«Вместе со мной в камере сидели педофилы, убийцы и насильники». Футболист, прошедший все круги ада

История Леона Маккензи, который забивал «МЮ», сидел в тюрьме и пытался покончить жизнь самоубийством.

Каждый день из тех трех месяцев, которые нападающий «Чарльтона» Леон Маккензи восстанавливался в 2009-м после перелома лодыжки, был похож на предыдущий. После утренних процедур в клубном спортзале и бассейне он обедал в баре, а затем отправлялся в свой номер в гостинице, где коротал вечер в компании пары бутылок пива или чего покрепче. Но однажды Леон изменил привычный маршрут и зашел в аптеку, где купил несколько упаковок снотворного, запил вечером 40 таблеток стаканом Jack Daniel’s и отправился спать. Незадолго до того, как потерять сознание, Леон все же решил позвонить отцу – попрощаться. «Папа, я виноват перед тобой. Прости…» – услышал в трубке Клинтон Маккензи. Леону повезло дважды: отец примчался к нему в номер всего через полчаса, а откачивавшие футболиста доктора сообщили в больнице, что еще на одну-две таблетки больше, и Маккензи-младшего уже нельзя было бы спасти.

«Я долго боролся, искал выход и не находил, – пытался позже объяснить причины попытки суицида Леон, уже через пару дней приступивший к полноценным тренировкам в «Чарльтоне». – Травмы стали преследовать и я стал понимать, что совсем скоро придется закончить с футболом. Одна только мысль об этом убивала – я боялся будущего вне голов и тренировок. Кроме того, после развода с женой остался практически без денег. А, главное, не мог регулярно видеть своих детей. Все те три месяца я почти ни с кем не разговаривал».

В юности Леон разрывался между боксом и футболом. Любовь к боксу ему привили отец Клинтон (экс-чемпион Великобритании и Европы в полусреднем весе), а также дядя Дюк, трижды становившийся чемпионом мира в категории до 57 кг. Но после того как тренер «Кристал Пэлас» Стив Коппелл на одной из тренировок 17-летних парней из группы подготовки клуба подошел к Маккензи и сказал, что он напоминает ему Иан Райта, молодой форвард четко решил, что станет профессиональным футболистом. Через пару месяцев он выскочил на замену в составе «орлов», но по-настоящему расцвел в «Питерборо». Полсотни голов в почти 100 матчах за эту команду помогли Маккензи перейти в боровшийся за выход в АПЛ «Норвич».

Много лет спустя вместе с Ианом Райтом.

В первой игре за «канареек» Леон сделал дубль, а вскоре уже вовсю зажигал в паре с Дином Эштоном в премьер-лиге. Один из семи мячей в первом сезоне в АПЛ Маккензи забил в ворота «Манчестер Юнайтед» (2.36 на ролике).

«У меня появились деньги, которые я либо тратил, либо одалживал приятелям, – вспоминает Леон. – Никто в итоге так мне ничего и не вернул. Тогда я не понимал, кто настоящий друг, а кто обычный прихлебатель. Но потом у меня начались семейные проблемы – моя родная сестра покончила с собой, ей было 23 года. Я плакал несколько дней подряд, потому что понимал, что не смог ее услышать и помочь. А потом порвал ахилл на тренировке и долго не мог набрать форму».

В 2006 году Маккензи перешел в «Ковентри», где покорил отметку в 100 голов за карьеру, а еще через три года в «Чарльтон», где с ним чуть не произошло то же самое, что и с сестрой.

«Мне было так хреново, что уже ничего не радовало и не доставляло удовольствия. В футболе тренеры учили, как забивать голы, но никто мне не рассказывал, как бороться с депрессией. Более того, всем было плевать, что я чувствую. Никому из партнеров по команде тоже не мог открыться – в спортивном мире уязвимость считается слабостью. Ты боишься, что тренер скажет: «На место этого слабака я найду другого». Это неправильно», – считает Леон.

Маккензи прошел реабилитацию в одной из клиник, ему стало лучше, но окончательно выздороветь не удалось. Одним из способов как-то отвлечься от плохих мыслей для него стала быстрая езда на автомобиле, в результате чего Леону несколько раз выписывали штрафы полицейские. Денег на их оплату не хватало – в 2011 году утративший из-за постоянных травм скорость Маккензи уже играл за полупрофессиональный «Кетеринг Таун», где получал копейки, поэтому решился на аферу. В ответ на штрафные квитанции Леон отсылал в полицию поддельные письма, в которых утверждалось, что его машина не могла находиться на трассе в момент нарушения, так как была на ремонте в автосервисе. Все вскрылось и Маккензи получил 6 месяцев тюрьмы.

«Я до конца не верил, что сяду. До сих пор не понимаю, как судьи, зная о приступах депрессии, могли поместить меня в это ужасное место. Вместе со мной в камере сидели педофилы, убийцы и насильники. Один парень сказал мне: «Я убил семерых человек. А ты за что здесь оказался?» В тюрьме я устроился уборщиком, за что получал шоколад в столовой. Учитывая, что кормили здесь ужасно, это считалось привилегией. Боже, когда я забивал «МЮ», «Эвертону» и «Манчестер Сити», я даже не подозревал, что однажды так же сильно буду радоваться нормальной еде. Ситуация была гораздо сложнее, чем тогда в гостинице, но в этот раз я отказался плакать и пытался бороться», – пишет в своей автобиографии «Моя схватка с жизнью» Маккензи.  

После выхода из тюрьмы Леон предложил свои услуги Ассоциации профессиональных игроков (PFA). Он встречался с футболистами, испытывавшими схожие с ним проблемы, и пытался помочь. «Любой спортсмен, когда попадает в тяжелую ситуацию, должен знать, что ему есть куда обратиться. Здесь важно понимать, что у каждого есть свой спусковой механизм и никто не знает, когда он может сработать. Мы разослали специальные брошюры о том, как можно бороться с депрессией, четырем тысячам действующих футболистов и пяти тысячам бывшим. А также организовали круглосуточную горячую линию с 30 операторами», – признается Маккензи. 

Завершив футбольную карьеру, Леон нуждался в новом для себя вызове и нашел его в боксе. С 2013 года юношеское увлечение стало его главной мотивацией. С тех пор Маккензи, которого тренирует его отец, провел 9 боев во втором среднем весе и выиграл восемь при одной ничьей.

1982 год. Клинтон Маккензи после очередной победы держит на руках 4-летнего Леона

Следующий бой в конце лета этого года будет для него за звание чемпиона Англии, но для Леона важен не сам титул, а тот факт, что он нашел себя в жизни. «На моих трусах написано «The Secret». Секрет в том, что мои соперники не знают – если я с ними боксирую, то уже победил», – признается Маккензи.

Бокс не приносит Леону таких заработков, как когда он играл в АПЛ, поэтому Маккензи приходится подрабатывать курьером. Почти каждый день он встает в пять утра и отправляется на работу. А вечером идет в спортзал и колотит грушу.

«К счастью, у меня снова получается наслаждаться жизнью, – откровенничает Леон, который несколько лет назад женился во второй раз. – Но чувство, что кому-то в этот момент может быть плохо, гложет. Приступы депрессии по-прежнему иногда накатывают, но я не боюсь, потому что научился с ними справляться и хочу научить этому других. Сейчас в моих планах открыть через пару лет специализированный центр психологической помощи и реабилитации спортсменов. Это гораздо ценнее, чем сотни самых важных голов». 

Фото:Gettyimages.ru/Dan Mullan (1,7), Paul Gilham (3); Инстаграм Леона Маккензи (2,5,6)