Серена Уильямс как лучшая спортсменка мира

Владислав Воронин – о том, чем восхитила американская теннисистка, выигравшая 19-й турнир «Большого шлема».

Когда Шарапова в последний раз обыграла Серену, мне было 11 лет. Стояло морозное ноябрьское утро, нужно было ковылять в школу, но дико не хотелось. В маленьком старом телевизоре с выпуклым экраном, который стоял напротив моей кровати, Маша Шарапова металась по корту, пытаясь вытащить безнадежный матч, и это было куда интереснее математики первым уроком.

Когда я только включил телевизор, комнату наполнил рев беснующегося Лос-Анджелеса – это Серена повела 4:0 в третьем сете и вот-вот должна была прикоснуться к кубку итогового турнира. Всего через пару минут травма окончательно добила Уильямс, и вместо подачи у нее получался слабый-слабый ввод мяча в игру – без остроты, лишь бы не аут. Американка выглядела сломленной, дико подавленной, но не сдавалась и играла будто одной рукой – кажется, она и сейчас зачехлит ракетку, только если руки больше не будут подниматься, а ноги откажутся бегать. Шарапова, наоборот, вернулась – безжалостная, сильная, энергичная. Она взяла 6 геймов подряд и победила. Больше никогда я не сидел на математике таким счастливым, как в то утро.

Прошло чуть больше 10 лет. Шарапова и Серена стали главными соперницами в туре – пусть и с оговорками на то, что в очных матчах происходит какое-то неприличное одностороннее уничтожение. Давно понятно: мы живем в эпоху одной великой теннисистки, а не двух, как во времена войны Эверт и Навратиловой – и только Шарапова не собирается с этим мириться, остальные все прекрасно понимают. Именно отсюда все противостояние, именно поэтому Серене так нравится играть с Марией: она любит доказывать свою силу и питается энергией уничтожения самой статусной соперницы.

Сегодняшний финал не рассказал ничего нового о Шараповой (мы и так знаем, что она прекрасный боец), он только доказал, что Серена Уильямс – суперчемпион, который может вытягивать победу в практически любом состоянии.

В первую очередь этот финал – о силе воли. Как и 10 лет назад, Уильямс была не в порядке: болезнь затрудняла дыхание и восстановление после розыгрышей, в перерыве из-за дождя ее даже вырвало. Поначалу Серена покашливала, поглаживала кожу в области грудной клетки и вообще давала понять, что чувствует себя не очень – режиссеры с удовольствием крутили эти моменты в замедленных повторах. Когда Шарапова наконец вошла в игру и завязала опасную перестрелку, внешние проявления дискомфорта испарились. Если ты лучшая и вышла на корт – борись с собой, но не показывай слабости. Для Серены в принципе нет ничего страшнее, чем показать себя беззащитной, поэтому в такие моменты она начинает цепляться за мячи особенно вдохновенно. Кажется, нет силы, которая может этому противостоять.

«Думаю, во мне два разных человека, – призналась как-то американка. – Есть Серена Уильямс, которую все знают: она сумасшедшая, не может допустить ошибку, она злая и, если честно, неприятная. Я такая три часа в день – на корте. Потом я просто Серена, веселая – ну, как клоун».

Этот финал – о знании своего тела. Чтобы лишний раз не тратить энергию, Серена старалась заканчивать розыгрыши максимально быстро, подавала так хлестко, что Мария зачастую даже не подбиралась к мячам, словно это были огненные шары дракона из игры «Марио». Уильямс прекрасно реализует все возможности своего тела, к тому же после 2011 года ей уже вообще ничего не страшно. Тогда, перенеся две операции на ноге, она внезапно оказалась в реанимации из-за легочной эмболии – о теннисе никто уже особо и не задумывался. Но Серена быстро вернулась: задыхаясь, проиграла на «Уимблдоне», обнаружила себя около 200-го места в рейтинге и разозленно написала в дневнике: «Нужно стать сеяной на U.S. Open». Стоит говорить, что спустя три недели Уильямс была 28-й?

Как Серена этого добилась – отдельная история. «Тренер держал меня в бассейне, чтобы вернуть силу легким. Помню ощущение, что я вот-вот захлебнусь и утону. Но это сработало. Я поняла, как мне повезло, что я жива и могу играть в теннис, я смогла расслабиться».

Этот финал – о том, как нужно использовать злость. Серена постоянно повторяет, что не любит проигрывать больше, чем любит побеждать, и сегодня показала, как правильно использовать сильную негативную реакцию. Вы видели, что она несколько раз творила на подаче при счете 0:30? С какой яростью смотрела в сторону, не сумев как следует подойти к первому укороченному в матче, а потом закидала Марию сильными ударами? Когда такая агрессия добавляется к плечам, – жди беды.

Но при этом финал еще и об истинном достоинстве. Серена не спорила с судьей, когда с нее при балансе на своей подаче сняли очко за некорректное и очень шумное празднование – просто тихо проглотила обиду и все равно уверенно выиграла гейм. Потом приправила все это порцией самоиронии (крайне спокойное «камон» в камеру) – и красиво закрыла все вопросы о самоконтроле.

Но чистое чемпионское достоинство проявилось в другом моменте, на первом матч-поинте. Когда Шарапова красиво раскидала Серену по корту и изящно отыгралась ударом под линию, американка поаплодировала. Еще раз: поаплодировала своей главной сопернице, которая только что оттянула ее встречу с кубком.

А момент с переподачей на последнем матч-поинте? Что чувствует человек, который думает, что только что сделал эйс, уже выкинул ракетку и побежал праздновать чемпионство, а его останавливает резкий выкрик судьи? Какие мысли прокручиваются за 5-10 секунд, разве не хочется выпить водички и прийти в себя? Так думает обычный человек. Суперчемпион выдыхает, подбрасывает мяч и вбивает его в ту же точку.

Гейм, сет, матч. Грузите кубок.

P.S. За каждый свой эйс на Australian Open Серена передает 200 долларов на благотворительность. В финале она сделала 18 эйсов (3600 долларов), на всем турнире – 88 (17 600 долларов).

За что нельзя не уважать Марию Шарапову

Фото: Fotobank/Getty Images/Patrick Scala