Мария Шарапова Почетное упоминание Моника Селеш и Джимми Коннорс В мужском теннисе одним из первых звучащих теннисистов был Джимми Коннорс. Его стоны не были громкими, но они были, и это само по себе было для теннисного мира некоторым шоком. Сам Джимбо в своей книге называл стоны побочным продуктом своей дыхательной техники, но в другом месте писал, что еще в детстве дедушка-любитель бокса научил его дышать исключительно носом. А при носовом дыхании выдохнуть со стоном достаточно сложно. У женщин пионером криков была Моника Селеш. Именно к ее примеру апеллируют многие защитники шумных традиций женского тенниса. Однако многие очевидцы матчей Селеш отмечали, что ее крики были не настолько громкими, как о них сейчас пишут. Хотя на «Уимблдоне» ее один раз все же попросили кричать потише. Элита Мария Шарапова Измерения показали, что крики Шараповой достигают громкости в 101 децибел, что эквивалентно приземляющемуся самолету. Интересно еще то, что во время тренировок Шарапова, по многочисленным свидетельствам, играет молча, что своей непоследовательностью существенно подрывает теорию о том, что крики ею используются как часть дыхательной техники. Виктория Азаренко Азаренко еще до первой победы на «Шлеме» многие называли наследницей и даже улучшенной версией Шараповой, и ее крики — это, однозначно, «улучшенная» версия стонов Марии. Азаренко кричит пронзительно и громко, и иногда это, при всем уважении к белоруске, напоминает вой раненого зверя. В прошлом году в Австралии Азаренко за эти звуки после матча освистали болельщики, а в этом году в Нью-Йорке метко подколол Иво Карлович. Мичель Ларчер де Бриту Во многом именно португалка стала причиной идущей до сих пор дискуссий о криках. У нее официально самый громкий крик женского тенниса — 109 децибелов, и вместо того, чтобы как-то оправдывать свое поведение, она просто сказала: «Если кому-то не нравится шум, они всегда могут уйти». Она, кстати, тоже стала жертвой остроумия Иво Карловича — после ее победы над Шараповой на «Уимблдоне» хорват выдал следующее: «Де Бриту совершенно заслуженно обыграла Шарапову. Она громче кричала». Остальные Сестры Уильямс Винус и Серена Уильямс кричат не так громко и протяжно, как вышеупомянутые барышни, да и не так регулярно — зато они делают это куда более устрашающе и мужественно. Серена предпочитает низкие частоты, в то время как Винус работает в регистре повыше. Серена, когда ее спросили про крики, призналась, что не обращает внимания ни на свое звуковое сопровождение, ни на усилия соперниц. Тем не менее, после матча первого круга нынешнего US Open против Франчески Скьявоне первая ракетка мира отметила наличие криков в игре в качестве индикатора степени напряженности противостояния. Франческа Скьявоне Итальянка кричит не так уж и громко по современным меркам, зато делает это с особенным лоском. Достаточно низкое «а-ххы» в исполнении мастеровитой и развеселой Чески заставляет вспомнить трудолюбивых лесорубов и оживляет в памяти картину «Бурлаки на Волге». Бояна Йовановски Крики сербки часто сравнивают со звуками, которые человек издает чихаючи. И на эти звуки после их матча на «Уимблдоне» однажды пожаловалась Сабин Лисицки, заявив, что это совсем не то, что выступления Шараповой и Азаренко, «но так же отвлекает». Правда, очевидцы отмечают, что с трибун крики Бояны почти не слышно, в отличие от телетрансляций, в которых они усилены микрофонами. Мужчины Но не стоит думать, что крики и стоны — это дело только женское. В мужском теннисе есть персонажи, которые, в отличие от Роджера Федерера, тоже любят шумно подышать. Марсель Гранольерс Испанца всегда в первую очередь вспоминают противники использования криков в качестве критического аргумента не в пользу женского тенниса. Гранольерса выделяет протяжность и нерегулярность стона — частенько он не замолкает, пока мяч не опустится на половине корта соперника, а иногда мощно пробивает вообще беззвучно. Карлос Берлок Соперник Роджера Федерера по второму кругу US Open не смог потревожить швейцарца ни своей игрой, ни своими стонами. А вот Энди Маррей в Индиан-Уэллсе очень даже обратил на них внимание, и по этому поводу у них с аргентинцем даже возникла небольшая стычка. «Он делал это просто невероятно громко — громче, чем кто-либо в туре. И если он говорит, что я жульничаю и специально затягиваю время, то пусть не шумит так громко. Потому что это раздражает».