«Статус детского тренера ничего не значит»
По словам Александра Журика, в России детским тренерам тоже непросто повышать свою квалификацию Бывший защитник национальной сборной Беларуси Александр Журик ныне работает в Москве — тренирует детей в СДЮШОР «Динамо». Рассказывая о реалиях детского хоккея в Белокаменной, наш земляк отмечает непростые отношения между школами. Полагает, что в Беларуси не стоит работать по российской модели. А также признается, что, несмотря на наличие сильных взрослых лиг, детским тренерам непросто повышать свою квалификацию. — Думаю, в Москве детский хоккей строится так же, как и в Беларуси. Есть школа, есть директор, есть завуч, есть тренеры в командах. А там уже все индивидуально. В зависимости от того, кто наставник, как он работает, какой подход. – В общем, советская система сохранилась для всех. — Не стал бы говорить, что есть какая-то система. Государственная программа, единый подход — этого у нас нет. Присутствуют определенные моменты, присущие именно динамовскому хоккею. И только. А отбор — это всего лишь красивое слово. Мы просто набираем людей. Особенно в детском возрасте. Приходят ребята, которым нельзя в школе заниматься хоккеем. Но амбиции родителей решают. — Казалось бы, Москва — такой большой город, с желающими заниматься проблем быть не должно. — Оно-то так, но такого, как в Москве, думаю, нет больше нигде в России. Все тянут одеяло на себя. В городе есть, грубо говоря, 20 школ. Каждая имеет собственные амбиции, никто не хочет отдавать игроков в более сильные учреждения. Чтобы забрать пару игроков, нужно пройти через очень сложные процессы. Раньше было 4-5 учебных учреждений, в которые стремились попасть все. Теперь школ много, выбирают те, которые поближе к дому, что, в принципе, логично. Но потом, поиграв у себя, парень начинает выделяться, и его не прочь пригласить более сильный клуб, он и сам вроде как рад туда перейти. Но за парня заламывают огромную цену или вообще говорят — не отпустим ни в коем случае. В общем, о какой-то программе, упорядоченном существовании говорить не приходится. У каждого свои интересы, и каждый выживает, как может. В любой школе думают: «А почему «Динамо» или ЦСКА? Чем мы хуже? Зачем отдавать кому-то игроков, если мы их воспитываем?» С одной стороны, это понятно. Но ведь какие задачи раньше ставились перед ДЮСШ? Отобрать игроков и более талантливых передать в СДЮШОР для более профессиональной подготовки. Сейчас это больша-а-я проблема. – Сколько возрастов в вашей школе? — Самые младшие — ребята 2007-го года рождения. Старшие — 1996-го. Каждый год образует одну команду. Один возраст выпускается, один набирается. Я сейчас веду 1998-й год. – В каких турнирах участвует школа? — Есть Открытый чемпионат Москвы, где помимо команд из столицы участвуют представители Подмосковья и две дружины из Ярославля. Участников делят на две группы — в первой собраны школы посильнее, во второй — послабее. На следующий сезон эту систему хотят как-то поменять, что-то придумать. Каждый год тут у нас изображают видимость деятельности, думают, какой формат чемпионата будет в следующем сезоне, какие будут требования к переходам игроков. Обо всех изменениях нам сообщают непосредственно перед началом сезона. О каком-то планировании — того же календаря — думать не приходится. – У белорусской федерации было желание заявить команду юношей в чемпионат Москвы. — В этом сезоне участвовала в нашем турнире команда 1998 года рождения из Донецка. Думаю, все возможно. Москвичи ездить в Минск не будут — это однозначно. Домашней ареной «Донбасса» был дворец в Балашихе — соперников они принимали там. Ребята приезжали на выходные, проводили по два матча и возвращались домой. – Полезно ли было бы белорусам поучаствовать в таком турнире? — Для роста всегда полезно поиграть с соперниками более