«Много закулисной войны»
Владимиру Бляхману неприятно смотреть на то, что творится с клубом, который он создавал. Этим интервью Goals.by открывает новый цикл материалов, посвященных участникам грядущего Открытого чемпионата Беларуси. Начать мы решили с представления лидера белорусского хоккея середины 90-х «Химика-СКА», о нынешнем положении дел в котором рассказал патриарх новополоцкого хоккея, начальник команды Владимир Бляхман. Владимир Леонардович отметил, насколько в непростом положении сейчас находится клуб и школа, а также посетовал, что много проблем «Химику-СКА» создают закулисные игры. — Владимир Леонардович, в 90-х «Полимир» был одним из флагманов белорусского хоккея. Теперь же клуб, объективно говоря, вряд ли можно отнести даже к середнякам. Вы помните, как и почему началось это падение? — Сначала вспомню о хорошем. Если кто не знает, новополоцкий «Химик» стал первым хоккейным клубом Беларуси. Он был оформлен в 1989 году. И действительно в то время мы задавали тон в отечественном хоккее. Первая волна своеобразного падения пришлась на середину 90-х. Тогда наши хоккеисты постепенно стали перебираться в минское «Динамо» или в российские клубы: Белкин, Аскаров, Татаринцев, Копать, Макрицкий, Шитковский. Панковы, Ложкин. Несколько лет мы еще продержались. В 1996 и 1997 годах даже стали чемпионами страны, а в 1998-м взяли «бронзу». Затем начали строиться новые дворцы, создаваться клубы и люди от нас пачками начали бежать, поскольку в новых командах было всегда финансирование на уровне. У нас же финансовое положение становилось все хуже и хуже. — Помнится, пару лет назад, вы мне говорили, что ситуация с деньгами настолько критическая, что хоккеисты, грубо говоря, одалживали на пачку пельменей. Сейчас положение лучше? — Может быть, чуть-чуть лучше в плане стабильности. У нас были спонсоры «Полимир» и «Нафтан». Они объединились. Сумма помощи клубу осталась та же, а спонсор теперь один, а не два. Впрочем, мы уже привыкшие к такому. Финансовые проблемы были у нас и после распада Союза. Помню, тогда у «Полимира» было много должников, которые рассчитывались с нашим главным спонсором не деньгами, а продукцией: волокном, полиэтиленом. А мы в свою очередь открывали магазины, продавали это все, чтобы как-то поддерживать команду на плаву. — Сколько сейчас средняя зарплата хоккеистов в «Химике-СКА»? — Про зарплаты, наверное, не будем. Но я могу огласить наш общий бюджет на сезон. Он составляет всего 6 миллиардов рублей. В эту сумму входит абсолютно все, в том числе содержание дворца, финансирование школы. Бюджет у нас один из самых низких в стране. А учитывая еще нынешнюю экономическую ситуацию в Беларуси в целом, работать вообще очень трудно. — Вы хотя бы можете предоставить гарантии, что «Химик-СКА» будет участвовать в следующем чемпионате Беларуси? — На сегодняшний день согласно подписанным договорам до нового года мы протянем. Как будет дальше, никто сказать не может. — И какая же задача стоит перед «Химиком-СКА» в новом сезоне? — Честно говоря, даже пока и не знаю. Она еще не обсуждалась. Понятно, что будем стараться выступать, как можно лучше, но сможем ли мы — это вопрос. — Помимо финансовой существуют ли еще какие-то серьезные проблемы? — Нет. Деньги — это наша основная беда. Наш бюджет не позволяет нам удерживать хотя бы мало-мальски заявивших о себе игроков. — Ваш клуб в последние годы не по-детски «колбасит»: меняются директора, главные тренеры. В чем причина такой чехарды? — Здесь очень много закулисной войны, некрасивых дел, которые идут за пределами клуба. Нам, как поколению, которое все это создавало в Новополоцке, поднимало хоккей, сейчас очень неприятно на все это смотреть. Грубо говоря, каждый пытается урвать кусок. А меня обвиняют в том, что я за зарплату держусь в клубе. Говорят, мол, мы разваливаем тут все. Забавно. А мы ведь это создавали. — И какая же у вас зарплата, за которую вы «держитесь»? — Полтора миллиона рублей. — Почему «Химик-СКА» в прошлом сезоне даже не смог попасть в восьмерку? — Во-первых, мы отдали 8 игроков в белорусские клубы МХЛ. В один момент пошли травмы, и нам не было, кем заменить травмированных. Смена директора повлияла. — Вы