Герасименя объяснила, почему ушла из фонда солидарности (пока трудно что-то понять), и заявила, что беларусам, возможно, все же придется брать в руки оружие

Первый спич после неожиданного ухода.

19 апреля Александра Герасименя впервые сообщила об уходе с поста председателя Беларусского фонда спортивной солидарности. Трехкратный призер Олимпийских игр возглавляла организацию с 14 октября 2020 года. В своем заявлении Герасименя пообещала чуть позже раскрыть причины своего решения.

Почти неделю Александра никак не комментировала уход из БФСС. В понедельник она пришла в студию «Еврорадио», где поведала о некоторых моментах расставания с фондом.

Ушла из-за разногласий

«Ведение дел в фонде меня не совсем устроило. У нас были разногласия. И во избежание конфликтов я решила покинуть фонд. Вижу перспективу, как можно работать дальше, как можно развиваться в спортивной сфере. И, возможно, в будущем у меня будут какие-то мысли и идеи по поводу того, что можно изменить сейчас.

Мое мнение не было принято во внимание. Это уже вопросы не ко мне. Я всегда буду бороться за справедливость, за правду. Если с чем-то не согласна, я это озвучиваю. Если со мной не согласны, то я просто разворачиваюсь и ухожу. Собственно, что я и сделала.

Просто не получила ответы на вопросы, которые у меня были. Как можно сотрудничать, если нет единой цели, единого понимания ситуации и видения дальнейшего? Не было конфликта, [взаимное непонимание] не разрослось в нехорошие вещи. Мы решили расстаться мирными путем». 

Связан ли с уходом Опейкин

«У нас есть команда, которая принимает решения. Есть Александр [Опейкин], который озвучивает решения. Безусловно, он как директор организации принимает окончательные решения. От него я слышала ответы или неответы».

Попадал в милицию за драки, получал стипендию от Лукашенко, привлек внимание КГБ еще в 2010-м, сейчас – один из главных борцов с режимом в спорте

Почему конкретно не называет причину ухода

«Я уже сказала, что не буду выносить это все наружу. Зачем это нужно? Это наши личные вопросы, которые мы решим между собой.

Безусловно, причина во мне, я не согласилась с тем, что произошло, и я ухожу из фонда. Заметьте, я не выношу это все наружу, я не пытаюсь очернить фонд, я не пытаюсь вылить грязь. Я просто сама ухожу. Пусть фонд продолжает свою деятельность, пусть он борется за спортсменов. Я только буду поддерживать стремления защищать наших спортсменов и допустить все-таки наших свободных спортсменов на международные старты».

Чем в последнее время занимался фонд

«Мы занимались темой дискриминации беларусов за границей. Беларусские дети, которые уехали в 2020 году и были вынуждены покинуть свои спортивные секции, сейчас [живут] в Польше и других странах. Они устроились в секции, занимались. [После начала войны] некоторые польские организации просто выносят постановления о том, что беларусы не имеют право быть частью польских клубов и выступать за польские спортивные организации. Получается, что они [дети] столкнулись с двойной дискриминацией.

Мы нашли определенное взаимопонимание с НОК Польши, встречались с министром спорта. Там по-человечески нас понимают, готовы помогать находить такие случаи дискриминации и решать эти вопросы. Можно выстраивать отношения с другими НОК, дабы допускать наших [свободных] спортсменов до международных турниров».

Беларусы, бежавшие в Польшу от режима Лукашенко, попали в спорте под санкции, как и те, кто за него топит. Досталось даже подросткам и любителям

Что будет делать дальше

«Это не конец, это начало чего-то нового. Я не сдаюсь и не собираюсь сдаваться. Я буду бороться до конца, и все, что я могу и смогу сделать, я буду делать дальше.

Как человек я имею определенные чувства, эмоции. За много лет занятий спортом, участия в международных стартах я получила определенный опыт справляться со стрессом, который ежедневно приходит на каждого человека. Воспринимаю эту ситуацию немного иначе: если так получилось и я приняла решение уйти из фонда, то вижу только плюсы и перспективы. Значит, до этого времени я сделала все, что могла для фонда.

Моя миссия выполнена. Я иду дальше. Смотрю вперед, ищу новые проекты. Для меня это дверь, которая закрылась, и я уверена, что перед мной открывается новая.

Я рассматриваю варианты и в спортивной деятельности, и продолжение, скажем так, своей активной политической деятельности. Все будет зависеть от того, кто будет рядом, насколько будет позволять возможность совмещать. В любом случае даже точечно могу продолжать то, что делала до этого. Могу общаться, чтобы помогать в каких-то конкретных случаях и спортсменам, и просто людям».

Белспорт может умереть

«Мы видели, как в течение полутора лет беларусский спорт падал в яму. То, что сейчас происходит в спорте, те функционеры, которые сейчас управляют спортом, они доведут спорт до самой низшей точки. Всплывут только самые талантливые. Учитывая, что до конца войны беларусы не смогут выступать на международных турнирах (а [международные турниры] это опыт, которые дает возможность развиваться дальше и выходить на новый уровень), беларусского спорта просто не останется. Когда нет конкуренции – нет роста».

Под БЧБ спортсмены выступать не будут

«Скажу сразу, что под БЧБ точно невозможно. Чтобы спортсмены смогли выступать под этим флагом, он должен быть официально признан. Чтобы спортсмены могли выступать под нейтральным флагом МОК, это в принципе реально. Считаю, это основная и главная цель, которой должен добиваться фонд и мы все».

В Беларуси, возможно, придется взять оружие в руки

«Один из вариантов [развития событий в Беларуси] это то, что [придется] вооружаться и идти забирать то, что принадлежит народу. Это территория, это люди. Освобождать всю страну. Безусловно, такой вариант развития событий может быть. И пока я вижу его более реальным, чем все остальные».