«Мог добиться большего, и что?»

Для обоих супругов главное — крепкая семья и здоровье малыша. Защитник солигорского «Шахтера» вспоминает минувший сезон, не понимает, почему не нужен сборной, а также не питает к «Юности» особых чувств. Супруга хоккеиста рассказывает, как ее группа сама платит за костюмы, косметику и аренду залов. О том, как начинала видеооператором, а теперь руководит группой поддержки, которую зазывают на шоу мирового уровня. — Интересное все-таки место вы выбрали для встречи. Парк имени Горького, можно сказать, для вас Андрей — это еще и стан злейшего врага. — «Юность» всего лишь команда, против которой приходится играть. — Как восприняли информацию по ходу сезона о том, что придется играть за «Юность» на Континентальном Кубке? — Предложение ведь было поучаствовать в серьезных соревнованиях, поэтому был рад ему. Ну а то, что мы выиграли Кубок, говорит о высоком уровне белорусского клубного хоккея. Сборная — отдельная тема. — Да, чемпионат мира едва ли подтверждает высокий уровень нашего хоккея. Скорее, просто уровень. — Чемпионат мира — это лакмусовая бумажка. Не знаю даже, что и сказать. Была ли игра у команды? Не моя задача оценивать работу тренерского штаба. — Почему так случилось, что выпали из поля зрения этого самого штаба? — Сам не знаю. В «Юности» меня хотели видеть на Континентальном Кубке, а в сборной на чемпионате мира — нет. — А почему не удалось год назад закрепиться в «Динамо»? — Пожалуй, не хватило психологической устойчивости. — Насколько это интересно играть в экстарлиге? — Знаю, что способен на большее, но пока обстоятельства складываются так, что играю в ОЧБ. У меня все впереди. Есть такое шестое чувство. — Что скажите о минувшем сезоне? Вряд ли полуфинал плей-офф — это то, на что рассчитывал «Шахтер». — Очень сложная выдалась серия с «Гомелем». А с «Юностью», думаю, не использовали должным образом свой потенциал. Линия защиты команды составлена из опытных хоккеистов, а вот линия атаки — из молодых. Вот и не хватило мужской жилки, чтобы выйти в финал. — А как же Матуш Костур, который своей дисквалификацией подвел команду? — Человек пропустил много из-за травмы, только восстановился, поначалу не всегда проходил в состав. Вскоре вышел на пик своей формы. В серии с «Гомелем» был большой эмоциональный всплеск, с чем Матуш, увы, не справился. — В прошлогоднем финале против «Юности» сами не совладали с эмоциями. — Не хотел драться в последней игре, к тому же, на «Минск-Арене» перед таким количеством зрителей. Когда увидел, что наших ребят стали откровенно бить, решил дать сопернику отпор. Перчатки не снимал, чтобы не получить удаление до конца матча. А судьи все равно отправили в раздевалку. Это было ошибкой. — И после таких баттлов говорите, что «Юность» — это непринципиальный соперник?! — Против сильного соперника просто интересно играть. — Как говорит ваш одноклубник Сергей Стась, в матчах с «Юностью» нужно обыграть еще и судей. — Возможно, но что касается розыгрыша большинства, то в этом компоненте «Юности» нет равных. — Юля, скажите, сами танцуете? — Нет. — Откуда тогда идея заняться черлидингом? — Работала в «Керамине» видеооператором, делала для Евгения Ивановича Лебедева, тогда тренера команды, нарезки игр. Это было шесть лет назад. Как таковой группы поддержки у команды еще не было. Подошла к директору клуба с вопросом: почему? Александр Летецкий был в шоке от моей наглости, ответив мне словами: «Девочка, может, вы этим и займетесь?» Собрала первый фан-клуб, сделала первую атрибутику клуба. Девчонки также вызвались поддержать фанатское движение. Посмотрела на них и предложила болеть несколько иначе, чем они это себе представляли. Тогда то и появился коллектив Ice Girls. Позже мы ушли болеть за «Динамо», что делаем вот уже на протяжении пяти лет. — А в «Керамин», собственно, как попали? — Встречались с Андреем на тот момент уже довольно долго. Постоянно ходила на игры «Керамина» и, кроме игры будущего супруга, все казалось скучным. Несмотря на то, что работала в одной из компаний-поставщике услуг мобильной связи, пришла к Летецкому с предложением о собственном трудоустройстве. На следующий же день поступило уже официальное предложение о заключении контракта. На тот момент в клубах не было такой должности, как PR-менеджер, поэтому, учитывая мои особые отношения с техникой, взяли на работу видеооператором. — Расскажите о своем знакомстве с Андреем. — Ему было 17, мне 19. Познакомились на дискотеке, хотя оба сказали в тот вечер своим родителям, что пошли на день рождения к друзьям. Мамы потом долго удивлялись нашей истории: «Вы ж в таком возрасте не ходили на