Лукаш Крайчек намерен быть строгим отцом Один из самых молчаливых игроков минского «Динамо» защитник Лукаш Крайчек в интервью Goals.by рассказал, почему пропускает будущий чемпионат мира, как его переменило рождение ребенка, о планах на лето и школе жизни, диплом которой куда ценнее университетского. — Лукаш, два месяца назад вы стали отцом. Что в вас переменилось за это время? — Очень многое! Главное, пожалуй, я стал смотреть на мир другими глазами. Понял, что в жизни есть куда более важные вещи, чем, например, хоккей. Здоровье малыша, чтобы он рос, как полагается, твоя семья — сейчас это выходит на первый план. Изменился ли характер? Я все тот же. Но когда жена родила, мир стал вертеться вокруг первенца. И так будет продолжаться всю жизнь. — Как себя чувствуют Тереза и Николас? — Они дома в Чехии, с ними, постучу, все хорошо: они здоровы, жена после родов в порядке, малыш растет. — На кого похож? — Думаю, мнения на данный счет меняются каждую неделю. Поначалу говорили, что на меня, потом на жену. Не придаю этому большого значения. — Будете строгим отцом? — Полагаю, да. Сейчас пока рано об этом думать. Но когда малыш подрастет и, вдруг, начнет сердить родителей, придется быть строгим. Уверен, так правильно. Чтобы дети выросли достойными людьми, надо быть с ними строгими. Разумеется, не все время, только когда требуется. — С Терезой познакомились еще в Чехии? — Верно! В родном Простеёве в теннисном клубе. Она — дочка знаменитого чешского теннисиста Йиржи Новака. С ней несколько раз пересеклись на теннисном турнире, потом разговорились, возникли какие-то симпатии, может, это была любовь с первого взгляда, не знаю. Вместе уже пятый год. — В начале марта вам ведь исполнилось 30 лет. Первый взрослый юбилей отметили по-особому? — Признаться, пока и времени не было отмечать. Жена с малышом на родине, поэтому когда отправлюсь домой, тогда в семейном кругу и отпразднуем. Я не любитель больших вечеринок. Мне больше по душе собраться с дорогими людьми, которые со мной на протяжении всей жизни, с друзьями, с которыми вырос в Чехии. — За два года, что вы провели в Минске, смогли узнать город лучше? — Считаю, да. Я ведь живу практически в центре, и хотя мое передвижение ограничено маршрутом «дом-арена-дом», все же за это время смог насладиться столицей. По большому счету, нам многого и не требуется: рестораны, где можно пообедать, другие места, где есть возможность посидеть с ребятами. Вот на следующий год все будет по-другому: буду жить с семьей и малышом, будем чаще ходить на прогулки. Хорошо, что в столице есть отличные парки. — Кроме арены и тренировок, как проходит ваш день в Минске? — Так же, как и у большинства ребят. После тренировки выбираемся вместе пообедать, потом домой — отдыхать. Иногда можем выбраться куда-то посидеть. Клубы? А кто не любит клубы и что в этом плохого? Все полезно, только в меру, конечно. — Несмотря на приятные события в личной жизни, в хоккее поводов для радости немного. — Трудно не согласиться с тем, что сезон не удался. Что касается меня, то, кажется, отыграл на таком же уровне, как и в прошлом году. Просто, к сожалению, не добились командного успеха. Мы хотели попасть в плей-офф, но не повезло. Повторю, если смотреть на мою игру, то отыграл не хуже прошлого года, старался в каждом матче помочь команде. — Есть мысли, почему не сложилось? У команды были игры и весьма успешные, и совсем провальные. — Считаю главной неудачей плохой старт сезона, а это очень важная вещь. Мы теряли очки там, где не должны были. «Автомобилист» завершил сезон, как вы знаете, на последнем месте итоговой таблицы, а мы «подарили» екатеринбуржцам четыре очка! Вот о чем я. И эти баллы нам пригодились бы для попадания в плей-офф. Один матч против «Авто» в гостях мы выиграли лишь в овертайме, а дома должны были однозначно побеждать, все было в наших руках. Помните, в течение пары минуты все перевернулось и пошло наперекосяк… Сезон в КХЛ длинный, к концу все команды имеют практически равное количество очков, у многих отставание вообще незначительное, все решают именно те матчи, когда ты либо проигрываешь, либо выигрываешь. Теряли мы очки там, где не следовало. — Лично для вас каким выдался сезон? — Отыграл, как мог. Считаю, более-менее выступил неплохо, равно как и в прошлом году. Думаю, никого нельзя упрекнуть в том, как мы провели завершившийся сезон. Считаю, непопадание в плей-офф надо рассматривать как вину, неуспех всех игроков, не делать из кого-то крайних, хоккей — командный вид спорта. — Это понятно. Но все же самому есть над чем работать? Помню, Марек Сикора говорил, мол, бросок у Крайчека не очень. — У меня нормальный бросок! :) Конечно, есть игроки, у которых он получше будет. Это такая вещь, которая формируется еще в молодом возрасте, и потом сложно перестраиваться, но, конечно, над броском нужно постоянно работать. Работаю ли я на тренировках? Работаю. Каждый работает. Стараюсь улучшить свой бросок. Вообще, редко встречаются уникальные хоккеисты, у которых со всеми компонентами игры все в