Почему бой Пакьяо – Мэйвезер и не мог быть другим

Алексей Сукачев – о том, как Флойд победил Мэнни. И нас всех.

А вы думали, что будет по-другому, да? Думали, что ребята устроят балаган из нокдаунов, форшмак в стиле Гатти и Уорда или триллер имени Моралеса и Барреры? Зря ожидали. Бои века – да-да, это был один из них – нынче таковы: максимум напряжения и ожиданий, минимум активности.

Неужели все же «века»? Ну, хорошо, не века, а эпохи или эры. Последних 20-30-ти лет-то точно. Другое дело, что все эпохи, эры и века – они все очень разные. Именно поединок Мэйвезера и Пакьяо, именно такой, каким он в итоге и вышел, и есть отражение самой сущности той эпохи, в которой мы – любители бокса – и сам бокс сейчас находится. Эры чистогана, прагматизма, первосвященства Результата.

Такие периоды бывали и в других видах спорта. Хоккей прошел через это в середине 90-х, когда шведы побеждали финнов, а мы – чехов, с футбольными счетами, а в НХЛ доминировали «Дьяволы» с их усыпляющим замком в средней зоне. Футболисты почувствовали эпоху прагматизма в 80-х и в первой половине 90-х, когда чемпионаты мира заканчивались послематчевыми пенальти при нулевом счете.

Сейчас такое время наступило и в боксе, но оно отягощено безумными гонорарами, сомнительной эстетикой трэш-тока, околобоксерскими сомнительными делишками и ползучей (хотя нынче уже галопирующей) маргинализацией кулачного спорта. Никто не может быть лучшим олицетворением всех этих сомнительных качеств, чем лучший боксер этой эпохи, плоть от плоти ее.

Мэйвезер был однозначно лучше в бою. После равного начала он подломил Пакьяо и незримо, одному ему известными хитростями и тонкостями заставил поединок пойти по тому сценарию, который он сам для него и запланировал. Вторая половина поединка была однозначно Майской. Флойд поставил соперника на неудобную дистанцию, заставил его проводить меньше атак, ловил их на начальной стадии, уходя виз и вправо, а Мэнни все никак не мог поймать его в прицел. Где-то в 10-м раунде Флойд перестал опасаться даже этих редких вылазок и стал выдавать филиппинцу пощечины и оплеухи одиночными правыми в своем фирменном стиле.

После боя все кинулись ругать Владимира Гендлина за «отвратный комментарий». Некрасиво – ведь комментарий соответствовал происходившему в ринге: Флойд доминировал, вел бой именно он, за ним же был пресловутый ring generalship. Конечно, действо не было односторонним: Пакьяо выиграл 2-3 раунда-то точно. Но это уже к восприятию комментариев Владимира Ильича, и его отношений с «казуалами» – не все комментируют для широкой аудитории, некоторые комментарии требуют минимальной вовлеченности субъекта в дискурс, и это правильно.

Конечно, после боя все стали отплевываться, ругаться. Ведь это было не то, что мы «ожидали», верно? И это еще одна, даже большая победа Мэйвезера. Скажу грубо: он заставил вас есть говно маленькими ложечками. Вы знали, что вам вручат это говно, но вы купили у автора этого пахучего творчества серебряные (если не золотые) ложки, и скушали это говно на ура. И если принесут еще, то и еще съедите. А это и есть победа Флойда. Над нами всеми, в первую очередь. И это часть его плана.

Пакьяо не мог победить Мэйвезера на метафизическом, онтологическом уровне. Он был бойцом другой, прошлой эпохи – эры Гатти, Корралеса, Уорда, Моралеса и Барреры. А Мэйвезер, выйдя из той же эпохи, стал олицетворением совсем другого времени, причем это время доказало свой примат над эпохой до того. Кстати, никто не говорит, что эпоха/эра обязана быть приятной, сознательной, положительной, в конце концов. Не все они такие.

Тем не менее, я не отказываюсь от своих слов: после прошедшего боя бокс уже не будет прежним. В «бою века» этот самый век достигает своего апофеоза, самого полного воплощения. После этого он быстро сойдет на нет. Год-два, и из бокса уйдут Мэйвезер и Кличко. Уорд, даром что молодой, тоже не вечен. Возможно, те, кто придет им вослед, сотворят новое время, намного лучшее, чем сегодняшнее.

Мэйвезер победил Пакьяо. Как это было

Видео дня. Мэйвезер подсказывает Пакьяо, как не надо атаковать

Флойд Мэйвезер: «Это был великий бой»

Фото: REUTERS/Steve Marcus