высокого уровня. Посмотрим, насколько смогут реализовать такую задумку в Беларуси. – Пока у нас другая ситуация: всех лучших собирают в Раубичи. А потом они в чемпионате Беларуси играют против своих же школ. — Знаю эту ситуацию. Наверное, пытаются сделать так же, как в Америке. Но в таком случае нужно играть не по своему возрасту, а на год старше. Какая может быть конкуренция, если всех лучших собрали в одну команду? С кем играть, как расти? Соревнуясь же со старшими, можно получить пользу именно для сборной. – Чемпионат Москвы на общероссийском уровне выделяется? — Думаю, он будет посильнее, чем турниры в других регионах. У нас в каждом возрасте есть 4-5 команд, которые способны выиграть чемпионат. В других, как правило, — две или вообще одна дружина, которые выделяются, а остальные не могут составить им конкуренцию. Что касается школ, то они очень сильные в Челябинске («Трактор»), Казани («Ак Барс»). Впрочем, когда мы играем на первенстве России, то в разных возрастах побеждают представители разных регионов. Такого лидера, который побеждал бы на всех чемпионатах, нет. Гегемония ЦСКА давно прошла. Может, только в Москве «армейцы» собирают всех сильнейших: туда идут, потому что этот клуб предоставляет лучшие условия для тренировок в городе, да и месторасположение у них очень хорошее — в центре. Плюс история школы. Мы в «Динамо» не можем похвастаться условиями и стараемся больше работать с детьми. ЦСКА имеет возможность отбирать, а нам приходится больше напрягаться. – А какие условия в «Динамо»? — Четыре старшие команды обеспечиваются формой от клуба. А в целом мы сейчас находимся в стадии переезда. Наш дворец уже старый, и в ближайшее время мы собираемся перебраться на новое место. Тогда сможем составить конкуренцию ЦСКА не только по работе, но и по предоставляемым условиям. Пока у нас, кроме льда, нет ни зала игрового, ни толкового тренажерного. Но все равно — у нас есть небольшой кусочек пространства возле льда. Стараемся там проводить занятия «на земле» и компенсировать дефицит. – Сколько человек в группах? — Это зависит от того, какой возраст. Чем он младше, тем большее количество ребят. Ближе к выпуску их становится меньше. В моем возрасте 22 полевых игрока и 2 вратаря. – А сколько с ними работает тренеров? — В основном, по одному. Но мы помогаем друг другу. Работаем, скажем так, спаренно. И на занятиях, и на играх. Все распределяются по возрастам — те, кто работает с ближайшими по этому показателю командами, и образуют тренерские пары. – Школа финансируется за счет клуба? — Да. Мы принадлежим «Динамо-Москва», они наши начальники. – Может быть, родители помогают — с выездами, формой? — Нет, у нас такое не практикуется. Все, что мы имеем, обеспечил наш клуб. Какие-то, может быть, манишки родители иногда собираются и покупают. Но это мелочи. – А не мешают родители работать? — По-всякому бывает. Мы стараемся дать понять родителям, что их влияние неуместно. Конечно, есть разные люди, и все мы под кем-то ходим. — С возрастом количество занимающихся уменьшается. Отсеянные ребята просто уходят из хоккея или, может, для них практикуются платные занятия? — Нет. Кто-то чувствует, что не тянет, кого-то приходится отчислять. Обычная селекционная работа. Так и должно быть: когда начинаешь работать, у тебя большое количество детей, а затем оно уменьшается. Как пирамида. Вот, допустим, в хоккее какие качества важны? Ловкость, быстрота, выносливость. Например, с нужной для этого вида спорта ловкостью ты найдешь одного человека из ста. Такой, у которого развиты два качества, — один из пятисот. А такой парень, который имеет все три параметра, встречается один на пять тысяч. Очень важно в первые три года обучения привлечь как можно больше детей. Для этого нужно работать тренерам и руководству школы. И чтобы работа велась на должном