порядке, таких единицы, да и то все они — в НХЛ и хорошо зарабатывают. — Однажды вы говорили, что не любите проигрывать. Как пережили минувший сезон? — Просто не беру в голову. Выхожу с арены и стараюсь все забыть. Когда в начале интервью мы говорили о малыше, я сказал: есть вещи гораздо важнее хоккея. Понятное дело, неприятный осадок после поражений остается, никто не любит проигрывать. Зачем тогда вообще выходить на площадку? Но и убиваться по поводу неважного результата неправильно. — При этом на льду в нехватке эмоций вас не упрекнуть. Вы даже штрафных минут заработали вдвое больше, чем в прошлом году. Матч против «Барыса» помните, верно? — Еще бы! Тогда я ударил клюшкой по заградительному стеклу :). Хоккей — эмоциональный спорт, я просто не согласился с решением судьи. Уверен, такое случается с каждым, кто хоть однажды играл в хоккей. Человек вскипает и не может совладать со своими эмоциями. Конечно, совершил ошибку, мне надо было принять все как есть и отправляться на скамейку штрафников… — Впервые так эмоционально не согласились с решением арбитра? — Думаю, нет. Такое случалось и в Чехии. Говорю же, просто не выдержали нервы. Но, может, лучше пусть эмоции выйдут именно таким образом, чем кому-то, например, рубануть клюшкой по лицу :). — Лукаш, заметил, вы общаетесь в основном с легионерами. Почему? — Когда мы в раздевалке, то все находим общий язык, а за пределами арены мне все же проще быть с иностранцами, с ними всегда «договоримся». Мой русский язык не на суперуровне, чтобы общаться с местными. Если бы я говорил по-русски, тогда, конечно, проблем бы не возникало, а так глупо сидеть с кем-то на ужине и не иметь возможности толком поговорить. — Коллективному духу не вредит деление на «группировки»? — Абсолютно никакой проблемы здесь нет. Если бы клуб создавался, к примеру, в новом городе, куда бы пришли одни новички, тогда, конечно, все ребята общались бы между собой. А так у местных своя жизнь, свои семьи, свои друзья, и понятное дело, они держатся особняком. У нас своя — программа. — Вы производите впечатление надменного парня. — Об этом лучше спросить других, не меня. Почему никогда не улыбаюсь? Я такой с детства. Всегда с серьезным выражением лица. На самом деле, я добряк. Какие черты в себе не люблю? Даже не знаю, за что могу себя упрекнуть. Я такой, какой есть. А интервью действительно даю неохотно. Никогда этого не делал и в НХЛ, в большинстве случаев убегал из раздевалки. Не хочу, чтобы обо мне писали в прессе. Меня это не интересует. Понимаю, что пока играю, писать все равно будут. Но не перестаю повторять: я этого не ищу. — Вы провели свою карьеру, по большому счету, за океаном. Выходит, школу так и не закончили? — У меня не было возможности. В 16 лет я выбрал хоккей. И, к счастью, все удалось – я получил шанс играть в НХЛ. Знаю, некоторые ребята сейчас наверстывают упущенное, берутся за учебники. Думаю, для жизни мне это не потребуется. Не воспринимаю образование как первую необходимость. Меня жизнь многому научила! Я объехал целый мир, узнал много людей, у меня была своя школа. Школа жизни. Многим образование надо, чтобы получить хорошую работу, а у меня и так она есть. Но, конечно, когда мои дети вырастут, буду стремиться, чтобы они получили образование. — О будущем не задумывались? — Пока нет. Еще хочу поиграть в хоккей, моя карьера продолжается. Пока вообще ни о чем не загадываю и не знаю, буду ли жить в Чехии или в Америке. Планов никаких нет. — Какая у вас хоккейная мечта? — Выиграть Кубок Гагарина! В финале Кубка Стэнли уже сыграл. Жаль, что с «Филадельфией» нам не удалось взять заветный трофей. В Чехии с командой «Оцеларжи Тршинец» мы стали чемпионами экстралиги. Знаю, что это такое, какое это суперчувство — быть чемпионами. — За бывшим чешским клубом следите? — Конечно! Сейчас там развернулась нешуточная борьба за плей-офф. «Оцеларжи», победив «Спарту», вышли в полуфинал и играют со «Злином». Мой тесть, к слову, фанат «Злина», и иногда с ним на этой почве можем немножко «поругаться», но мы никакие не фанаты. Просто интересно понаблюдать за бывшими одноклубниками, иногда созваниваемся с ребятами. — На что вам не хватает смелости? — Сложный вопрос. Однажды прыгал с парашютом, на такой поступок мне смелости хватило. Если рассуждать масштабно, у меня был страх, например, стать родителем. Думаю, его испытывает каждый. Не знаю, как это объяснить. В тебе живет чувство боязни за свое чадо. Своего малыша видел совсем немного, для меня все еще ново. Я хочу, чтобы он вырос достойным человеком, был успешным, это, скорее, внутренний страх, который у меня был до этого. И в какой-то степени он присутствует до сих пор. — Планы на лето уже составили? — Недавно как раз обсуждали данную тему с женой. Сначала поеду домой в Чехию, потом мы думали на месяц слетать во Флориду, надо прогреться, дать организму отдохнуть, а затем приступлю к тренировкам. — На чемпионате мира мы вас не увидим? — У меня проблемы со спиной, поэтому я здесь на реабилитации. И на мировое первенство точно не еду.