований) и буду претендовать на хорошие результаты на турнирах.
– Но вы же понимаете, что больше за Беларусь не сможете выступать?
– Беларусь все равно останется моим домом. А я говорю только о карьере, о своей профессии. Учитывая ситуацию, у меня сейчас нет другого варианта, как продолжить спортивную карьеру под польским флагом. Но Беларусь остается в моем сердце всегда.
– Какие в Польше условия для тренировок?
– Конный спорт, по сравнению с Беларусью, здесь более развит. Много конюшен, это более массовый вид спорта. Все условия позволяют работать на профессиональном уровне: конюшни, манежи, грунты, корма.
– Какие у вас ближайшие планы?
– Восстанавливаю физическую форму, свою и лошадей, будем готовиться к новым соревнованиям в новом сезоне.
– А вы еще на ставке в Минспорта?
– До 14 сентября нахожусь в отпуске. Но самое интересное, что я сама хотела уволиться, о чем сказала в РЦОП. Там мне предложили взять отпуск и после этого написать заявление на увольнение. Согласилась, ушла в отпуск. Но предупредила, что заявление пришлю уже по электронной почте. Никаких вопросов по этому поводу ко мне не возникло, но буквально сегодня мне написали СМС, что мое увольнение по трудовому законодательству дистанционно осуществить невозможно. Мол, мне лично нужно присутствовать в РЦОП, чтобы расписаться в заявлении.
– Поедете?
– Конечно, нет. Это же очевидно :).
Фото: из личного архива Ольги Сафроновой
Другие посты пользователя