уровне, необходима соответствующая заработная плата. В наше время статус детского тренера ничего не значит. Если руководство хочет, чтобы вырастали хорошие игроки — пожалуйста, обеспечьте соответствующей зарплатой тренеров. — Думаю, вы общались с белорусскими детскими тренерами. Можете сравнить зарплаты? — Нет, не общался. Говорил с пацанами, с которыми играл в свое время. Думаете, имея те деньги, которые получают тренеры в Беларуси, они будут делать что-то дополнительно? Есть вещи, которые не входят в их прямые обязанности, но они могли бы ими заниматься, если бы была заинтересованность совершенствоваться, что-то искать. – Думаю, бывают фанаты своего дела. — На фанатах, может, и держится хоккей в Беларуси. Пока. Потому что в целом очень тяжелая ситуация. В России лучше. Потому что сама страна большая. Вот где-то и выскочит Овечкин, Малкин. Системы-то нет. Таланты взрастают сами. В Беларуси все сложнее, здесь надо работать. Целенаправленно, как в Швеции, например. Где тоже нет большого количества людей. Нужен финансовый стимул для тренеров. Их нужно обучать. Я с этим столкнулся, когда начинал работать. Для специалистов, которые работают в КХЛ, ВХЛ, МХЛ семинаров куча. Для детских тренеров — ни хрена. Об этом тоже нужно думать. – Откуда черпаете знания? — Из общения. Контактируем с разными тренерами, в динамовском коллективе общаемся. Находим много интересного у специалистов с большим опытом. Гольцев Борис Николаевич очень помогает. Он еще при Билялетдинове работал во второй команде. Много подсказывает по тренировочному процессу, работе на «земле». Есть у нас еще такой Балашов Юрий Архипович, другие опытные специалисты. Нужно перенимать их опыт. – Вы говорили о шведской системе детского хоккея… — Знаю, что нечто подобное сейчас пишут в Ярославле для своей школы. С внедрением новшеств тоже сложно — все инициативы, которые кому-то не выгодны, глушатся на корню. Я общаюсь с одним человеком, который работает над внедрением такой системы в Ярославле. Они там сейчас думают, как применить лучшие наработки с поправкой, скажем так, на российскую специфику. Сложно, не имея единого подхода, чего-то добиться. – Есть ли что-то в практике московских школ, что стоило бы взять на вооружение белорусам? — В принципе, система у нас, думаю, та же. Особых различий между работой тренеров в Москве и Беларуси я не увидел. Может быть, разница в том, что, как говорят ребята, в детские тренеры идет много людей, которые нигде не играли. Закончив школу, начинают сами готовить хоккеистов. Хотя не могу сказать, что это минус. Ведь не каждый великий игрок может стать хорошим тренером. Однако у таких специалистов, на мой взгляд, очень много хоккейных пробелов. И для них в особенности нужно проводить семинары, общаться. Если они хотят чего-то добиваться, то учились бы там, получали новые знания. – А помните, в «Динамо» работал Артур Рекшта? Он сейчас в Канаде также тренирует детей. А ведь сам не играл. Учился, получил лицензию. — Вот видите, если человек хочет, он научится. На начальной стадии ведь наверняка им дается какой-то набор упражнений, которые нужно будет выполнять. Чтобы он знал какие-то принципы тренерской деятельности. И дальше человек уже будет совершенствоваться. Думаете, если в Беларуси какой-то тренер придумает новое упражнение, которое будет давать результат, он поделится им с коллегами? Нет, конечно, будет использовать сам. Кстати, а у вас есть номер телефона Рекшты?..
«Каждый год тут у нас изображают видимость деятельности, думают, какой формат чемпионата будет в следующем сезоне».
«В Москве «армейцы» собирают всех сильнейших: туда идут, потому что этот клуб предоставляет лучшие условия для тренировок в городе».
«Если руководство хочет, чтобы вырастали хорошие игроки — пожалуйста, обеспечьте соответствующей зарплатой тренеров».
