Третий круг КАДа: Республика Кошек, унылая Хомячина и шарф СССР.

Проснувшись утром, мы осознали, что уже созрели для путешествия в соседнюю республику. Нас яро поддерживал котёнок Ик, так что было решено не откладывать посещение в долгий ящик.

Республика Кошек ждала.

Пограничник потребовала визу. Узнав, что никакой визы у нас нет, дама любезно согласилась помочь нам с необходимыми документами. И вот, получив визы и узнав свой возраст, рост и вес в котах (тактично не сообщаем эти конфиденциальные данные), мы двинулись к погранзаставе.

– Подождите, подождите! Во-первых, для посещения Республики Кошек вам нужно надеть бахилы, – протянула она нам одноразовые бахилы. Какое гостеприимство, ведь совершенно бесплатно же!

– Нам их потом возвращать? – наивно спросил я. Янка глянула на меня как на идиота. Хотя, эй, почему как?

– Можете оставить их на память, – великодушно разрешила дама-пограничник. – Сейчас вы зайдёте в этот шкаф и начнёте мяукать. Нужно три раза мяукнуть – поприветствовать наших жителей. Тогда вас впустят. Всё ясно?

– Мяу, – ответил я и полез в шкаф, осторожно открывая дверь чистыми лапами. Да, нас заставили мыть лапы («руки» – рус.) в том числе.

– Мяу-мяу-мяу, – начали мы призывать пограничников из шкафа. – Впустите нас, мяу-мяу-мяу!

И дверь открылась.

Первое, что бросилась в глаза – коты! Коты! Сотня, тысяча котов!

На самом деле, конечно, сначала их было только два. Но нас тут же позвали в кошачью обитель. Мы с Янкой прошли в комнатку и вот тут уж и впрямь оказались в кошачьем царстве. Кошки были повсюду – на полу, на потолке (ну, почти), на стульях, табуретках, специально стоящих по центру помещения чурбанах и, конечно же, на руках. Две девушки постепенно знакомили нас с животными. Янка им подсказывала – она, конечно же, уже успела подготовиться и выучить имена всех кошек.

Мы быстренько сделали фото специально для нашего друга Кота – год назад мы уже делали такое фото, но в Киеве. Сейчас же фото превратилось в традиционное.

А для кошек там все условия. Нет, серьёзно, для больших и маленьких кис создали массу рукотворных проходов, благодаря чему кошка может исчезнуть в одном углу комнаты и резко появиться в другом. Или, например, гигантская когтеточка – уже когда мы уходили, украинский левкой Есения сосредоточенно наводила маникюр.

Это же позволяло нам периодически находить котов, которых мы не видели. Что-то наподобие:

– Ой, смотри, там тоже кот сидит!

– Да не, их там два!

Кто-то спросил, можно ли увидеть всех котов, даже тех, кто сидит в самых дальних закоулках. Девушка хитро улыбнулась. Вообще кормление котов происходит дважды в сутки – в 11:30 и 21:10. Ни на то, ни на другое мы не попадали. Но тут она неожиданно решила достать огромный пакет с кормом и потрясти им.

Вот тут-то мы и впрямь увидели всех жителей Республики Кошек. Ой, а их гораздо, гораздо больше, чем казалось! Mamma mia, откуда их здесь столько?!

Но кормить котов, кошек и котят никто не собирался – их просто демонстрировали посетителям. Коты помяукали, но еды не дождались.

– Кажется, ребята чувствуют себя немного обманутыми, – прокомментировала это та самая девушка, которая только что шелестела пакетом с кормом.

Коты и впрямь принялись разбредаться по своим местам. Одна из них направился в неожиданное для кота место. Кошка подошла к двери и требовательно-просительно мяукнула.

Её мы с Янкой не сговариваясь и с первого взгляда прозвали Хомячиной – уж больно похожа она была на большого-большого хомячка. Ну, разве не похожа?

Кошка Хомячина (хотя по паспорту её зовут Крошка Мю, а «домашнее» имя и вовсе Кнопка) старательно мяукала, просясь в эту дверь. Ну, просит и просит – может, так оно и нужно?

Янка сочла неловким отказывать Хомячине в этой просьбе и приоткрыла дверь. Помещением, куда так стремилась кошка, оказался обычный человеческий туалет. Со знанием дела Хомячина запрыгнула сначала на краешек ванной, а потом переместилась в умывальник и снова мяукнула.

