На что готовы теннисистки, чтобы сыграть на Australian Open

New York Times рассказывает о причудах квалификации Australian Open – например о том, к чему приводит то, что у мужчин и женщин сетки разного размера, но никто не знает почему.

«Дженнифер Эли долго работала, чтобы получить место на турнире «Большого шлема», так что когда появилась самая слабая надежда это сделать, она не сомневалась.

Когда в декабре был опубликован список участниц квалификации Australian Open, 30-летняя Эли занимала 239-е место рейтинга, и для попадания в него ей не хватало 25 мест. В сетку US Open-2015 Эли попала по wild card, но из-за того, что всю карьеру стояла за пределами Топ-300, никогда не попадала в квалификацию «Шлема» напрямую. В ее положении многие не стали бы лететь через океан, но Эли решила, что такую возможность упускать нельзя.

«Нужно ехать, – говорит Эли. – Ты работаешь ради таких вещей, так что нужно пытаться. И никогда не знаешь – иногда люди не приезжают, потому что для многих девочек ехать туда только ради квалификации слишком далеко».

Когда Эли с мамой и сестрой вылетели в Австралию, она была в десяти местах от сетки, а на момент приземления – всего в восьми. Потом эта цифра снизилась до шести, потом – до четырех, потом – до двух, и в итоге в среду за несколько часов до жеребьевки Эли получила награду за веру в виде места в сетке.

В четверг Эли выиграла первый матч квалификации, одержав первую в карьере победу в матче «Шлема» любого уровня, но в пятницу она проиграла второй круг. Все равно этот результат принес ей 9 375 долларов – крупнейший заработок в карьере. «Большие шлемы», особенно Australian Open, стали выделять больше денег на призовые за ранние этапы турнира, так что даже поражение в первом круге квалификации может стать одним из главных финансовых успехов игрока.

Крэйг Тайли, директор Australian Open, говорит, что у него «простая цель: чтобы больше игроков больше зарабатывали». Поэтому турнир компенсирует траты на перелет и жилье.

«Мы хотим повысить привлекательность профессионального тенниса, чтобы лучшие спортсмены мира выбирали именно наш вид», – говорит Тайли.

Своего успеха Эли могла бы добиться без дополнительной нервотрепки, будь она мужчиной. В женской квалификационной сетке Australian Open 96 мест, а в мужской – 128. На «Ролан Гаррос» и «Уимблдоне» ситуация та же.

Организаторы US Open уравняли размеры квалификационных сеток в 1998 году, но мало кто из игроков в курсе, что на других турнирах сетки разные. Эли сказала, что заметила это, только когда поняла, что в Мельбурне сетка меньше, чем в Нью-Йорке.

«На US Open в сетке 128 человек, и я думала, что везде то же самое – но нет. Хотя должно быть 128 человек, потому что многие девочки очень много работают, чтобы сыграть на «Шлеме». Они должны всем предоставлять возможность».

Британка Лора Робсон, занимающая 222-ю строчку рейтинга, тоже не понимала, что сетки разные, пока на это не указали тренеры, знакомые с мужской системой. «Они спросили, какой у меня рейтинг и потом сказали: «По цифрам непонятно, почему ты не попала в сетку», – рассказывает Робсон.

Несмотря на свою роль в организации турнира, Тайли не может объяснить, почему сетки разные.

«Сколько я себя помню, так всегда было, и я не знаю точно, почему так сделано. Это интересно, потому что WTA никогда не поднимала этот вопрос».

Глава WTA Стив Саймон говорит, что «для нас это не было проблемой», и добавляет, что «не знает истории вопроса».

У этого неравенства есть финансовые последствия. Из-за того, что в Мельбурне женщины получают на 32 чека меньше, общая сумма их призовых снижается на 225 000 долларов, что добавляет к уже существующей разнице в заработках в мужском и женском теннисе. Исследование, заказанное ITF в 2014 году, показало, что при минимальных расходах мужчина может выйти в ноль, будучи 336-й ракеткой. Женщине для этого нужно подняться на 253-ю строчку.

Важность турниров «Большого шлема» может приводить к фарсу – как, например, было на турнире в Хобарте во втором круге между 127-й ракеткой мира Элиз Мертенс и 135-й ракеткой мира Сашей Викери. Обе теннисистки были заявлены на Australian Open, но по правилам ITF, победительница этого матча снималась с турнира в Мельбурне, потому что соревнования в Хобарте еще продолжались.

Турнир в Хобарте, уже ослабленный рядом отказов, пережил сюрреалистичный момент, когда Мертенс вызвала врача уже после первого гейма, как вариант, готовясь сняться. Но Викери ее обогнала, закончив матч всего через пять минут и сохранив место в Мельбурне.

«Я никогда в жизни так не паниковала, – смеясь рассказывает Викери. – Я думала: «Господи, это конец. Я не знаю, что теперь буду делать в Австралии три недели».

И хотя Викери, как она это сформулировала, «выиграла гонку», Мертенс в итоге выиграла следующие три матча, взяла первый титул WTA в карьере и дебютировала в Топ-100 – несмотря на то, что потеряла возможность выступить в Мельбурне.

Викери проиграла в первом круге квалификации».

Мертенс и Викери, кстати, были не единственным, кто хотели поскорее уехать из Хобарта. Хорватка Яна Фетт рассказывала, что подумывала слить матч против австралийки Лизетт Кабреры, который в итоге выиграла со счетом 6:1, 6:3.

«Весь день я размышляла: играть хорошо или играть плохо? Перед матчем я думала, что поеду на Australian Open, но потом вышла на корт и не могла играть плохо. Начала играть хорошо и хотела продолжать.

Я впервые была немного расстроена тем, что выиграла, потому что теперь не смогу сыграть Australian Open. Это было важное решение, но я надеюсь, что сделала правильный выбор.

Будет еще много «Больших шлемов» и много турниров, но я впервые вышла в четвертьфинал турнира WTA, и после прошлогодней травмы запястья мне нужны очки, чтобы подняться в рейтинге, и этот турнир дал мне возможность их заработать.

В итоге я приняла хорошее решение. Я старалась победить».

Фото: twitter.com/jenny_elie; Gettyimages.ru/Michael Dodge, Mark Metcalfe