«Я пришел после Хэнлона, посмотрел: много было спорных вещей». Владимир Крикунов – об уходе из сборной

-- Вы сменили сборную Беларуси на «Нефтехимик». Тяжело далось это решение?

– Я не хотел менять. У меня была договоренность с руководством клуба, что я могу совмещать должность главного тренера «Нефтехимика» с работой в сборной Беларуси. Но в Минске мне сказали, что совмещение невозможно. Что делать было?

Здесь такая ситуация: в свое время президент «Нефтехимика» Владимир Бусыгин отпустил меня на Олимпиаду. Я тогда практически на месяц уехал. А сейчас нижнекамский клуб впервые за 20 лет оказался на последнем месте. Поэтому он попросил о помощи: «Я готов отпускать на евротуры. Но помоги мне, ведь мы никогда не были последними».

-- Когда вам предложили возглавить нижнекамскую команду? Долго думали над решением?

– 12-го я уже улетел из Минска. Этот разговор состоялся 11 ноября. Здесь такая ситуация, что я не хотел разрывать контракт с ФХРБ. Был готов помочь и здесь, и там. Я ведь был в курсе дел «Нефтехимика». Еще до работы со сборной, в должности вице-президента, я принимал участие в комплектовании «Нефтехимика». Так что я знаю всех игроков. Мне не так тяжело войти в это дело, и я готов к работе.

-- Сложным ли был разговор с Игорем Рачковским?

– Мы пришли к обоюдному соглашению. Нормальные люди всегда могут договориться.

-- Результат выступления сборной на этапе Евровызова повлиял на ход переговоров с ФХРБ?

– Никоим образом. Примерно и до турнира мы все знали. Да и ребята неплохо играли. Но уровень игроков из чемпионата Беларуси ниже, чем у тех, кто приехал в сборные Австрии или Словении – они собрали практически сильнейшие составы. Мы же игроков из КХЛ, кроме Степанова, не трогали. Плюс была маленькая подготовка в три дня. Если бы неделю перед турниром потренировались, был бы другой результат. А если бы еще и игроков из КХЛ взяли, то совсем другим получилось бы выступление.

-- Вы сначала говорили о том, что игроки из экстралиги готовы играть чуть ли не в КХЛ, после турнира говорили, что планка национального первенства зачастую завышается. Вы разочаровались в уровне экстралиги?

– Нет, вы не так интерпретируете мои слова. Я говорил о том, что надо больше работать на местах. И работать более правильно. Ребята, которые были в сборной, неплохие. Их просто в свое время недотренировали. Здесь есть негативный момент. Когда тренер набирает детей, чтобы получить полноценную зарплату, надо набрать 120 детей. 120 мальчишек, представляете?! Что может сделать тренер с таким количеством одновременно? С 30 детьми тяжело управиться, а тут сразу 120. И они толком не работают, и ты попробуй посмотреть, кто как делает задания. Этот норматив, который спускает министерство, является издержкой еще из Советского союза. А тренерам надо есть и кормить семью. Поэтому они вынуждены делать ненужную работу. Надо менять этот норматив, и тогда будет более качественная подготовка.

Я видел, как в Риге тренируются. Там в группе 16 человек, с которыми работают четыре тренера. На четырех человек один тренер, который смотрит за каждой мелочью: как мальчишка отталкивается, как ставит ногу, работает с шайбой, отдает передачу и так далее. И посмотрите, сборная Латвии за несколько лет поднялась, хотя у них население в несколько раз меньше, чем в Беларуси. Качество сегодня побеждает количество.

-- Была ли у вас концепция, чтобы повысить уровень белорусского хоккейного хозяйства?

– Я много думал над тем, почему эти ребята получаются не совсем подготовленными. Мы искали с Сафоновым причины. О первом моменте я сказал. Второе – качество подготовки. Хорошо, что федерация перевела книгу со шведского, в которой рассказано, как готовить хоккеистов. Но основная причина – норматив в 120 человек. Его нужно менять.