дискотеки!». — Темка ваш — довольно обаятельный малыш. А ведь, знаю, вы, будучи беременной, никак не могли позабыть о работе. Все шили и шили. — Это правда, ведь никто больше не сможет пошить нам костюмы такого качества, которое требуется, при минимальных затратах. Муж подарил крутую вышивальную машинку. А голова и руки есть. — Сегодня проект Ice Girls — это бизнес? — Если мы берем за это деньги, пожалуй, да. Но для меня это занятие по-прежнему хобби. Благодаря Андрею могу себе таковое позволить. Вот сейчас нас пригласили на съемки проекта «Битва титанов» во Францию. Но если год назад мы переживали за белорусскую команду, то на этот раз стали группой поддержки всего шоу. — Сколько на вашей памяти было союзов хоккеистов и девушек из группы поддержки? — Пять пар, причем все эти люди познакомились вне хоккея. — В действующем составе Лена Асташова и Настя Калиновская, знаю, встречаются с хоккеистами. — Лена познакомилась со своим парнем в интернете, Настя — на дискотеке. — Сегодня танцевальные программы Ice Girls ставит старшая из сестер Асташовых — Катя. Где нашли ее? — Как-то сборная играла в Жлобине, нас попросили поддержать команду. Правда, оказалось, что в Жлобине есть своя группа поддержки. Местные девчонки были уверены в себе и серьезно настроены на работу. Впрочем, как и мы. В итоге, вместе танцевали на той игре. Позже показала «соперницам» материалы по черлидингу, познакомилась с тремя сестрами Асташовыми. Катя окончила БНТУ… — Да, и стала программистом. — И только через год удалось переманить ее в Минск. Помню, как говорила Кате по телефону: «Не могу обещать тебе кучу денег, но давай попробуем». Так Катя стала тренером Ice Girls. А у нее способности от Бога. Кстати, сегодня состав группы практически весь жлобинский. В Жлобине осталась только Маша Асташова. Она руководит местным коллективом, который, по сути, стал нашим филиалом. — И что же, Катя Асташова по-прежнему разрывается между компьютером и танцами? — Сегодня она занимается только тренерской работой. — А чем занимаетесь вы? Шьете? — Я директор школы «Энерджайз». Дело в том, что, чтобы работать официально, необходимо было зарегистрироваться соответствующим образом. Для нормальной работы Ice Girls ведь требуется организовать тренировки, раздевалки на мероприятиях, костюмы — все это мы делаем сами. В среднем на игру расходуется два балончика лака. Колготок хватает на одну игру. Пара сапог стоит 150 долларов. — Часто ли к девчонкам обращаются напрямую: мол, станцуйте для нас? — «У коллектива есть руководитель. Все через нее», — отвечают они. Хотя стараюсь быть девчонкам другом, а не начальницей. Часто подбадриваю их словами: «Кто, если не я?» и «Получайте удовольствие от того, чем занимаетесь». Думаю, если относится к работе как к работе, а не любимому делу, она становится в тягость. Кстати, как таковых готовых номеров у нас нет. Девчонки всегда договариваются на месте, что будут делать: «Вот здесь ты прыгаешь, здесь танцуем восьмерку, расходимся…» — Андрей, хоккей — интеллектуальный вид спорта? — Пожалуй. Люблю не перебегать, не передушить, не перебить соперника, а переиграть мыслью. — Правда ли, что закончили школу с золотой медалью? — Да. В 16 лет зазывали в Череповец играть за вторую команду «Северстали». Но родители настояли на том, что главное — образование. Думаю, в итоге принял правильное решение. После школы поступил на факультет менеджмента спорта и туризма, получил высшее образование. Тем не менее, хоккей остается главным делом всей жизни. — Главное дело… А в Череповец-то не поехали! — Мог добиться большего, и что? Есть у меня сегодня десять долларов, завтра будет тысяча. Что изменится в моей жизни, когда нет, скажем, семьи, близких и родных людей? Нужно оставаться, прежде всего, человеком. А когда есть голова на плечах, деньги всегда можно заработать. — Юля, ну ведь хочется для мужа лучшего, нежели выступление за провинциальный «Шахтер»? — Лучшее для своего мужа — это вкусно приготовленные завтрак, обед и ужин. Лучшее — это веселая, красивая жена. Лучшее — это здоровый, сильный ребенок. А где это будет: в Солигорске или Хабаровске — совершенно неважно.

Андрей: «Знаю, что способен на большее, но пока обстоятельства складываются так, что играю в ОЧБ. У меня все впереди. Есть такое шестое чувство».

Юлия: „Когда познакомились, Андрею было 17, мне 19. Познакомились на дискотеке, хотя оба сказали в тот вечер своим родителям, что пошли на день рождения к друзьям“.

Андрей: «В 16 лет зазывали в Череповец играть за вторую команду „Северстали“. Но родители настояли на том, что главное — образование. В итоге, окончил школу с золотой медалью».