о ком? — О Нечаеве. Человек вообще не разбирался в хоккее и клубном хозяйстве. Нечаев начал тут кромсать налево и направо. То директора школы снимет, то директора дворца. Опять же, это все закулисные игры. Да и в финансовом плане он много лишних денег пустил не туда, куда нужно. Короче говоря, надо сейчас засучивать рукава и работать, как мы это делали, когда все тут начиналось. — Межсезонье получилось для «Химика-СКА» довольно скандальным. Я имею в виду назначение главного тренера Мартынова. Можете как-то прокомментировать произошедшее? — Могу, но не хочу и не буду. Мне и так сказали, что я много воду мучу и лезу не в свои дела. Могу лишь сказать, что на моей памяти подобных случаев никогда не было. Пусть это все останется на совести тех, кто это сделал. Но ситуация и впрямь не из приятных. — На официальном сайте вашего клуба нет окончательной информации о Вадиме Караге, но, я читал, он возвращается в Новополоцк. Почему его пригласили назад, ведь им в клубе нередко были недовольны? — Этот вопрос задайте тренерам, которые его приглашали. А говорить о Вадиме некрасиво. Он в свое время встал не на тот путь. — Вы говорите про его нарушения режима? — Это не вина, это его беда. Может быть, если бы в свое время нашелся человек, который бы его сек по одному месту, чтобы выбить дурь из головы, все бы для него сложилось по-другому. — Учитывая не лучшие выступления «Химика-СКА», болельщицкий интерес не падает? — Немного ослабевает. Но хоккей в Новополоцке — это традиция. Все равно зрители ходят на игры, ведут своих детей в школу. — Кстати, о школе. Помнится, она была чуть ли не на грани развала. Как сейчас обстоят дела в одной из лучших кузниц кадров в Беларуси? — Хоккей в Новополоцке сохранился только благодаря тому, что у нас была и есть своя школа, только благодаря тем детским тренерам, которые работали и работают сейчас. Если бы не школа, профессионального клуба уже давно не было бы. Как сейчас дела в школе? Скажем так, она функционирует чуть выше критической линии, за которой крах. По крайне мере в прошлом сезоне мы смогли принять участие во всех республиканских соревнованиях. — Льда хватает? — Катастрофически не хватает. Недавно вот директора школы оштрафовали за то, что он назначал тренировки в раннее время: в полседьмого или в семь утра. И поздно по нормам тоже не имеем права заканчивать. А где взять лед? За что наказали директора? Это просто нереально. А ведь нам надо зарабатывать, а массовое катание один из основных способов дохода. — Вы один из самых-самых старожилов белорусского хоккея. Вы можете себе позволить давать оценку едва ли не всем. Как вам, например, работа Евгения Ворсина на посту главы федерации? — Евгений Николаевич очень опытный человек. Он знает все «от» и «до». Вопрос в другом. Он попал сюда в безумно тяжелое время. Но он стопроцентный профессионал и находится на своем месте. — Евгений Николаевич пока не определился с главным тренером сборной. А вы кого бы назначили? — Даже не знаю. Я особо не задумывался над этой темой. Есть ли в Беларуси тренеры, готовые возглавить нашу национальную команду? Думаю, да. Тот же Захаров. Какое бы ни было к нему отношение, что бы про него не говорили, этот человек заслуживает уважения хотя бы за свой характер. Но хочется подчеркнуть одну деталь. Наставник сборной должен находиться в Беларуси постоянно и контролировать ситуацию. — Вы привезли в Беларусь Мезина. Сейчас часто общаетесь с Андреем? — Со всеми нашими воспитанниками видимся регулярно. Летом они всегда заходят к нам: Костицыны, Денисов, Колосов, Китаров. А вот именно Мезина давно не видел. Хотел на днях посмотреть, как Андрей присягу принимал в белорусской армии, но кассету не нашел. Сейчас вот спрашиваю об этой записи у всех знакомых, приятно вспомнить то время…
«Наш бюджет составляет всего 6 миллиардов рублей. В эту сумму входит абсолютно все, в том числе содержание дворца, финансирование школы. Бюджет у нас один из самых низких в стране».
„Очень много закулисной войны, некрасивых дел, которые идут за пределами клуба. Грубо говоря, каждый пытается урвать кусок“.
«Хоккей в Новополоцке сохранился только благодаря тому, что у нас была и есть своя школа».