Плюс при обучении детей хоккею нужно делать упор на техническую подготовку. Когда начинаются соревновательные года, всем надо результат. И всем пофиг, что три пятерки отдыхают, а тренер играет только одной. Все спрашивают с него только результат на этом уровне. А надо смотреть, сколько человек детский тренер подготовил для экстралиги, сколько для молодежной сборной, сколько для национальной. И потом оценивать. А пока получается так, что он все жилы вытягивает из пяти человек, а остальные сидят на скамейке, потому что они чуть похуже. Конечно, из них ничего не вырастет.

У нас огромное количество катков, огромное количество занимающихся. Понятно, дети оздоравливаются. Но есть же и спортивные задачи.

-- Эти идеи нашли поддержку в руководстве ФХРБ?

– Мы только начали этим заниматься. Да и Игорь Анатольевич только что пришел.

Вот, еще одна проблема. Многих детей увозят из Беларуси еще на начальном этапе и дают им гражданство. Поэтому создана специальная структура, чтобы следить за талантливыми ребятами, чтобы их не увозили. Это будет непросто, потому что охота за талантами идет по всему миру. Вот, Гальченюк. Капитан сборной США, хоть и белорус. Но благодаря этой структуре теперь будут увозить не семь-восемь человек, а три-четыре. И еще четыре останется.

-- Какой баланс вы видели между экстралигой и «Динамо»?

– «Динамо» – это одно, чемпионат Беларуси – другое. Как их связать?

-- Хоккейное руководство делает ставку…

– Если вы так хотите услышать это, то я скажу. Есть пирамида. На вершине – сборная. Ниже – «Динамо». Под ним на одной ступени находятся команды из МХЛ и экстралиги. В основании – детские школы. Пирамида построена, но, чтобы она давала результат, надо осуществить те вещи, о которых я говорил. Что-то уже сделано – книги со шведского федерация перевела.

-- Напоследок вы предложили ФХРБ какую-нибудь кандидатуру вам на смену?

– Нет, это федерация хоккея сама будет решать. Если спросят мое мнение – я помогу, конечно.

-- Кого вы видите в качестве оптимального кандидата?

– Есть несколько вариантов. Олег Микульчик, который со мной поработал, – очень грамотный специалист. Есть и в экстралиге тренеры. Выбрать есть из кого. Не думаю, что иностранный тренер сработает лучше и добьется более высокого результата.

-- При этом в плей-офф чемпионатов мира сборная Беларуси выходила только под руководством иностранца.

– Причина в том, что иностранных тренеров и берут. Взяли бы белоруса – было бы то же самое. Люди, которые работают в клубах, достаточно хорошо подготовлены. А иностранцы, которых брали, просто попали в нужное время в нужное место. Я пришел после Хэнлона, посмотрел: много было спорных вещей. Так что я считаю, что результат при белорусских тренерах был бы не хуже.

-- Вам не кажется, что решением сменить сборную на «Нефтехимик» вы поставили сборную в затруднительное положение?

– Я же не отказывался от сборной. Сейчас такой этап начался, что на следующий турнир в Швейцарии мы берем игроков с КХЛ. Надо находиться в России, общаться с ними. Не думаю, что что-то затруднительное в этом плане будет. Чтобы формировать сборную с игроками КХЛ нужно больше находиться в России, чем в Беларуси.

-- То есть какое-то влияние на сборную с вашей стороны продолжится?

– Я готов, пожалуйста. Могу мыслями и непосредственной помощью поддерживать нового рулевого сборной.

-- Не боитесь, что многие в Беларуси будут считать вас предателем?

– Сезона же полноценного нет. Команда собирается на несколько дней. Это не КХЛ, где ты подряд много месяцев играешь. Вы не понимаете того, что я сказал русским языков: я не хотел уходить. На эти пять дней я мог бы приехать и отработать их. Поэтому не боюсь.

Getty Images/Doug Pensinger