И пока мы очешуевшими глазам смотрели на кошку, она начала пить струйку воды из текущего крана. Эй, эй, киса, ну у тебя же нормальная поилка есть, я же видел! Но нет, в поилке нужную дозу хлора не получишь, так что Кнопка-Хомячина продолжала пить воду из-под крана. Первой опомнилась Янка. Она извинилась перед кошкой и, взяв её на руки, отнесла к нормальной поилке.

– Глупое животное, – пробормотала Янка. Пользуясь моментом, пока кошка на руках, Янка попросила сфотографировать её с Кнопкой. Но унылая Хомячина смотреть в кадр упорно не желала – ну ещё бы, от воды отлучили!

Затем Янка нашла мейнкуна. Большую такую котяру с царственным взглядом. Пока Янка рисковала целостностью своего кожного покрова, пытаясь гладить Хэмингуэя Таврического, я развлекался тем, что старался приманивать кошек. Как? Очень просто – демонстрировал кошкам три пальца, якобы я ими держу что-то вкусное. И одна кошка – украинский левкой Есения – и впрямь повелась! Чуть ли не первая кошка, которую я смог взять на руки в Республике Кошек – остальные уже и без того слишком избалованы человеческим вниманием. Хотя, вполне возможно, что велась она осознанно – на дворе морозный питерский апрель, а кошечка очень короткошерстная. На ощупь словно замшевая. И почти всё то время, что мы были в Республике, Есения лежала на батарее – грелась.

Перед самым уходом мы застали кошачью драку. Янка была свидетелем этого события. Кошек прибежала разнимать одна из девушек. И наказывать она стала почему-то того, кто лишь ответил на чужую агрессию.

– Так, кто это тут дерётся? Кто это тут дерётся? – начала она тыкать рукой в морду Эдгара Аллана По.

– Но ведь это не он первый начал! – встала на защиту чёрного кота Янка.

Девушка изменила стратегию наказания:

– Кто у нас тут драку поддержал? Кто поддержал?

А лысый сфинкс Дюша, которая драку и начала, быстро ретировалась на верхние полки, где жалкие человечишки достать её не могли. А нам было очень обидно за Эдгара Аллана По – удивительного кота, который не отзывается ни на Эдгара, ни на Аллана, ни на По. Исключительно Эдгар Аллан По! Можно шёпотом.

Границу между Республикой Кошек и Санкт-Петербургом мы пересекали последними. Стоило нам выйти из пограничного шкафа, как туда сразу же набились новые посетители. Да, в Республике пусто не бывает.

Мы ещё немного посидели в местной котофейне («кофейня» – рус.). Скушали кискейк («чизкейк» – не очень-то рус.), выпили мяуморс и америкатто. А счастливым обладателям кошачьей фамилии тут ещё в бонус чашечка кофе – скажем, эспрессо «кот наплакал» или котэ-латтэ.

Оттуда мы направились в сторону Петропавловской крепости, где и отгуляли ближайшие несколько часов и даже сделали замечательный кадр с чайкой.

Я ещё купил шарфик СССР в свою коллекцию. При этом произошёл довольно странный диалог с продавцом – спасибо обоюдному недопониманию.

– А это у вас что за шарфик?

– СССР. С одной стороны на русском, а с другой – на английском.

– Замечательно! Хм, тут нет ничего на английском.

– А, извините, перепутал. Это ж не Россия, тут только русский язык.

Я вспомнил все вывески «МакДональдс», «Сабвэй» и прочие американские бренды, написанные кириллицей, что очень характерно для Питера (про другие города не скажу – не знаю). Ничего себе самомнение у человека, Питер он не считает Россией?

Всё оказалось куда проще. Продавец имел в виду шарф «Россия», но никак не целое государство и Санкт-Петербург впридачу. Но, знаете, это было очень странное ощущение.

Вот так мы и гуляли по Петропавловке, заглянули в Монетный двор, где я от души попялился на различные коллекционные монеты, и двинулись потихоньку к стадиону «Петровский», потому, что хоккейная арена тоже рядом с ним.

Зачем мне СК «Юбилейный»? Всё очень и очень просто – в этот день СКА-1946, молодёжная команда питерского СКА, играл очередной матч в финале Кубка Харламова против нижегородской «Чайки».

И я никак, ну просто никак не мог это пропустить!